Макс Мах – Дуэт в интерьере или Он, Она и Все Остальные (страница 11)

[9] То есть, закончила 1-ю степень (бакалавр) по двум специальностям сразу.

[10] Диссертация (от лат. dissertatio — исследование, сочинение, доклад) — работа (и текст с описанием основных результатов этой работы), успешное выполнение которой является одним из требований для получения учёной степени или квалификации. Содержит обобщение результатов исследований соискателя, проводившихся им за время от нескольких месяцев до нескольких десятилетий.

[11] Цитата из статьи «Магия» в Википедии (большей частью основана на статьях из Большой Советской Энциклопедии и Словаря Ушакова).

[12] Наверное, это была серна.

[13] Если речь о тройской унции, то пять унций – это порядка 150 граммов и где-то 11 тысяч американских долларов. Полагаю, в империи это тоже немало.

Глава 2

Глава 2. Превратности судьбы

Зои

К сожалению или к счастью, той ночью они с Мадсом не переспали, а потом стало уже не до этого. Между тем, все начиналось весьма многообещающе: знакомство, легкий флирт, нечувствительно переходящий в обоюдное соблазнение и обольщение, и дело шло уже к кульминации, - оставалось лишь спросить «к тебе или ко мне?» - но, увы, Кьяра попросту не рассчитала своих сил. Утром была игра, вечером и ночью клуб… Она элементарно выдохлась и начала засыпать на ходу. Мадс ее понял, - галантный кавалер, - и не стал проявлять неуместную настойчивость. И зря, наверное… Впрочем, сожаления о несбывшемся по определению бессмысленны и контрпродуктивны. Кьяра это знала и потому редко оглядывалась назад. Не оглянулась бы, наверное, и в этот раз, но в их с Мадсом истории, все в итоге оказалось не так скверно, как она подумала вначале, и совсем не так хорошо, как можно было бы придумать, умей она мечтать «о простом женском счастье» …

Однако, утро никаких перемен не предвещало. А если и предвещало, то только такие, от каких не стоило отказываться. Во всяком случае, Кьяра делать этого не собиралась. Она отлично выспалась, приняла контрастный душ, плотно позавтракала, - что при ее нагрузках и ускоренном обмене веществ было более, чем принципиально, - и, выпив большую чашку крепкого кофе, отправилась на встречу с так понравившимся ей парнем. Обычно Кьяра на свидания не опаздывала, она, вообще, всегда и всюду приходила вовремя. На этот раз она тоже не опоздала и встретилась с Мадсом, как и договаривались, у монумента герцогу д'Этамп на Старой Ярморочной площади. Увидела, - ее «почти парень» явно пришел раньше условленного часа, - улыбнулась ему и даже поцеловала в губы, решив, что самое время ясно обозначить свои намерения. Судя по всему, он понял ее правильно, и они отправились гулять по предпраздничному городу. Погода стояла чудесная. В меру холодная и безветренная, и по северному снежная. Снег лежал везде, где успел упасть и откуда его не стали убирать. Лежал, искрился на солнце и очевидным образом поднимал настроение. Глинтвейн этому тоже способствовал. Он всегда уместен зимней порой, но здесь, в Аппе, его варили как-то особенно вкусно, с медом и коньяком, с грушами и, одни боги знают, с чем еще. В общем, прогулка удалась, и ее не смогла омрачить даже едва не вспыхнувшая ссора с тремя типичными мажорами, парнем и двумя девушками.

Дело происходило в трактире, куда Кьяра и Мадс зашли, чтобы перекусить перед поездкой к водопаду. Пока ждали заказ, Мадс начал рассказывать ей какой-то исторический анекдот о жившем лет двести назад Сезаре VII, герцоге д'Этамп. В принципе, ничего криминального, но, как вскоре выяснилось, за соседним столиком сидел пра-пра-праправнук почившего в бозе герцога, и душа обидчивого аристократа не выдержала «попрания чести и достоинства». На самом деле, парень был порядком пьян, а девчонки его подзуживали и одновременно строили глазки Мадсу, тогда как герцогеныш явно выделывался перед Кьярой. Но ей от этого было не легче. Скандал, да еще и с одаренными, - а судя по гильдейским кольцам магами являлись все трое, - точно не входил в ее планы. Поэтому Кьяра решила козырнуть своим титулом.

- Тише! Тише! – попросила она, поднимая перед собой обе руки в успокаивающем жесте. – Зачем нам ссориться, милорд! Разрешите представиться, я Кьяра фон Аренберг из Карнака…

Она озвучила титул на северный манер, хотя у них, в герцогстве Висинг, в ходу была другая форма имени, и, если по каким-то причинам ее отец озвучивал свое баронство, то называл себя д’Аренбергом. Однако сейчас Кьяре было важно просто довести до сведения собеседников, что она и сама принадлежит к древнему титулованному дворянству. Помогло бы ей это или нет, теперь не узнать, потому что, как только она назвалась, одна из девиц сделала «круглые» глаза и едва ли не с благоговением спросила:

- Ты форвард Карнакских Фурий?

- Да, - не без удивления в голосе подтвердила Кьяра.

- Вау! – заорала ее визави. Голос девушки был полон неподдельного восторга, глаза сияли. – Извини, Троечка, что прикапались!

И все, собственно, потому что Кьяра играла под третьим номером, а девушка оказалась ее горячей поклонницей и долго потом не могла успокоиться, извиняясь за то, что не узнала Кьяру сразу, хотя на игре присутствовала и до сих пор находилась под впечатлением от ее трехочковых бросков[1]. Скандал после этого сошел на нет, а еще через пять минут, сдвинув столики, обе компании объединились, и было решено ехать на Водопад богов вместе, тем более что у аристократов имелся большой внедорожник с собственным водителем. Возможно, и даже скорее всего, Мадс был не слишком доволен таким поворотом дел. Ему наверняка хотелось побыть с Кьярой наедине, но она его успокоила, шепнув на ухо, что «все еще впереди». Он ее посыл, вроде бы, принял и понял. Во всяком случае, начавшее было портится у ее нового друга настроение быстро вернуло себе статус-кво[2], то есть снова стало доброжелательно безмятежным. Впрочем, Кьяра уже знала, что на нее Мадс смотрит иначе, и наедине с ней демонстрирует совсем другое настроение. И конкретно это выражение лица предназначалось посторонним. Кьяра же нежданному знакомству была рада.

Дело в том, что ей давно уже хотелось познакомиться с настоящими магами, но все как-то случая не представлялось. Не идти же знакомиться в лоб? Здравствуйте, мол, уважаемый волшебник, разрешите представиться и задать вам несколько вопросов? А тут, как говорится, на ловца и зверь, потому что новые знакомые оказались не просто одаренными. Они были абитуриентами Императорской Академии Магии, Теургии[3] и Целительства, занятия в которой в отличие от всех других учебных заведений в империи начинались не первого сентября, а первого мая, то есть сразу после Вальпургиевой ночи[4]. В общем, то, что доктор прописал, а побыть с Мадсом наедине они еще успеют, потому что планы Кьяры на следующую ночь не позволяли двоякого толкования.

«Все будет! – многообещающе улыбнулась она Мадсу. – И ты даже представить себе не можешь, как тебе повезло! А пока…»

Она начала осторожные расспросы, замаскированные под обычное женское любопытство, еще в трактире. Продолжила в машине, где они начали распивать прямо из горлышка литровую бутылку шампанского. Шампанское было «не совсем аристократическое», - не брют, если что, а полусладкое, - но зато вкусное, и настроение в просторном салоне внедорожника поднялось еще на пару градусов. Между тем, под смех и разнокалиберные шутки, добрались до водопада, остановившись около западного конца Моста Поцелуев, перекинутого над южным рукавом водопада, прозванного Косой Сьёфн[5]. Поток был довольно узким, всего, быть может, метров сорок в ширину, но невероятно мощным. Вода буквально кипела, с ревом прорываясь сквозь узость ущелья. И, хотя Коса Сьёфн находилась далеко внизу, метрах в пятнадцати-двадцати от ажурного, собранного из металлических конструкций моста, разговаривать, стоя прямо над потоком было невозможно, так громко шумела сжатая берегами вода. Поэтому здесь Кьяра по большей части молчала, отложив расспросы о магии и магах на потом, на запланированный на вечер обед в Ассанабель - лучшем ресторане города, как охарактеризовали его ее новые друзья. Однако до ресторана они в тот раз так и не добрались.

Мост начал разрушаться прямо у них под ногами. Кьяра почувствовала еще самый первый, довольно-таки слабый толчок, когда отвалился первый стержень в центральном сегменте несущей фермы моста. Однако никто, кроме нее, ничего, похоже, не замечал, и она совсем уже решилась поднять тревогу и, если понадобится, то силой утащить своих спутников с моста, однако попросту не успела. Конструкция посыпалась сразу вдруг, и мост, служивший верой и правдой едва ли не четверть столетия, рухнул вниз, не успев даже сказать: «Ой!». К счастью, Кьяра соображала быстрее большинства знакомых и незнакомых ей людей, и решения принимала без раскачки и сомнений.

В психологии такой способ решения задачь называется инсайтом[6]. Человек видит проблему и сразу же знает, как ее решить. И что любопытно, чаще всего он оказывается прав и в решении своем никогда не сомневается, а напротив, испытывает от этого чувство удовлетворения. Увы, но таких «решателей» очень мало, и все они входят в верхний один процент распределения по шкале интеллектуальных способностей, то есть, речь о людях, имеющих IQ[7] в 130 единиц и выше. Ну а сама Кьяра по результатам психометрических тестов относилась к верхнему промилле[8] этого процента. Ее IQ равнялся ста сорока трем единицам. Практическая гениальность, между прочим, ни больше, но и ни меньше.