Макс Скай – Воспоминания биоробота (страница 26)

— Здравствуйте, — поприветствовал я в ответ киборга и посмотрел на него. Он действительно был весьма устаревшей моделью, весь угловатый, коробочного вида, в глазах читались нотки уважения и почтения.

Я надеялся, что киборг не задержит меня надолго.

— Пропуск, пожалуйста, — стальная рука киборга выдвинулась вперед ладонью вверх.

— Да, конечно.

Я отдал ему пропуск, он подержал его несколько секунд и вернул.

— Проходите, Марк Уилборн, — как будто зевнув, произнес он и, повернувшись ко мне спиной, сразу же потерял ко мне весь интерес.

— Спасибо.

Я с радостью расстался с киборгом и дошел до лестничной площадки. Мне предстояло преодолеть тридцать этажей, самый утомительный этап моего пути — мои легкие уже готовились к этому адскому марафону.

Я бросился вверх по лестнице. Тридцать этажей оказались для меня тяжёлым испытанием. Я боялся не успеть, иначе я рисковал остаться на лестничной площадке надолго, по крайней мере до того, как охранники найдут меня.

Преодолев половину пути наверх, я стал уже сомневаться в своих возможностях. Пролеты были длинными, я был готов уже убить того архитектора, который спроектировал этот небоскреб.

Я прибежал на восьмидесятый этаж, поспешив приложить пропуск к двери, ведущей на этаж и едва не упал — ноги горели, воздуха не хватало катастрофически.

Дверь открылась — я успел! Я с облегчением выдохнул, все ещё пытаясь отдышаться. Мои ноги уже не хотели никуда идти, а легкие разрывались на части.

Если я выберусь отсюда — обязательно напьюсь.

Нужно было поспешить к кабинету. Я собрался с силами и прошел вперед, затем повернул направо и внезапно столкнулся с каким-то мужчиной в белом халате.

Он удивлённо уставился на меня, а я на него. Роберт или нет? Если нет, то его нужно вырубить, хотя он все равно запомнит мое лицо. За секунду мой мозг успел перебрать несколько вариантов развития дальнейших событий, но, к счастью, мужчина опомнился:

— Марк? Марк Уилборн?

— Да, он самый, — я дышал на него как загнанная лошадь. — А вы Роберт? Я успел?

Если бы меня в этот момент увидел еще кто-то, кроме Роберта, то сразу же бы заподозрил неладное. Бьюсь об заклад, мое лицо было малиновым, как у младенца, готового вот-вот взорваться криком.

— Да, м-м-м, — Роберт опешил. — Да, я вас жду. На собеседование. Пройдемте.

— Хорошо.

Мы вошли в кабинет № 8010.

В просторном, квадратном кабинете с белыми стенами стоял прямоугольный стол цвета венге, около десятка стульев вокруг него, на стене висели часы и пара заурядных картин. Я старался держать голову наклоненной вниз. Роберт предложил мне присесть за нужный стул — я поспешил упасть на него, он сел напротив меня.

Стул стал для меня моим спасением, иначе я бы повалился от бессилия на пол.

Какого черта я такой правильный и притягивающий внимание женщин? Будь я таким, как мой друг Пауэр, Ника не обратила бы на меня внимания, и, сейчас я бы не сидел здесь, и не бегал, как сумасшедший спринтер по лестницам.

Винить себя было бесполезно, и я прервал поток этих мыслей, переключившись на изучение образа Роберта.

Мне стало интересно, как выглядит ученый, решивший примкнуть к повстанцам. Он должен был напоминать мне безумца, ненормального, по крайней мере, я этого подсознательно ожидал и рисовал подобные фантастические образы, но Роберт оказался обычным, даже немного скучным человеком.

Темные волосы, светлые, добрые глаза и легкая улыбка создавали образ приятного, спокойного человека. На его пальце я заметил золотое обручальное кольцо, значит, сделал вывод я, он — обычный, среднестатистический семьянин.

Лишь то, с какой силой Роберт сжимал обеими руками свой планшет с листком бумаги говорило о том, что он старательно скрывал свое беспокойство. Он был предателем системы и знал об этом. Если его поймают, то упекут за решетку на долгие годы, и это очень большой риск. Оправдан ли он был для Роберта?

Пока он задавал глупые, шаблонные вопросы, которые обычно задают соискателям, как правило, шаблонные специалисты из службы по подбору персонала, а я машинально отвечал, мой мозг пытался понять, что могло не устраивать этого семьянина в окружающем миропорядке, что он был готов рисковать всем.

Чем дольше я размышлял, тем дальше я загонял свои мысли в тупик, не находя достойного ответа. В итоге я пришел к заключению, что проще считать подобных людей все-таки сумасшедшими и не важно, насколько их внешний вид соответствует этому.

Время неумолимо бежало вперед, а я лишь сидел и ждал, когда Роберт закончит и передаст мне планшет, и я заберу флэшку. Я выполню это задание и постараюсь забыть обо всем, хотя мысли о предателях в системе, особенно в "Hyper-X", будут преследовать меня.

Стоит ли мне искать их? Я — обычный гражданин, живущий вполне обычной жизнью. Повстанцы, предатели, продажные политики и государственные чиновники, люди из Министерства обороны, да и вообще кто угодно — могли быть потенциальной угрозой государства. Но какое мне до этого дело? Я не был ни копом, ни агентом, ни детективом.

Должен ли простой обыватель думать о безопасности государства, и о том, что другие, ему подобные обыватели настроены против существующего порядка?

Прошло десять минут — пора закругляться. Роберт, наконец-то, передал мне планшет с листком бумаги.

— Распишитесь, — произнес наигранно он.

— Хорошо, — я взял планшет, поставил какую-то нелепую закорючку и почувствовал прикрепленную к планшету с нижней стороны флэшку.

— До свидания, — Роберт заметил, как я спрятал флэшку, сжав в кулаке.

— Всего доброго.

— Мы дадим вам знать о результатах собеседования, — добавил напоследок он.

— Я уже с нетерпением жду.

Роберт пожал мне руку и проводил до двери кабинета.

Все. С меня хватит — пора уходить. Осталось быстро покинуть лабораторию и поскорее забыть обо всем.

Я знал, что Ника и Вэнкл отстанут от меня — они получат то, что хотели — в их руках окажется вся технология разработки биороботов, и, если повстанцам действительно кто-то поставляет оружие, достать необходимое для производства биороботов оборудование — будет лишь делом времени.

Зная план повстанцев, я все же верил в то, что государству ничего не угрожает, что рано или поздно спецслужбы обнаружат повстанцев, проведут зачистку "внешних" территорий и доберутся до врагов “внутренних”, таких как Ника и Роберт. Или может, подобными мыслями я пытался оправдать сам себя — ведь я фактически совершил преступление.

Я вышел из кабинета, сердце стало биться сильнее — я нервничал. Посмотрев по сторонам и убедившись, что никого нет, я быстрым шагом дошел до лестницы и помчался вниз, на пятидесятый этаж.

Вся операция казалась теперь легким делом, с одной стороны, а с другой — без помощи сотрудников лаборатории она была бы невыполнима.

Оказавшись на пятидесятом этаже, я спокойным шагом дошел до лифта, ожидая встретить того же киборга, но около лифта его не оказалось. Может, это и к лучшему. Я нажал на кнопку и стал дожидаться лифта.

— Мужчина, вы не заблудились? — до меня донесся чей-то настороженный голос.

Я не ожидал кого-либо встретить. Кровь застыла в моих жилах. Все шло по плану, и я мысленно уже был дома, но голос мужчины, возникший из пустоты, не предвещал ничего хорошего.

— Нет, все в порядке, — как можно спокойней ответил я, даже не смотря в ту сторону, откуда прозвучал голос.

Я надеялся, что мужчина на этом успокоится. Это случайный сотрудник лаборатории или охранник? Если охранник, то нужно быть готовым к проблемам.

— У вас есть документы и пропуск? — голос был еще ближе.

Все-таки охранник.

Я повернул голову и увидел, как ко мне приближается высокий мужчина. Судя по униформе и кобуре на поясе, он точно был охранником. Киборга не было неспроста, возможно, его заменили. Человека обмануть сложнее. Неужели весь этот продуманный повстанцами план где-то дал сбой? Или в их рядах тоже есть предатели?

Мой пистолет — мое спасение. Я приготовился достать его и выстрелить, если что-то пойдет не так.

— Да, конечно, — ответил я и не спеша потянулся во внешний карман костюма.

— Нет, стойте на месте, — скомандовал он. — Я сам их возьму.

Это был тревожный звонок.

— Конечно, — ответил я.

Охранник был слишком осторожным и подозрительным.

Такого развития событий я никак не ожидал. Это был тупик в данной ситуации. Я не мог позволить охраннику залезть ко мне в карман — там лежал мой стальной друг.

Мужчина подошел ко мне еще ближе и уже стоял в шаге от меня. Быстрый взгляд на его лицо — я понимаю, что оно слишком напряжено. Он что-то знал или о чем-то догадывался.

— В каком кармане? — с тенью подозрения спросил он.

— В этом, — я кивнул в сторону правого внешнего кармана.

Секунду он раздумывал, нет ли в этой ситуации какого-нибудь подвоха.