Макс Мах – Исход неясен III (страница 36)

— Варульвы[6]… - Хофт ни к кому конкретно не обращался, да и удивления в его голосе было не найти. Просто констатация факта.

— Была информация, что Фенрир[7] заключил с Волан-де-Мортом союз, — пожал плечами Малфой. Он был сегодня необычно молчалив, наверное, настраивался на бой.

— Если так, будет жарко, — почти равнодушно бросила Анна.

На самом деле, оборотни были их наименьшей проблемой. В стае Сивого не более трех десятков бойцов, и, возможно, что есть в добавок две-три волшебные палочки. Не великая сила, если учитывать тот факт, что опытный боевой маг порвет вервольфа, как тузик грелку. Однако они опасны, как «легкая кавалерия», которую бросают в бой на добивание проигравшего сражение противника. Ну и на нервах играют своим воем, не без этого.

Между тем, Люциус достал из нагрудного кармана что-то маленькое и круглое, вроде серебряного сикля, взглянул коротко и сразу же перевел взгляд на Анну:

— Они начали.

Речь, понятное дело, шла об опушке Запретного леса. Здесь же, в Хогсмите, сейчас легко угадывалось оживленное движение слева и справа от их группы. Пожиратели выдвигались к границе антиаппарационной зоны.

«Лучше ужасный конец, чем ужас без конца» — вспомнилось по ассоциации с настроением и перспективами на ближайшее будущее.

— Виллем! — окликнула Анна Хофта. — Отряд ведешь ты. Пробивайтесь к главным воротам и дальше к замку. Замок в приоритете, как понимаешь. Ну а мы на время уходим в тень.

— Не беспокойтесь, мадам! — кивнул ей нидерландец. — Мы пробьемся к замку раньше, чем туда доберутся пожиратели.

«Ну, дай-то бог!»

Набросив на себя чары Невидимости, Анна пристроилась к шагнувшему вперед Сириусу, прислушалась к своим ощущениям «Пространства» и «Присутствия», настраиваясь на Блэка и Малфоя, и удовлетворенно отметила, что достаточно хорошо «видит» своих соседей по связке. Больше ей отвлекаться на это не придется. Теперь только работа…

Зарекайся или нет, но бой всегда бой, а в бою, как известно, все планы летят в тартарары. Всего ведь не предусмотришь, и всю событийную цепочку заранее не просчитать. Недаром Наполеон Бонапарт говорил, что нужно всего лишь ввязаться в бой, а там видно будет. Так оно в жизни и происходит. Поэтому, несмотря на благие намерения поберечь силы для «главного блюда», уже через пару минут после начала активной фазы противостояния, Анна нашла себя в самой гуще ожесточенного сражения.

Какие-то бедолаги — по внешнему виду типичные маглы, — попытались пересечь пустошь, раскинувшуюся перед главными замковыми воротами. Скорее всего, они хотели добраться до Хогвартса раньше, чем на школу нападут пожиратели и, не очень умело маскируясь на открытой местности, двинулись минут за десять до того, как закончился «концерт по заявкам». И, разумеется, даже не дойдя до этих самых ворот, напоролись именно на тех, против кого собрались защищать своих детей. Пятеро мужчин в возрасте от двадцати пяти до шестидесяти лет и три молодых женщины, — наверняка члены какой-то большой полукровной семьи, не связанные ни с одной из известных Анне организаций, — они пришли именно, потому что в Хогвартсе учились один или несколько представителей их клана. Типичные повстанцы, если оперировать магловскими терминами. А перехватили их профессионалы, среди которых Анна заметила Сезара Паркинсона, Дугала Троверса и Грогана Лестрейджа. Если бы не отряд Анны, пожиратели разделали бы взявшихся за оружие обывателей, как бог черепаху. Разные весовые категории, так сказать. Да и количественно пожирателей было попросту больше. Имея двукратное численное превосходство и значительный качественный перевес, они обрушились на «маглов», как цунами на беззащитную прибрежную деревню. Чего они не ожидали, так это Виллема Хофта и его людей. И следует сказать, это была по-настоящему неприятная для них неожиданность.

Первой ударила Адара. Не размениваясь по мелочам, она вогнала в грудь обернувшемуся к ней пожирателю курящуюся мраком Черную Стрелу[8]. Arrow Shooting Spell — страшные чары. Анна когда-то испробовала это темное заклятие на себе любимой. Шрам под левой грудью, напоминающий об этом инциденте, остался ей на память после сражения у дома Поттеров в Годриковой впадине. Ее тогда это проклятие не убила, оказалось слишком слабым, но Адара вложила в свою Черную стрелу всю силу своей ненависти, так что пожиратель умер на месте, не успев даже по-настоящему удивиться, а бывшая аврор даже не проводила взглядом падающее на землю мертвое тело. Она уже переключилась на следующего противника, и Анна была уверена этому прилетит что-нибудь не менее ужасное, потому что аврор Блэк никогда не применяла ничего из весьма специфического арсенала своей семьи. Однако бывший аврор Блэк, — а то, что Адара служить в Аврорате перестала раз и навсегда, Анна не сомневалась, — так вот бывший аврор Блэк больше на ерунду не разменивается, исходя из принципа, что врага надо бить сразу насмерть. Все остальное от лукавого.

Итак, отряд Виллема Хофта ввязался в бой, а Сириус пока суд да дело повел свою триаду в обход, но далеко уйти не удалось. На них выскочил Фенрир со своей «дикой охотой», а у него, — да и не только у него одного, — нюх на магических существ. Маги же, по правде сказать, не совсем люди. Не даром они могут скрещиваться с вейлами, гоблинами и даже с великанами. Поэтому оборотни чуют их точно так же, как каких-нибудь единорогов или фениксов. Чуют и нападают. Таков инстинкт вервольфов. Однако стоит иметь в виду, что даже обычный среднестатистический волшебник, знакомый с основами боевой магии, отдельно взятому оборотню не по зубам и может выстоять даже против двух волков. Встреча же вервольфов с такими «монстрами», как Сириус, Люциус и она сама — это для стаи не подлежащий обжалованию смертный приговор. Понимая это, в обычной ситуации, едва почуяв такого противника, Сивый увел бы своих волков прочь, но, ударив сходу, он не разобрался в том, на кого позволил себе «пасть открыть», а когда понял, было уже поздно. Выйти из боя, не применяя магию щитов, он не мог, а в обороте вервольфы не колдуют. Даже те из них, у кого есть волшебная палочка.

Следующие минут пять или шесть, забыв о прежних планах, Анна с упоением резала оборотней. Именно резала, потому что применяла против них в основном различные варианты Секо и Варяжскую Секиру[9]. Довольно простые боевые чары, не требующие особо головоломной волшбы, но весьма эффективные именно против относительно некрупных хищников, включая сюда оборотней волков и медведей. Для мантикоры, дракона или гидры слабовато будет, но вот для оборотней и обычных не волшебных хищников — в самый раз. И расход сил, что немаловажно, относительно небольшой. Сириус, к слову сказать, тоже в основном рубил, — у него для этой цели оказалась с собой составная нагината[10], - а вот Люциус предпочел копье с широким листовидным наконечником. Им он колол и наносил режущие удары. Против магов это бы не сработало, но магия вервольфов в способности к обороту и невосприимчивости к слабым и средним по силе чарам. Зато против физического воздействия они не защищены. Все, что у них есть, это сила, скорость, клыки и когти. Однако хорошо тренированный маг не слабее и практически так же быстр, как оборотень. Остальное понятно и без объяснений. Фенрира убил Люциус, остальных — они разделали втроем. Спустя десять минут от стаи Фенрира Сивого остались лишь туши мертвых волков. Однако, если оборотни не напали на повстанцев, это не значит, что те уцелели. В конечном счете бой закончился в их пользу, но не имея соответствующих навыков выжить в схватке с опытными боевиками оказалось крайне сложно, даже несмотря на своевременно полученную помощь. Живыми из боя вышли двое мужчин и одна женщина, да и те были ранены. Не смертельно, но достаточно серьезно.

«Война…» — вздохнула Анна, мельком глянув на этих бесстрашных людей. Ей было их искренне жалко, но одновременно она вполне оценила их мужество и решительность.

— Спасибо вам… — окровавленная женщина встала с земли и поклонилась подошедшему к ней Хофту. — Мы простые люди… Если бы не вы, они вырезали бы нас, как скот.

— Вы знали, на что подписывались, — пожал плечами не склонный к сантиментам Виллем.

— В том — то и дело, что не знали, — подошел к ним один из выживших в бою мужчин.

— Жалеете? — спросила тогда Анна.

— Боюсь, что у нас не было выбора, — покачал головой мужчина. — У нас большая семья. Две полукровки… Теперь, правда, только одна, — кивнул он на женщину, — и девять маглорожденных, включая детей и стариков. Рано или поздно они пришли бы за нами.

Что ж, он прав. Такую семью пожиратели в покое не оставят, особенно если у них есть свой бизнес, а, судя по одежде, оружию и артефактам, люди они не бедные. Скорее всего, фермеры, но, возможно, и торговцы. Впрочем, сейчас это было совершенно неважно. Бой, превратившийся в грандиозное сражение, продолжался, сместившись между делом ближе к замку. Главные ворота были уже разрушены. И распавшееся на отдельные стычки сражение вплотную подступило к крепостному мосту.

— Как вы узнали о том, что нападут именно сегодня? — Анна решила, что еще одна минута отдыха на результаты сражения, если и повлияет, то скорее положительно, чем наоборот.