Макс Мах – Ее превосходительство адмирал Браге (страница 27)
Глава 4
1. Веселый Яр,
Летнюю практику 1953 года Ара проходила на себерской авиабазе на Тихоокеанском побережье Земли Хабарова. И, если прошлым летом она летала на коче 11-й серии, являвшемся на данный момент основным палубным истребителем республики Себерия, то сейчас ей предстояло "поупражняться" на "морских охотниках" - ударных самолетах "Коч-9М", где буква "М" означает "морской". В принципе, она на таком уже один раз летала, - перегоняла вместе с Виктором на авиаматку "Архангельск", - только тот был "ММ", то есть "морской модернизированный". Но в смысле пилотирования разница небольшая, да и вообще все там, - и в морском, и в морском модернизированном, - сводилось к базовой модели, за исключением навигационных приборов, разумеется. Однако сейчас Аре впервые предстояло пилотировать истребитель-штурмовик над океаном, и летная практика предусматривала в том числе полеты по приборам. Ночью или вне видимости береговой линии. И это был, разумеется, серьезный шаг вперед. Мало кто из четверокурсников мог похвастаться тем, что взлетал с палубы авианосца и на нее же садился, цепляя тормозным гаком трос аэрофинишёра, а вот Ара могла. Летала, знает! У нее даже в летной книжке так черным по белому и написано: "
Несмотря на то, что Земля Хабарова стремительно дрейфовала в сторону полной независимости, хабаровчане совсем не торопились разрывать исторически сложившиеся связи со своей бывшей метрополией. Военные связи, так уж вышло, в особенности. Слишком опасные были у хабаровчан соседи: жадные до выгоды, легкие на подъем, по-восточному коварные и отнюдь не слабые в военном отношении. Цинцы и ниппонцы держали местных жителей в постоянном тонусе, но плотность населения на Земле Хабарова была низкой, а территория, а значит, и границы - огромными. Потому и себерские военные базы были здесь отнюдь не исключением, а, скорее, правилом. Жестокая необходимость, так сказать, и никакой дурной политики. Вот и Веселый Яр являлся как раз таким форпостом вооруженных сил Себерии на западном побережье Ниппонского моря.
На самом деле, в заливе Владимира, вернее, в так называемой Южной бухте находилась база подводных лодок ВМФ Себерии, на полуострове Ватовского размещался Центр Контроля Обстановки, оснащенный старыми, но довольно мощными радиоискателями, а рядом с поселком Веселый Яр - одноименное аэрополе, на которое базировались, в основном, истребители-перехватчики, легкие скоростные разведчики и торпедоносцы. Туда же время от времени заходили на дозаправку патрульные суда Себерской Тихоокеанской эскадры и тяжелые корабли хабаровских "партизан", как почти официально назывались Силы Территориальной Обороны Земли Хабарова.
Ара прибыла на базу одиннадцатого июля в составе сводной группы курсантов псковских и ниенских военных учебных заведений на фрегате "Грумант". Большинство прибывших были моряками-подводниками или слушателями инженерного факультета Ниенского Училища Дальней Связи. Авиаторов было всего шестеро, и все, как одна, девушки, перешедшие на третий курс Академии. Исключением из правила - не в смысле пола, разумеется, - являлась Ара, получившая в связи с переходом на четвертый курс погоны гардемарина. Она, соответственно, и стала, как старшая по званию, командиром временного экипажа.
Когда сошли на бетон аэрополя, сразу почувствовали, что здесь, на Земле Хабарова - как раз напротив ниппонского острова Хоккайдо, - лето в самом разгаре. Тепло, - пожалуй, даже жарко, довольно влажно, но зато замечательно пахнет океаном и тайгой. То есть, теоретически Ара знала, каков, на самом деле, климат на побережье Тихого океана, но одно дело знать и совсем другое - испытать на собственной шкуре, и опыт этот ей, следует признать, весьма понравился. Ведь Ара, как и абсолютное большинство жителей северо-запада Европы, любила солнце и тепло, которых на родине, увы, не хватало. Ну, а здесь, на Дальнем Востоке и того, и другого сейчас было в избытке.
Она сделала несколько шагов по бетонным плитам посадочного поля: разминала ноги, прислушивалась к ощущениям и осматривалась. Выцелила внимательным взглядом встречающего курсантов-авиаторов офицера, он покуривал в теньке около штабного кунга, и, кивнув своим кавалерист-девицам - "
- Куда катится мир, - печально констатировал тыловик. - Барышни пилоты! Кто бы мог подумать...
Ара не обиделась, поскольку ничего оскорбительного в словах штабс-капитана не нашла. Она знала, что людям старших возрастов - и, в особенности, в такой вот дальней провинции, - совсем непросто принять происходящие в мире либеральные перемены. Оставалось его только пожалеть, тем более, что мужиком штабс-капитан Болтнев оказался нормальным. Повздыхал для порядка, покивал своим невеселым мыслям, а затем быстро и четко организовал девушкам отличный обед в офицерской кантине и отвез на локомобиле-вездеходе в поселок Ракушка, где поселил в одном из лучших офицерских общежитий на самом берегу океана. Дом стоял на северной окраине поселка, чуть ниже гравийного тракта на Веселый Яр и, как и несколько других относительно новых коттеджей, принадлежавших авиагородку, был построен на высоком скалистом берегу, нависавшем над галечным пляжем, куда можно было спуститься по деревянной лестнице в четыре пролета.
- Вода теплая, - сказал Болтнев на прощание, - С метеостанции утром сообщили - двадцать градусов, но купайтесь, барышни, осторожно. Слишком много в воде камней. Можно ногу поранить или еще чего... Одним словом, не озеро и даже не море, океан.
Являясь командиром сводного отряда, Ара вошла в дом первой. Прошлась, осмотрелась, оценила дислокацию и удобства. На первом этаже здесь было две запертых сейчас жилых комнаты, небольшая кухонька, душевая на две кабинки и теплый ватерклозет на те же две персоны.
- Первый этаж занят, - подтвердила она информацию, полученную от штабс-капитана Болтнева. - В нашем распоряжении весь второй этаж.
Поднялись наверх. Здесь вдоль коридора располагались четыре комнаты на две койки каждая.
- Занимаем эту, - решила она, - эту и эту. Курсант Жихарева за мной!
Лена Жихарева показалась Аре наиболее подходящим партнером по общежитию. Во всяком случае, она, в отличие от других девушек, Ару не раздражала. Спокойная крупная блондинка с несколько сонным взглядом больших серых глаз, курсант Жихарева считалась неплохим пилотом. Ара ее пару раз видела за штурвалом штурмовика и отметила уверенное пилотирование и полное отсутствия желания изображать из себя жар-птицу или еще кого в этом роде. Из нее мог вырасти со временем четкий профессионал, но никак не бретер. И это было хорошо, потому что две экзальтированные девушки в одной спальне - это чистой воды перебор.
- Купаться пойдем? - спросила между тем одна из девушек.
- Сейчас телефонирую на базу, спрошу, когда нам заступать на дежурство, - ответила Ара, - тогда и пойдем.
Однако штаб базы ничего путного про их планы ей не сказал, попросту не знал. Предложили, ждите, мол, вечером свяжемся и дадим вводную.
- Хозяин барин! - пожала Ара плечами. - Не хотят - не надо. Насильно мил не будешь. Пошли купаться!
Девчонки обрадовались и тут же бросились собираться. Сама Ара надела глухой купальник - он выглядел скромно, черный, без финтифлюшек, но, на самом деле, был дорогой, из хорошего эластичного трикотажа, - влезла в летний хлопчатобумажный комбинезон, захватила трусы и тельняшку, чтобы не шляться потом с мокрой задницей, полотенце и пояс с револьвером в пристегнутой кобуре. На ноги надела лапти, сплетенные из липового лыка, которые обычно носила летом вместо домашней обуви. Удобно, не жарко и ход мягкий. Это ее еще в Вологде нянька научила: хорошие лыковые или веревочные лапти летом, укороченные по щиколотку войлочные валенки - зимой, ногам удобно, да, и вообще, здоровее будешь.
- Это чего у тебя, - удивилась Лена, - лапти, что ли?
- А что в ботинках идти? - усмехнулась Ара. - Учись, красавица. В Псков вернемся, первым делом иди на рынок и покупай лапти. Летом, как домашняя обувь, лучше не придумаешь. Да и вот так, к морю выйти - вполне ничего. И не забудь взять пистолет! Устав никто еще не отменял.
И в самом деле, по уставу, выйдя на практику "в поле", курсанты, как и все строевые офицеры, должны были иметь при себе табельное оружие. В общем случае, речь шла о себерской реплике прусского парабеллума, но устав не запрещал в частном порядке заменять его на более продвинутые модели, и Ара купила себе револьвер "Горбатов-мини" под тот же 9-мм патрон. Его и носила в кобуре.
Собрались быстро. Спустились по скрипучим, выцветшим от солнца и океанской соли ступеням на пустынный пляж. Огляделись. Народу никого. Поэтому сложили одежду и оружие под камни недалеко от обреза воды и полезли в океан, который здесь, в бухте, был совсем не таким мощно дышащим, как на открытом побережье. Вода, как и следовало ожидать, оказалась бодрящей. Все-таки летом озера в Себерии - не считая Ладоги или Онеги, разумеется, - прогревались куда лучше. Но зато это был настоящий соленый океан, да и они все шестеро были тренированными спортивными девушками в хорошей физической форме. Так что, холода никто даже не заметил. Резвились, плескались, плавали и ныряли, но Ара службу знала, поэтому в каждый момент времени кто-нибудь из девушек следил по очереди за берегом, за вещами и оружием. Девчонки на нее сердились, разумеется, но она старшая - к тому же гардемарин - ослушаться не решались. А вот когда вылезли из воды, переодеваться пришлось уже под жадными взглядами мужиков, притаившихся в кустах наверху. Однако им всем это было не впервой. В раздевалках спортивного центра Академии, да и в некоторых других ситуациях переодеваться девушкам-курсантам приходилось при парнях. Другое дело, что однокашники всегда деликатно отворачивались, хотя нетрудно было предположить, что не все и не всегда. Поэтому, имея опыт, будущие авиаторы не стали смущаться, а, изобразив плотный круг, переоделись, скрываясь по очереди за неширокими спинами подруг, и отправились отдыхать в "казарму".