Макс Мах – Коннетабль (страница 23)

Наукой Зандер, правда, сейчас почти не занимался, но лабораторию в одном из просторных подземелий шато все-таки оборудовал. Основное же время он тратил на тренировки в боевой и ментальной магии и на изучение целительства, поскольку горький опыт показал, что для спасения Габриэллы Мишельер хорошего знания теории в отсутствии практических навыков оказалось критически недостаточно. И еще он продолжал свои детективные изыскания, стремясь обнаружить того, кто злоумышлял против принцессы и герцогини Перигор. Здесь у него были серьезные подвижки, но радоваться пока было рано. Картина целиком все еще не сложилось, и в самой истории имелось несколько довольно больших пробелов. Впрочем, интуиция подсказывала, что он уже близок к разгадке этого преступления, но сколько времени займет этот последний этап расследования, пока не знал. Могло случиться и так, и эдак.

«Или быстро, или нет… - сыронизировал он мысленно. – Надо бы навестить Мишельеров, может быть, они тоже что-то раскопали…»

С Тристаном и Габриэллой Зандер не виделся уже целых две недели. Пару раз перезванивался с обоими и даже обменялся письмами и подарками на февральские иды[5]. А сегодня, - на Луперкалии[6], - в палаццо Коро должна была состоять «волчья вечеринка», и это был отличный повод увидеться с обоими Мишильерами в их, так сказать, естественной среде обитания.

- Мишельеры устраивают вечеринку в честь Луперкалий, - сказал он жене за завтраком. – Сходим?

Письмо-приглашение пришло с утренней почтой, так что на данный момент знал о вечеринке он один.

- Сходим, - согласилась Анаис. – Не припомню, чтобы кто-нибудь еще отмечал Луперкалии, но давай действительно навестим Мишельеров. Давно не виделись, и повод прелестный. Это что, экспромт?

- Пишут, что импровизация, потому и с приглашением так сильно запоздали. Письмо пришло только этим утром.

- Не страшно, - отмахнулась Анаис. – Среди друзей такое возможно… По крайней мере, иногда… В общем, не моветон.

С этим Зандер был согласен и порадовался только тому, что никого не пришлось уговаривать.

- Не хочешь спросить Эву Сабинию, - предложил он тогда жене. – Может быть, она захочет к нам присоединиться? С ней мы тоже не виделись уже целую вечность. И это было сущей правдой. Супружество незаметно отдаляло их от прежних друзей, не предлагая, впрочем, никого иного взамен.

- Хорошая идея! – согласилась Анаис. - Сразу после завтрака я свяжусь с ее секретарем.

Так и получилось, что в палаццо Коро они приехали целым кортежем. Не без помпы, конечно, но дело не в том, как это выглядит, а в том, что все-таки приехали. И, к слову сказать, ни разу об этом не пожалели. Вечеринка получилась веселая и какая-то по-настоящему дружеская, поскольку народу собралось совсем немного: каких-то сто человек, никак не больше. И, разумеется, все это были знакомые лица, люди, с которыми они оба, - и он, и она, - давно уже хотели повидаться. Впрочем, появились здесь и два новых для них персонажа: виконтесса де Габардан – юная красавица, оказавшаяся кузиной Габриэллы и Тристана, - и высокий голубоглазый брюнет, представившийся как Capitaine de corvette[7] Гийом де Ламот-Уданкур из Сентонжа. Имя показалось Зандеру знакомым, и покопавшись в своей практически бездонной памяти, он все-таки вспомнил, что Ламот-Уданкуры из Сентонжа, вообще-то, герцоги. Но мужчина, являвшийся, по-видимому, последним в роду, предпочел титулу офицерское звание.

«И в чем здесь интрига?» - спросил себя Зандер, но ответа на этот вопрос у него так и не нашлось. Данных не хватило.

Зато, наблюдая за этими двумя, - капитаном и Э клана Мишельер, князь Трентский пришел к выводу, что, если капитан все еще с Габриэллой не переспал, то наверняка сделает это в ближайшее время. Во всяком случае, по ощущениям, все шло к тому, что Ламот-Уданкур станет ее постоянным партнером.

«Не мужем… - решил Зандер. – Хотя, о чем это я? Если он герцог, то вполне подойдет Габи и как супруг».

Знатен, наверняка небогат и не жигало, отличный кандидат в принцы-консорты.

Еще большую загадку представляла собой виконтесса де Габардан. В отличие от Габи, вместе с которой, как вскоре выяснилась, она росла в Беарне, эта девушка даже не думала притворяться провинциальной простушкой. Умная, великолепно образованная и воспитанная в лучших традициях франкской аристократии, виконтесса не робела даже в присутствии принцессы-наследницы. Но больше всего занимала Зандера система отношений, которую он уловил буквально с первого взгляда на собравшееся общество. Берунико де Габардан явно запала на Габриэллу Э’Мишельер, и та, что удивительно, отвечала ей взаимностью.

«Впрочем, возможно, эти отношения начались не сейчас, а уходят корнями в их общее прошлое? У девочек такое, кажется, случается… У мальчиков, впрочем, тоже».

Возможно, что так все и случилось. Детская любовь, уединенный замок… Однако дело явно не ограничивалось давней привязанностью, но, главное, что система отношений, которую увидел Зандер, отнюдь не исчерпывалась связью Габи-Бери. По первому впечатлению, Тан, которому через две недели предстояло жениться на герцогине Перигор, тоже вел с юной виконтессой молчаливый, но от этого не менее интригующий диалог. И, судя по тому, что говорили глаза девушки, спать она была готова с обоими Мишельерами. Мария Перигорская все это видела, - ибо никто особенно и не скрывался, - и, разумеется, дико ревновала, но вмешиваться тем не менее не спешила и, судя по всему, не будет этого делать ни сейчас, ни в будущем, как, впрочем, и капитан Ламот-Уданкур, который тоже все видит и понимает, но резких телодвижений делать не станет. Этому довольно-таки брутальному мужчине шашни между его женщиной и какой-то левой пигалицей очевидным образом не нравились. В его глазах Зандер рассмотрел ревность собственника, но, похоже, капитан знал, где проходят границы дозволенного: герцог или нет, он всего лишь капитан Ламот-Уданкур, а Габи – второй человек в большом клане и боевой маг вне категорий.

«Да уж, драма!» - покрутил мысленно головой Зандер, удивленный всеми этими сложностями.

Но вскоре он должен был признать, что ситуация выглядит куда драматичнее, чем он думал еще минуту назад. В сложную систему отношений между тремя женщинами и двумя мужчинами встроилась еще одна фигура. Эва Сабиния явно приценивалась к Тристану Мишельеру, но при этом откровенно ревновала Габи сразу к двум претендентам на ее тело: и к мужественному герцогу-капитану, и к юной подруге детства. Тем большим сюрпризом для Зандера оказалось то, что, похоже, и сама она раздумывала над тем, не затащить ли в постель красавицу-виконтессу.

«Мне такое не переварить, - понял Зандер, вполне оценив открывшуюся перед ним «конструкцию», - разве что Анаис разберется и потом мне все растолкует. А я пас. Я лучше натурфилософией займусь… Она проще».

И он, разумеется, был прав.

***

- Есть разговор, - невзначай подошел к нему Тристан Мишельер.

Сказал тихо, но не шепотом. Не таясь. И выражение лица у него при этом было такое, словно тан пошутил или бросил мимоходом что-то такое, ничего не значащее, типа, «рад тебя видеть». Но и это не все. Воздух вокруг них подернулся на мгновение чем-то вроде голубоватой дымки. Если специально не присматриваться, скорее всего, даже не заметишь. Зандер в этих техниках был не силен, но догадался, что ни губ их никто сейчас не увидит, ни сказанных слов не услышит, а услышав, не разберет.

- Когда? «Где?» —спросил, улыбнувшись в ответ, как если бы отвечал шуткой на шутку.

- Минут через десять поднимись на второй этаж, - подсказал Тристан. – Направо, третья дверь от лестницы.

- Надо предупредить Анаис… - забеспокоился, было, Зандер.

Ему только объяснений с молодой женой не хватало. Но Мишельер учел и этот момент:

- Не надо, ее уведет Ева Сабиния, - сказал он, - а ты пойдешь вроде бы за Габриэллой. Увидишь, что она поднялась наверх и сразу же двигайся к лестнице.

- А… - несколько растерялся Зандер, представив, какие пойдут сплетни. Про них с Габриэллой и так судачили все кому не лень. Но в последнее время, после того как он женился, сплетни почти сошли на нет. Впрочем, ему на эти глупости наплевать, тем более что с супругой переговорит сама кронпринцесса. А ей Анаис верит, как себе. Все-таки, считай, всю сознательную жизнь дружат. Но вот Габриэлла… Сплетни такого рода не красят незамужнюю девушку…

- За репутацию моей сестры можешь не беспокоиться, - отмел его опасения Трис.

«Он что, мои мысли читает? – ужаснулся Зандер. – Нет, глупости, мы же этот вопрос совсем недавно обсуждали».

- Все разошлись! – закончил Трис разговор, и, кивнув на прощание, отправился в очередной «хозяйский» вояж, лавируя между гостями и останавливаясь по ходу дела то с тем, то с другим. На два слова здесь или на короткий разговор там, рассказать анекдот или, напротив, выслушать, сделать комплемент или просто улыбнуться «репликой без слов».

Зандер так тоже умел и, едва ли не машинально, сразу же шагнул в сторону и растворился среди фланирующей по приемному залу публики. «Слился с толпой», как говорится, и тоже в свою очередь стал расточать комплименты дамам и обмениваться мнениями с мужчинами, одновременно аккуратно отслеживая передвижения Габриэллы, которую трудно было не заметить, сколько бы гостей не передвигалось по залу. Высокая, светловолосая, да еще и с толстой косой, которую сегодня уложила на голове короной. Весьма женственно, надо сказать, и прибавляет в росте, которого у Габриэллы и так более, чем хватает.