Макс Мах – Кормить досыта (Игра в умолчания 2) (страница 37)
В этих местах не было столбовых дорог, почтовых станций и гостиниц, но путешественник мог рассчитывать на добрый прием в маленьких деревеньках, обычно расположенных у воды – а рек и озер здесь было много, - и в старинных городках, едва ли превосходивших размерами большие деревни северных провинций. Не хуже принимали и в обветшалых замках, воздвигнутых в давние времена на вершинах холмов, или на больших фермах, которые в этих краях сильно напоминали дворянские бурги[1], какими их строят в соседнем Реште.
Герт ехал лесными просеками и по проселкам среди полей. Он никуда не спешил и, если спросить, скорее всего, не смог бы объяснить даже самому себе, какого рожна, его понесло в Сагер. Что он надеялся там найти? Какие ответы получить? Самое странное, что он не задавался этими вопросами, полагая, что ничто не случайно, и у Судьбы на каждого имеется свой замысел. Решил перед Рештом заглянуть в Сагер, воспользовавшись приглашением Гектора ван дер Вейнгарда, значит, так тому и быть. Захотел съехать с тракта и
Волк увязался за ним еще третьего дня. На дороге не показывался, но на пустошах и среди полей нет-нет, да мелькал вдалеке. Рассмотреть его Герт не мог, но "чуял" отчетливо, да и слышал тоже, особенно, когда лес подступал к дороге. Волк шага не скрадывал, вот какая штука.
"Оборотень?"
Похоже на то. Однако оборотень странный. Обычно после обращения, они - скорее звери, чем люди. Но этот волк вел себя не так, и не эдак. Не охотился, но и не выслеживал. Возможно, хотел "поговорить", однако, если и так, выйти к Герту - зверем ли, человеком, - пока не решался.
"Ну, как знаешь!"
Уже смеркалось, и Герт направил коня по неширокому проселку к видневшейся за хлебным полем фермерской усадьбе. Подъехал ближе, рассмотрел подробности и уже не сомневался в выборе. Большой двухэтажный дом, коровник или конюшня, прочие хозяйственные постройки – все из камня и обнесены каменной стеной. Чем не бург? Стена пониже, да нет башен – вот и вся разница. Да еще яблоневый сад неподалеку, и вишневые деревья во дворе за стеной.
– Добрый вечер! – поздоровался он, не покидая седла. – Путника примите?
– Отчего ж, не принять! И вам, сударь, добра! – Парень, стоявший в воротах, вроде бы был занят делом. Обтесывал топором жердь. Но, если прикинуть, то и жердь – оружие. Тем более, топор.
– Меня зовут Карлом, - представился Герт и оставил седло. – Карл ван Холвен, если полностью, и я держу путь в Сагер.
– Далеко собрались! – почти с восхищением откликнулся парень. – А откуда, если не секрет?
– Издалека! – признал Герт. – Сейчас из Кхора, а туда приехал с севера.
– Из-за гор, что ли?
– Точно, из-за Хребта.
– Расскажете?
– Накормите?
– И напоим! – улыбнулся парень. – Входите, лорд Карл! Сейчас ворота на ночь запру и поставлю вашего коня в стойло. А вы идите пока в дом, сударь! Мать уже на стол собирает. Как раз к обеду поспели!
И, в самом деле, уже порядком стемнело. Самое время для тех, кто встает со светом, сесть за главную трапезу дня. Так что Герт не удивился, застав в доме приятную во всех смыслах суету. Женщины накрывали на стол, дети бегали тут и там, занятые своими детскими забавами, мужчины умывались во внутреннем дворике, где, как выяснилось, был выкопан колодец. Герт вежливо поздоровался, представился и вскоре узнал, что все эти люди - одна семья. Отец, мать, взрослые сыновья со своими женами и детьми, и две младшие, незамужние дочери. И еще впавший в старческое слабоумие и физическую немощь патриарх рода.
Сели за стол – соленья, печеные овощи, хлеб и фасоль, тушеная с копчеными свиными ребрами, - хозяин дома прочел короткую благодарственную молитву, и старший из сыновей стал разливать по кружкам темный, домашнего приготовления эль. Между тем, все собравшиеся за длинным столом, - кто исподтишка, а кто и откровенно, - рассматривали Герта. Чужие в этих краях редкость, а такие, кто пришел из-за гор – вообще невидаль. И, разумеется, все ждали от него рассказов о дальних странах, длинных дорогах и великих королях. Герт не возражал. Отчего бы и не рассказать?
Однако вышло по-другому. Как раз к элю незамужняя дочка хозяина вывела к столу старика.
– Вот, сударь, - сказал хозяин, - познакомьтесь! Это мой отец, Рикард, он в Большую войну в ближней дружине нашего князя служил, полмира повидал. Отец, это наш гость, рыцарь с севера…
Скорее всего, он собирался назвать Герта, как раз подошедшего ближе, по имени, но старик его опередил.
– А говорили, вас, ваша светлость, Дирк Шагорский копьем убил…
- Дирк Шагорский? – переспросил озадаченный Герт. Он, было, подумал, что старик, служивший в молодости в его собственной ближней сотне, каким-то образом опознал соправителя дома Беар, но причем, тогда, Дирк Шагорский? И кто он вообще такой, этот Дирк?
– Отец, - вмешался хозяин, - это не князь Томас, это Карл ван Холвен, рыцарь из-за гор.
– Окстись! – вскинул худую руку старик. – С кем споришь, мальчишка! Чтобы я лорда Томаса не узнал? Я у него в малой дружине служил, мне ли не знать!
– В Великую войну? – спросил Герт, чтобы не показаться излишне осведомленным.
– Нет, сударь! – покачал головой хозяин, – В Большую войну здесь правил дом Беар. А потом, их сменили Вейнгарды, и отец уже после Большой войны служил десятником в малой дружине Томаса ван дер Вейнгарда.
– Так это и есть лорд Томас! – закричал, брызгая слюной, старик.
– Печальная история, - вздохнул хозяин, когда дети увели старика внутрь дома. - Знаете, какой он был? Эх! Это все, - повел он рукой, словно охватывая жестом и дом, и ферму, и земли вокруг, - все это он кровью заработал. Везде сражался, во всех войнах, и под знаменами Беаров, и под флагом Вейгардов.
– А что случилось с лордом Томасом? – спросил Герд, вспомнив, как смотрел на него Гектор ван дер Вейнгард.
– Лорд Томас погиб двадцать лет назад на переправе через Аттер. Рештанцы под командованием Дирка Шагорского вторглись в Кхор, но лорд Томас перехватил их у переправы. Был бой, и лорд Томас погиб, а княжество перешло его брату Иану…
4.
Странная история. Как минимум, непростая. Сначала Гектор ван дер Вейнгард смотрел на Герта таким взглядом, словно приведение увидел, а теперь еще и выживший из ума старик своего покойного князя опознал. Напрашивался закономерный вопрос, а не родственник ли им Карл? Но, вот какое дело, Карл, судя по всему, похож на Томаса Вейнгарда, но тот умер лет двадцать назад, а пареньку, как ни считай, никак не больше семнадцати. Значит, не сын, и, скорее всего, не внук. Был бы у Томаса сын, он, а не Иан, стал бы князем. Впрочем, это могла быть и дочь… Да, и у Гектора, исходя из его возраста, вполне мог родиться внебрачный ребенок.
"Приехать к Гектору в Сагер и броситься в объятия? Типа, здравствуй, папа! Смешно!"
Герт покинул гостеприимную ферму рано утром, и, найдя подходящую дорожку, поехал на юго-запад. Местность здесь сильно заросла лесом, так что проселок то и дело нырял в тень деревьев. И волк вскоре объявился. Потрескивал где-то поблизости сухостоем, шуршал в кустах.
– Выходи! – крикнул Герт, которому надоела игра в "
Самое смешное, что волк послушался и буквально через несколько мгновений объявился на дороге.
"Надо было раньше позвать!"
– Ну, здравствуй! – сказал он вслух и слез с коня.
Лошади волков боятся, и конь Герта не исключение, поэтому первым делом он привязал коня к дереву, и только после этого пошел к волку.
– Мы знакомы? – спросил, остановившись в паре метров от крупного с темно-серой шерстью зверя. Спросил наобум, потому что не знал, как сложится "разговор". Разговаривать с животными Герт не умел, да и про других таких людей не слышал, но подозревал, что оборотни человеческую речь разбирают. А вот как волк станет отвечать, совсем другой вопрос. Но попробовать-то стоило?
– Мы знакомы?
– Ты сказал, нет? Нет. Не знакомы? – уточнил Герт.
– Значит, не знакомы.
– Ты меня знаешь?
- Откуда?
– Ты меня видел? Раньше. – Говорить с обернувшимся оказалось непросто, но возможно. Надо только правильно формулировать вопросы. И чтобы фразы были простые и короткие. Удивляло другое, как он "читает" мысли волка? Это оказалось совсем не похоже на то, как общался с ним на Северном Олфе снежный барс. Тот свои мысли буквально вколачивал в мозг Герта, а этого волка Герт "читал" сам.
– Расскажи!
– А если обернешься? Сможешь рассказать?
– Просьба.
– Здесь? Сейчас? – спросил Герт.
– Где это?