Макс Вальтер – Браконьер 3 (страница 6)
Вместо ответа из-под машины раздался громкий хлопок, и наглый мужик дёрнулся, схватившись за плечо.
– Ну всё, падла, молись, – прошипел второй и потянулся к оружию.
Глава 3
Пуля угодила говорливому в плечо. Можно сколько угодно говорить о пустяковых ранениях, но когда пуля прилетает в твоё тело, о продолжении боя можно забыть. Её энергия не просто делает отверстие в тканях, но и наносит им серьёзные повреждения ударом. Я пробовал и могу с уверенностью сказать, что боль при этом такая, что темнеет в глазах. Ощущения сродни тому, будто тебя кувалдой приложили. Гораздо проще вытерпеть проникающее ножевое, чем прилёт этой крохи.
Наглый тут же скрючился, а его приятель потянулся к стволу. Стэп моментально нырнул вниз и выстрелил из дробовика прежде, чем я успел подхватить автомат. Заряд картечи прилетел второму практически в упор. С такого расстояния даже прицеливаться особо не нужно, что и продемонстрировал напарник. Голова незваного гостя разлетелась в щепки, словно гнилой арбуз. На шее осталась лишь нижняя челюсть, отчего было вдвойне жутко наблюдать, как он продолжает поднимать оружие. Однако длилось это всего мгновение, после чего он сложился, словно марионетка, у которой одним движением отсекли управляющие нити.
Я наконец дотянулся до своего оружия и короткой очередью добил дерзкого. Так же, не целясь, прямо от груди. До него было всего каких-то три-четыре метра, и пули кучно легли ему в центр грудной клетки. Он даже пискнуть не успел, рухнул на землю и застучал ногами.
И в этот момент очнулся снайпер.
Уж не знаю, как далеко он засел, но стрелок из него так себе. Пуля просвистела мимо и с глухим щелчком вошла в ствол сосны. Но давать ему второй шанс я не собирался и тут же нырнул вниз, скрываясь с прямой видимости. Впрочем, сдаваться стрелок не собирался и продолжил расстреливать машину, видимо, надеясь зацепить кого-то из нас случайно. Пули шили метал кузова навылет, но ни одна из них не зацепила ни меня, ни Стэпа. А девчонку этот недоснайпер, похоже, не видел. И тем не менее она взвизгивала каждый раз, когда пули попадали в тачку.
Интересно, сколько их за нами пришло? Неужели всего трое? Или они не поняли, с кем связались, или считали себя мега крутыми перцами. В любом случае за свою ошибку они расплатились сполна. Ну, почти. Остался ещё этот горе-стрелок. И прижал он нас конкретно. Я попытался высунуться сзади и едва успел убрать голову. Пуля просвистела ровно там, где я был секунду назад. Но на этом он не остановился и несколько раз выстрелил по багажнику и задней части машины. Вот только ему было невдомёк, что я улёгся у заднего колеса. Здесь ему точно ловить нечего. Даже если он сможет пробить первый диск, то дальше идёт мост, металл в котором спокойно выдержит пулю калибром покрупнее, чем семёрка.
– Ты как? – спросил я у Полины, которая лежала под тачкой, прикрыв голову руками.
– Ай! – вместо ответа пискнула она, когда очередная пуля прошила кузов.
Завоняло соляркой, притом очень сильно. Я с сожалением заглянул вниз и увидел, как под днищем образовывается лужа. Нет, случайного воспламенения я не боялся. Солярку вообще не так просто поджечь, это не бензин, который способен полыхнуть от любой искры. Да и его только в кино можно поджечь обычной пулей, в реальной жизни он даже от окурка не загорится. Однако про тачку можно забыть.
Я сместил взгляд правее и едва сдержал стон. Под двигателем тоже образовалась лужа, но совсем не топливная. А значит, этот ублюдок положил нам движок, и вот это очень обидно. Если с пробитым баком ещё как-то можно уехать (не в самом же дне отверстие от прилёта, сколько-то топлива всё равно в нём останется), то вот с пулей в движке мы её даже завести не сможем.
И тут меня перемкнуло. Я любил эту машину, не просто так искал её среди брошенок в городах. К тому же это не самая популярная модель «Мерседеса» в нашей стране. А этот урод…
– Прикрой! – рявкнул я и закинул в рот небольшой кусочек чёрного сердца.
Немного выждал, когда на языке появится ощущение лёгкого жжения, и с низкого старта рванул под прикрытие дерева.
Снайпер замешкался. Видимо, не ожидал, что кто-то из нас решит прорываться. Оба выстрела ушли в молоко, а я прижался спиной к стволу дерева. В этот момент Стэп выпустил в сторону снайпера весь магазин. Потом снова нырнул под прикрытие капота и принялся набивать дробовик новыми патронами. Я внимательно следил за ним, не забывая считать. И как только в приёмник нырнул пятый цилиндрик, завопил:
– Пошёл!
Стэп точно так же, как и я несколько секунд назад, рванул от машины к дереву. А я высунулся из своего укрытия и выпустил несколько коротких очередей по предполагаемой позиции снайпера.
И мне удалось его спугнуть. А может, он решил не испытывать судьбу и свалить. Ведь рано или поздно мы его прижмём. Стрелок он явно не из лучших и одновременно двоих контролировать не сможет. Вот только рванул он не в самый подходящий момент, ведь я как раз поливал свинцом то место, где он предположительно находился, а потому отчётливо заметил, как дрогнули кусты.
Расстояние плёвое, особенно для «АК», всего каких-то тридцать метров. Даже удивительно, как этот чудик никого не зацепил.
Я вдавил спуск, добивая в сторону противника остаток магазина, и хищно ощерился, когда ушей коснулся слабый стон. Да и хруст ветвей оповестил о том, что там кто-то свалился. Понятия не имею, куда я ему попал, но даже если в ногу или руку, несколько секунд у меня есть, пока стрелка накрыло шоковым состоянием. А его точно накрыло, даже если он так же, как и я, держит во рту кусочек сердца.
Сменив магазин, я, не раздумывая, сорвался с места, влетел в кусты и практически сразу обнаружил стрелка. Он корчился от боли, держась за бочину. Винтовка (к слову, обычная, охотничья) всё так же висела на его шее, так что отбросить её пинком не представлялось возможным. Но я и не расстроился, тем более что не собирался его допрашивать. И без того всё было предельно ясно. Я вскинул оружие и направил его в голову нападавшему.
– Нет, – вытянул он окровавленную руку. – Всё не так, она с…
Договорить он не успел. А точнее, я не дал ему этого сделать и телепортировал его душу прямиком к вратам ада. Немного подумал и смачно плюнул на труп, предварительно проглотив ценное сердце. Секунду спустя по телу разлилось тепло, огонь сосредоточился в пояснице, и я впервые за долгое время с удовольствием потянулся.
Ещё год назад я и понятия не имел, что такое боли в спине. А потом, когда в очередной раз ковырялся с машиной, меня заклинило так, что я едва мог шевелиться. Сорок три года – это не шутка. Да, на какое-то время чёрное сердце спасало, но вскоре спина снова начинала ныть. Так что я ценил каждый день, проведённый без боли. Впрочем, за год она уже стала настолько привычна, что я вспоминал о ней, только когда она исчезала. Вот как сейчас.
– Капец «ласточке»! – донёсся голос напарника.
– Знаю, – буркнул я себе под нос, и вряд ли приятель меня услышал.
Присев перед трупом стрелка, я обыскал его, срезал разгрузку и забрал винтовку. Нам все это не пригодится, но на продажу пойдёт. Правда, я теперь понятия не имею, как мы всё это унесём? К тому же в тачке добра гораздо больше, и бросать его я не собирался.
– Вот же мразота! – снова раздался возмущённый голос. – Всю воду побил!
– Тела обыщи! – крикнул я. – И стволы с них сними.
– Как-нибудь без сопливых разберусь, – огрызнулся Стэп.
Я вернулся к машине, сбросил оружие и вещи покойника и присел на корточки, внимательно глядя на Полину. Она тоже уставилась на меня невинным взглядом, будто щенок, в надежде на то, что он наконец-то встретил хозяина.
– Ничего не хочешь мне сказать? – спросил я.
– В смысле? – Девушка сделала вид, что не поняла вопроса.
– В коромысле, ёпт, – раздражённо произнёс я. – Это ведь твои кореша, так?
– Я не понимаю…
– Всё ты понимаешь. Сколько лошков вы с ними уже обчистили?
До меня наконец-то дошло, что случилось на самом деле. Похоже, эти четверо промышляли самым обычным грабежом, замешанным на шантаже. Полина заманивала ничего не подозревающих жертв под предлогом «спасите, люди добрые». А затем появлялись, якобы её хозяева и предъявляли спасителям за кражу собственности борделя. Ну и во избежание дальнейших неприятностей предлагали оплатить эдакий моральный ущерб. Естественно, когда ты стоишь под стволами, спорить не очень-то и хочется. Не исключаю, что особо ретивые защитнички навсегда исчезали с лица земли. Схема старая как сам мир, но всё ещё рабочая.
Однако в нашем случае произошла осечка, и главный персонаж всей затеи вдруг решил переметнуться. Может, её действительно заставляли это делать? Иначе смысл ей стрелять в своих же и помогать нам?
– Все не так, – проблеяла она.
– А как? – усмехнулся я.
– Ну да, ты прав. – Полина потупила взор. – Пару раз я им помогала.
– Пару?
– Да, пару, – с нажимом ответила она. – Но они меня заставили. Первый раз это вообще вышло случайно.
– Кто-то из клиентов влюбился в тебя и решил помочь сбежать из шлюшьего рабства?
– Это не смешно, – зло прошипела она. – Он был хорошим человеком, а они его убили.
– М-да, – протянул я. – И почему я не удивлён? Ладно, вылезай.
– Я не могу, – надула губки Полина.
– Это ещё почему?