Макс Максимов – Закон всемирного тяготения (страница 26)

– Ты чего? – спросил Стив из кузова.

– Жорж, – позвал я (он тоже был на улице, а остальные в кузове), – ты видел?

– Что?

– Над нами сейчас что-то пролетело, – произнес я, продолжая смотреть вверх.

– Нет, – ответил биолог.

– Показалось, может, – я продолжал с недоверием смотреть в небо.

– Идите сюда, – сказал капитан, – места вроде бы хватит для гаек. Вдруг ответит…

33. Сюрприз

– Подождите, – сказал Жорж и включил фонарь, – тут что-то…

Биолог отошел от буровой. Я пошел за ним. Пройдя метров двадцать, мы остановились возле норы диаметром чуть более метра.

– Вон еще одна, – указал Жорж.

– Стой, – воскликнул я, – мало ли кто там!

Но биолог уже безрассудно побежал ко второму отверстию.

– Тут еще, – крикнул он, – и еще! Смотри!

К нам подошли остальные.

– Я думаю, нам лучше уехать, – сказал капитан, – уходим, быстро!

– Смотрите! – Жорж направил свет на одну из нор.

Мы на мгновение смогли увидеть существо, которое, как только на него посветили, юркнуло вниз. Единственное, что мне бросилось в глаза, – это огромные по сравнению с его головой уши.

– Я сомневаюсь, что они опасны, – сказал Жорж, – напоминают наших сурикатов.

– Все, хватит! – уже со злобой произнес Мингли. – Я сказал, все в буровую!

Геологическое барахло, которое мы выгрузили из кузова, обратно складывать не стали. Поехали дальше на юг.

– В середине девятнадцатого века Чарльз Дарвин обнаружил очень необычный для того времени цветок, – произнес Жорж, сидящий позади меня, – если я не ошибаюсь, этот цветок прислали ему с Мадагаскара. Дарвин обратил внимание на то, что у цветка очень глубокий нектарник. Чтоб добраться до нектара, насекомому необходимо иметь невероятно длинный хоботок. Дарвин предположил, что в районе распространения этих цветов должно существовать какое-то насекомое-опылитель с таким вот хоботком длинной сантиметров сорок. В будущем мои коллеги открыли бабочку из семейства бражников с непропорционально длинным хоботком как раз в тридцать-сорок сантиметров.

– Это ты к чему? – спросил я.

– К тому, что на этих существ тут кто-то должен охотиться, – предположил биолог, – если у них огромные уши и они прячутся в норах, значит, должен существовать какой-то бесшумный хищник, который питается ими. Вероятно, он эволюционно должен был развивать тихий полет, а они – слух.

– Значит, мне не показалось, что кто-то пролетел над нами.

– Из буровой без надобности не выходим, – приказал Мингли.

– Большие уши еще нужны, чтобы регулировать теплообмен, – сказал Стив, – как у зайцев.

– Согласен, – ответил Жорж, – но у ушей зайцев регуляция теплообмена – это все же второстепенная функция.

Мы проехали несколько километров и, прежде чем остановиться, сделали пару кругов, осматривая местность. Никаких нор тут не было.

* * *

Я стоял в кузове. Мингли был напротив меня с листком бумаги и карандашом, Стив и Жорж сидели на полу, а Саид заканчивал выставлять тахеометр по уровню. Налобные фонари горели у всех. Только что мы проверили геологов – Данте начал потихоньку приходить в себя и перестал бредить, а Леонардо все еще был мертв.

– Луч, что нам делать дальше? – сказал я и подкинул гайки.

Во мраке кузова мы рыскали по грязному полу в поисках трех крошечных металлических предметов, связывающих нас с высшим разумом. Саид стрелял лазером, Мингли записывал буквы, Стив и Жорж подавали мне гайки. И так раз двадцать.

«Я нашел подходящую цивилизацию», – получили мы ответ через несколько минут.

– Ничего не понимаю, – Мингли встал. В раздумьях прошел он по кузову до выхода и обратно.

– Я нашел подходящую цивилизацию, – повторил я озадаченно.

– Почему нельзя просто прямо сказать все как есть! – произнес Жорж недовольно.

– В том-то и дело, – сказал Саид, – если посмотреть все его ответы, то он как раз и говорит прямо, как есть. Без лишних слов и пояснений.

– Какую еще к чертям собачьим цивилизацию он нашел?! – продолжал возмущаться Жорж. – Мы тут помрем через десять часов от холода! При чем тут цивилизация?!

Стив подобрал гайки и дал их мне.

– Луч, мы не понимаем, – сказал я.

Гайки разлетелись по полу. Фонарями мы подсветили их для Саида. Тот вновь замерил треугольники, а капитан сделал запись. Спустя две минуты сложилась фраза:

«Копия на улице».

В ту же секунду, не сговариваясь, мы с неимоверным любопытством выскочили из кузова и увидели нечто невообразимое…

34. Загадка ценою в жизнь

Космонавты обступили лежащее на боку эллипсоидное сооружение высотой более трех метров и длиной более десяти метров, с гладкой серебряной зеркальной поверхностью, в которой отражались лучи их фонарей и они сами. Капли метана струились по мраморно-алмазной стенке этой футуристической конструкции. Гречкин, глядя в свое искаженное отражение, в котором голова казалась неимоверно огромной, а узкое тело уходило по сферической поверхности вниз, перебирал в мыслях предположения о том, что это может быть: портал в другую галактику, бомба, космический корабль, генератор кислорода, живое существо из другого материала, антенна для передачи мощного сигнала на Землю, серебряный эллипсоид, исполняющий желания…

Доверяя Лучу, люди без опасения принялись изучать сооружение. Они ходили кругами, пристально разглядывая его гладкую структуру, ощупывая и слегка простукивая каждый сантиметр, докуда могли дотянуться.

– Если бы у нас не было возможности с ним взаимодействовать, Луч не дал бы нам его, – произнес Мингли.

Через двадцать минут безрезультативного исследования объекта команда решила снова связаться с Лучом. Собравшись в кузове, они несколько раз кинули гайки, но Луч на контакт не вышел.

– Копия на улице… копия… Копия чего? – Мингли расхаживал по кузову взад-вперед. – Копия спасательной космической шлюпки?

– И почему именно копия? – Жорж сидел на полу. – Почему он сделал акцент на слове «копия»? Мог бы сказать просто – корабль на улице, или… что это такое? Очевидно же, что транспорт какой-то.

– Он сказал, что нашел подходящую цивилизацию, а потом создал нам копию, – сказал Саид, сидя возле выхода из кузова и рассматривая серебряный эллипсоид, находящийся в пяти метрах.

– Думаешь, он подсмотрел у кого-то эту штуковину и воссоздал ее тут? – спросил Стив.

– Если он управляет материей, синтезирует молекулы, то вполне мог, – произнес биолог.

– Если это какой-то космический корабль, – рассуждал Стив, – то в нем должно быть огромное количество различных материалов и соединений: всякие металлы, полиэтилены, полипропилены, силиконы, кварцы, графиты, карбиды… откуда все это тут? Как минимум для создания чего-то подобного нужна нефть.

– Вокруг нас все это есть, – сказал Мингли, продолжая прохаживаться вдоль кузова, – нефть должна быть в недрах Титана, ведь тут есть органические формы жизни. Металлы находятся в ядре. А еще в самом Сатурне и в десятках его спутников содержится половина таблицы Менделеева в различном соотношении. Если Луч может синтезировать молекулы из атомов, то создать тут практически любой материал для него не проблема.

– Он все то время, что говорил нам ждать, перебирал разумные цивилизации, чтобы найти такую, транспорт и технологии которой подойдут и нам, – рассуждал Гречкин, – потом, скопировав у них эту… этот… будем считать, что корабль, воссоздал его возле нас.

– Понятно, почему он сказал, что чинить ракету нет смысла, – сказал Мингли, – он понимал, что в такую грозу мы не взлетим.

– И понимал, что гроза не закончится, – дополнил Саид.

Исследователи вылезли из кузова и вновь принялись расхаживать вокруг серебряного эллипсоида. Гречкин отошел от этой необычной конструкции на несколько метров. Когда он скользнул светом фонаря от закругленного конусообразного края к середине эллипсоида, то заметил, что отражающая способность поверхности резко возросла. Юра провел лучом обратно от центра к носу сооружения – отраженный свет значительно ослаб. Гречкин принялся искать область, в которой поглощение света идет наиболее интенсивно. В метре от скругленного края корабля был участок, который слабее относительно остальной поверхности отражал свет.

Юра направил луч в эту область. Ничего не произошло. Тогда Гречкин подошел вплотную к слабо отражающему участку и прислонился лбом в надежде разглядеть, что же там за этой блестящей стеной. В этот момент эллипсоид вспыхнул белым светом, и яркие фиолетовые полосы-обода побежали по корпусу в горизонтальном направлении от одного конца к другому. Спустя несколько секунд движение полос замерло, а потом они исчезли, и остался лишь яркий белый свет, которым эллипсоид освещал все вокруг в радиусе десятков метров.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.