Макс Мах – Дуэт в интерьере или Он, Она и Все Остальные (страница 41)
«Но если она, то же умеет…» - такой поворот открывал совершенно невероятные перспективы.
- Умею, - подтвердила его догадку Кьяра. Снова же не сразу, а после короткой паузы, наверняка взятой на размышление. – Но я… я решила никогда этого не делать. Лучше уж мастурбировать, чем так…
- Не понимаю, в чем проблема, - искренне удивился Герт. – Ты… ты можешь довести себя до оргазма?
- Я бы не хотела это обсуждать!
- Ну, и зря! – возмутился Герт. – Это же редкий Дар. И я совершенно не понимаю логики! Значит пальцами можно, а воображением нельзя, я правильно понимаю?
- Ты не понимаешь!
- Так объясни!
- Физический мир нельзя путать с иллюзорным, - нехотя сформулировала Кьяра некий принцип, которым руководствовалась. И Герт понял, о чем, собственно, идет речь.
Он не видел ничего страшного в «креативном онанизме», как он называл свой секс в воображении, но из чувства порядочности воображал обычно тех женщин, с которыми трахался на самом деле. Новых или предполагаемых партнеров он не хотел унижать своими фантазиями. А Кьяра, похоже, боялась потеряться меж двух миров: между миром материальным и миром иллюзорным. Страх, к слову сказать, не лишенный оснований, но не в случае Герта.
- Понял, - кивнул он. – Снимаю вопрос, но хотел бы заявить для протокола, тебя я ни разу не раздевал, хотя видит бог, очень хотелось!
Кьяра хмыкнула, но от комментариев воздержалась. Испепелила в воздухе окурок, откинутый щелчком пальцев, и потянулась к фляжке.
- Куда-то нас не туда занесло, - сказала, возвращая фляжку на место.
- Наверное, неспроста… - хмыкнул Герт. – Все, все! Не обижайся! Я, собственно, с темпераментом почти закончил. Да, и не о нем речь. После каникул ты стала вести себя несколько иначе. Затрудняюсь подобрать верные слова, но ты стала как будто увереннее в себе. Я бы сказал, что ты, словно получила право повелевать. Не пользуешься этим правом, но все время имеешь его в виду и ведешь себя соответственно. Это тонкие нюансы, но тем, кто, как я, привык обращать внимание на малейшие изменения, это очевидно.
- Боюсь спрашивать, кто и зачем развил в тебе эту способность…
— Это не относится к делу, но я это умею. И я вижу, ты изменилась не только внешне, изменилась твоя поведенческая модель. Вероятно, изменилось твое самоощущение. Полагаю, ты что-то узнала о себе… Ума не приложу, что это может быть, но что-то случилось. Это точно.
— Это и есть твой секрет? – чуть прищурилась Кьяра, обдумав его слова.
- Нет, секрет в другом… - Герт немного помолчал, еще раз рассмотрев все pro et contra[16], и все-таки сказал ей то, что собирался сказать.
- До летних вакаций у тебя был ранг выше шестидесяти, но ниже семидесяти. Точнее не скажу. У меня еще не сложилась более точная шкала. Вижу, что не ошибся, - уловил он ее реакцию. – Так сколько точно?
- Шестьдесят третий ранг…
- Почти угадал… Но дело в другом. После каникул ты вернулась с резко возросшей силой. Несколько выше семидесяти единиц. И это не медленный рост, это похоже на одномоментный скачок.
- Сколько, сколько? – опешила девушка.
- Точно сказать не могу, но сейчас уже выше семидесяти.
- Умереть не встать!
- И это скачкообразный рост! Одномоментная прибавка. И, если теперь рассмотреть все факты в совокупности…
- Да, - кивнула Кьяра, - ты прав.
- Ты знаешь, что ты велик? – спросила через мгновение, выуживая из лежащей на столе пачки вторую сигарету.
- Я велик, - ухмыльнулся Герт. – И опережая твой вопрос, у меня чуть больше. Восемьдесят семь единиц, но я, как мне сказали в Гильдии, практически исчерпал резервы роста, а ты, скорее всего, будешь продолжать расти.
- Куда уж больше! Итак дылда. Скоро танцевать будет не с кем!
- Я все еще выше…
- Я приму это к сведению.
- Хорошо, - согласился он с повесткой. – На очереди твоя история.
- Моя история… - тяжело вздохнула Кьяра. – Давай так, я расскажу пока только часть истории. И… в общем, спасибо, что заговорил со мной. Сама бы я не решилась, но раз уж так вышло…
- Стоп! – остановил Герт девушку. – Я только что похвалил тебя за выдающуюся выдержку, а ты вдруг демонстрируешь какую-то неуверенную в себе фемину самого жалкого вида.
- Извини!
- Перед собой извиняйся, - покачал он головой. – Я всего лишь зеркало, но отражаешься-то в нем ты.
- Принято.
- Отлично, потому что, я хочу сразу же спросить.
- Спрашивай, - пожала она плечами.
- Ты не знала об изменениях, но, тем не менее, собиралась… стеснялась… Неважно. О чем ты хотела со мной говорить, если бы решилась?
- Возможно, о причине изменений. Я точно не знаю, но… Черт! Черт! Черт! – вдруг взорвалась Кьяра. - Я просто боюсь. Всю жизнь осторожничаю. Мне сложно вот так сразу раскрыть секрет, который может стоить мне жизни!
«Стоить жизни? – удивился Герт. – Все так серьезно?»
- Я просто боюсь, - повторила Кьяра. – Она говорит, тебе можно доверять, но мне сложно кому-нибудь довериться… Не обижайся, Герти, но ты мне не муж и не любовник…
- И не друг? – перебил он ее.
- А ты друг?
- Сомневаешься? Зря. И кто это она?
— Значит, друг? – было видно, что Кьяра уже справилась с волнением и «
- Experientia est optima magistra[17], - улыбнулся Герт. – Ты же знаешь латынь?
- Знаю, - кивнула Кьяра, - и ты знаешь, что я знаю. Так что не выпендривайся!
- Учту, не буду. Что дальше? И снова спрошу, кто это эта она?
- Воображаемый друг? – предположила Кьяра после короткой паузы.
«Врет!» - отметил Герт, а Кьяра уже сменила тему.
- С тобой уже связывались из императорской ставки? – спросила она.
«Неожиданный вопрос или, напротив, ожидаемый…»
Чутье подсказывало, что за всеми ее страхами и недомолвками кроется что-то весьма интересное. Какой-то нерядовой случай, в который он, пожалуй, не прочь сунуть нос. Но дело, наверное, все-таки не в любопытстве и не в любознательности, а в том, что его живо интересовало все, связанное с Кьярой.
- Прислали приглашение на прием в узком кругу.
Под узким кругом, впрочем, подразумевалось порядка двух сотен гостей. Не тысяча, как если бы это был большой бал, а всего двести. Поэтому малый прием или прием в узком кругу.
- Двадцать четвертого? Накануне Рождества?
- Тебя тоже пригласили? – Ну, это же было очевидно.
- Фике достала пригласительный билет плюс один и тащит меня с собой.
- Ты боишься появляться при дворе? – сразу же понял Герт соль интриги. – Почему? Кто тебя может узнать?
- Боюсь, что меня действительно могут узнать, и да, Герт, это и есть моя тайна, которую я обещала раскрыть. Но теперь я думаю, что это очень удачно, что ты увидел то, что увидел. Теперь меня точно опознают.
- Все так серьезно? – решил уточнить Герт.
«Что, черт возьми, она успела натворить? Где и кто ее видел и при каких обстоятельствах?»
- Более, чем.
- А не идти…