Макс Мах – Черная луна (страница 4)

– Весьма! – решила Герда, изловчившись посмотреть на себя в небольшое настольное зеркало.

Конечно, и платье, и плащ с капюшоном, вообще, все, что надела сейчас Герда, было сшито не меньше чем пятнадцать лет назад. Но мода, – думала она, – понятие относительное, да и меняется она в достаточной мере хаотично. То, что модно сейчас в Эриноре, не обязательно является таковым в Лассаре или Горанде. Иди знай, может быть, в Горанде снова в моде фасоны, кружившие женщинам головы в Эриноре лет пятнадцать-двадцать назад?

– Время! – напомнила себе Герда и, закрыв дверь, покинула дом.

– Не то чтобы я лезла в чужие дела, – сказала ей Кирса, стоявшая возле калитки, – но ты ведь в курсе, милая, что женщинам такого класса платят не серебром, а золотом?

– Спасибо, Кирса, – улыбнулась Герда. – Не бойся, я не продешевлю…

О такой возможности она еще никогда не думала, но это не означает, что не подумает впредь.

«Отчего бы и нет? – размышляла она, направляясь в сторону Бегонии. – Другие же продаются, а чем я лучше этих женщин?»

Она пересекла пустынную в этот час Рыночную площадь, прошла по короткому чистенькому переулку, – там она, наконец, надела полумаску, – свернула в другой точно такой же – и в результате вышла на улицу Черных рейтаров сбоку от «Северной красавицы» – одной из самых дорогих и известных далеко за пределами города гостиниц. Теперь она могла взять извозчика, – а их здесь всегда было несколько, – и все будут думать, что она знатная иностранка, остановившаяся как раз в этом отеле. Однако жизнь иногда подкидывает неожиданные подарки. Не успела Герда пройти по улице и двух десятков шагов, как рядом с ней остановилась карета, украшенная незнакомым гербом.

– Надеюсь, мадемуазель, вы направляетесь в королевский замок?

Через окно кареты к ней обращался симпатичный молодой человек в офицерском мундире с золотыми галунами. На эрне[5] он говорил сносно, но с ужасным акцентом.

– Вы крайне догадливы, генерал, – улыбнулась из-под капюшона Герда.

– Увы, я пока не генерал, – молодой человек покинул карету и остановился перед Гердой, он был высок и широкоплеч, и от него хорошо пахло. – Разрешите представиться, мадемуазель, граф Иван Давыдов. К вашим услугам!

– Вы из Московии? – заинтересовалась Герда.

– Мы называем свою страну Гардарика, – поправил ее офицер.

– Гардарика? Ну, конечно! Какое у вас звание? – продолжила расспрашивать Герда.

– Лейб-гвардии поручик. Но, – улыбнулся граф, – я ответил уже на три ваших вопроса, мадемуазель, а вы ни на один.

– Во-первых, граф, вы ответили всего на два вопроса, – уточнила Герда. – Остальное вы сообщили из вежливости. А во-вторых, вы задали мне пока всего один вопрос, и я на него ответила. Впрочем, извольте. Да, поручик, я направляюсь на королевский бал. А теперь скажу вам, как вежливый человек вежливому человеку. Я из Горанда. Эдле Маргерит ди Чента. Услуги не предлагаю, ибо неприлично. И предупреждая ваш следующий вопрос: нет, у меня нет своей кареты.

– О! – восхитился внимательно выслушавший ее длинную отповедь граф. – Какая удача. Моя карета в вашем распоряжении, эдле, и позвольте мне перейти на горанд, его я знаю много лучше.

– Спасибо! Ваше предложение с благодарностью принимается, – ответила Герда, переходя на знакомый собеседнику язык.

– Позвольте предложить вам руку, мадемуазель?

– А кстати, с чего вы взяли, что я барышня, а не вдова или не убеленная сединами матрона? – спросила Герда и, опершись на руку молодого человека, поднялась в карету.

– Интуиция, – коротко ответил граф, последовав за ней.

– Итак, – сказал он через мгновение, – судя по вашему безупречному эрну, вы в Эриноре не в первый раз?

– Вы проницательны, поручик, – улыбнулась Герда. – Вам удалось догадаться об этом с первого раза.

– Вы смеетесь надо мной?

– Есть возражения?

– Похоже, что нет.

– Ну, и славно! – завершила обмен репликами Герда, однако новый знакомый и не думал замолкать:

– Надеюсь, вы не обидитесь на меня, если я скажу, что вы очень необычная девушка.

– В чем же заключается моя необычность? – раз уж начала, приходилось продолжать.

– Вы раскованны, уверены в себе, ведете разговор на равных и к тому же невероятно отважны.

– Это эвфемизм? – усмехнулась в ответ Герда. – Это вы, граф, меня так в дурости упрекнули?

– Ни в коем случае! С чего вы взяли?

– Села в карету к незнакомому мужчине…

– Вот я и говорю, что вы решительная и смелая девушка.

– Почем вам знать, сударь, а что, если так и есть, и у меня в складках платья спрятан стилет?

– У вас есть стилет?

– Отчего бы не быть? Я путешествую одна… А что касается моей раскованности… Что, если я путана? Ведь может такое случиться?

– Нет! – твердо возразил ей собеседник. – Не может. Вы уж извините, эдле, но, чтобы купить такую девушку, как вы, не хватит ни одного из известных мне состояний. А я их, уж поверьте, знаю немало. И размеры этих состояний иногда достигают невероятных величин.

– Это комплимент?

– Ну, разумеется, комплимент!

– Хорошо, я подумаю, – усмехнулась Герда, мысли которой неожиданно повернули куда-то не туда.

«А что, если и в самом деле? – подумала она лениво. – Сколько может стоить моя девственность?»

– О чем, простите? – граф ее не понял, но Герда была готова все объяснить ему своими словами.

– Подумаю о том, сколько может стоить моя любовь…

Как легко, оказывается, вскружить голову галантному кавалеру.

«Даже странно, – думала Герда, пока карета везла их с Иваном на замковый холм, – он ведь меня даже толком не рассмотрел. Просто не мог. Тогда что он увидел? Кого?»

Она знала ответ. Он мог увидеть высокую женщину в темно-синем плаще и в капюшоне, накинутом на голову так, что даже лица не рассмотреть. Подол платья, на три ладони выступающий из-под плаща, да высокие каблуки, время от времени мелькающие из-под подола при ходьбе. И тем не менее вот она, Герда, едет в графской карете на бал к королю. Без приглашения и без ведома грозного отца, ненавистной мачехи и безразличных сестер. Свободная и счастливая. Не ограниченная ничем: ни правилами, ни запретами, ни совестью. У тени нет и не может быть совести, а Герда всего лишь бесплотная тень. На привидение не распространяются запреты, но кто она, если не «развоплощенный дух»? Она есть, потому что скоро появится на балу у короля, где ее сможет увидеть любой человек, но в то же время ее нет, потому что в природе не существует женщины, которая сейчас направляется на бал.

– Вы давно из Горанда?

– Нет. Приехала только сегодня, – улыбнулась Герда, откидывая капюшон на спину. – Видите, даже карету арендовать не успела.

– Но приглашение на бал получить успели.

– С чего вы взяли? – Ее удивление было искренним. – У меня нет приглашения во дворец. Я еду туда только, чтобы погулять в парке, посмотреть на гостей короля и послушать хорошую музыку.

– Тогда я приглашаю вас пойти во дворец со мной, – предложил граф. – У меня есть приглашение.

– Серьезно? – заученным движением подняла Герда бровь. – Я вас этим не стесню?

– С чего бы? – улыбнулся молодой человек, почти дословно повторив ее собственную реплику. – У меня нет пары, а приглашение выписано, как водится, на два лица.

– Даже не знаю… – задумалась Герда.

– Соглашайтесь! – попросил граф. – Говорят, там будет весело. Я познакомлю вас с земляками. Но обещайте, что первый танец мой!

– Я могу пообещать вам что угодно, – рассмеялась Герда, – но танцую я скверно.

– Не верю!

– Скоро сможете убедиться сами.

– Значит, вы согласны составить мне пару?

– Согласна, но на продолжение не рассчитывайте! Я скромная девушка и не разделяю разнузданных нравов современной молодежи.

Откуда взялась эта фраза? Бог весть…

– Но ухаживать-то за вами можно? – не унимался московит.

– В рамках приличия, – согласилась Герда.