Макс Короватый – Призрак КОДОНА (страница 4)
Воздух здесь был густ от запахов: едкий дым от примитивных генераторов на отработанном масле, сладковатая вонь гниющих биологических отходов, перебиваемая резким ароматом дешёвых химических освежителей. И над всем этим – постоянный, неумолчный гвалт. Не просто звуки, а плотная аудиальная стена. Крики торговцев, перебранка, грохот падающего металлолома, искажённая до неузнаваемости музыка из динамиков с разорванными мембранами. Для Кайра, чьи нервы и так были натянуты до предела после инцидента в «Склепе», это было физическим наказанием. Каждый звук бил по черепу изнутри, отзываясь тупой болью в виске, где сидел «Осколок».
Но самое тяжёлое было не это. После того шепота в тишине его комнаты, сама Сома Базара казалась ему отвратительной. Если в «Склепе» она была задумчивой, а в его старом оперативном секторе – стерильной и жёсткой, то здесь она была прожорливой. Тысячи отчаявшихся, алчных, испуганных умов излучали в неё неконтролируемый эмоциональный шум. Это был смрад на уровне информации: паттерны страха, вспышки агрессии, липкая, назойливая надежда. И сквозь это всё он теперь, сам не понимая как, улавливал фоновый гул того другого сознания. Тихий, ровный, совершенно иного качества. Как чистая нота камертона, звучащая в середине оркестровой какофонии. Она не говорила с ним больше. Она просто… была. И её присутствие делало грубость окружающего мира невыносимой.
Он шёл, опустив голову, стараясь не смотреть в глаза. Его чёрный комбинезон хоть и был лишён шевронов, но крой и материал выдавали в нём выходца из иного мира – мира порядка и силы. На него косились. Шарахались. Некоторые, наоборот, смотрели с тупой, вызывающей ненавистью. Он был здесь санитаром. Чистильщиком. И даже без тотема в руках от него пахло Директоратом.
Логово Криптора находилось не в лачуге, а под ней. Кайр спустился по скрипучей лестнице в подвал, заваленный хламом эпохи Великого Раздора: корпуса древних серверов, пульты с потускневшими кнопками, связки оптоволокна, свисавшие со стен, как лианы. Воздух пах старым пластиком, озоном и… жареными грибами. Искусственными, конечно.
За импровизированным прилавком из дверцы от старого шаттла стоял он сам. Криптор. Бывший Соматург, лишённый лицензии за «неортодоксальные практики». Человек лет пятидесяти, с лицом, изборождённым не морщинами, а скорее шрамами от нервного напряжения. Его глаза, чересчур живые и быстрые, бегали по Кайру, оценивая, сканируя. Он был худ, одет в поношенный, но чистый комбинезон инженера, на груди которого кто-то старательно выцарапал символ сломанного кристалла – эмблему одной из банд Шума.
«Санитар. Нашёл время для низов», – произнёс Криптор. Голос у него был сиплым, будто испорченным годами вдыхания паров кислоты. В нём не было ни страха, ни подобострастия. Была оценка товара.
«Мне нужна информация», – отрезал Кайр, опуская на прилавок небольшой, туго набитый пластиковый пакет. Он прозрачный, внутри – серые, питательные батончики стандартного пайка Директората. Десять штук. Недельная еда для среднего обитателя Осадка.
Криптор даже не взглянул на пакет. Его пальцы, длинные и нервные, забарабанили по металлу. «Информация – товар специфический. От спроса и риска зависит. А спрос на всё, что касается сбоев в работе Директората, особенно после вчерашнего шума в «Склепе», ой как высок. И риски соответствующие.»
«Я не об этом», – соврал Кайр. – «Мне нужны данные по аномалиям в Соме. Не по стандартным глюкам. По… сложным. С самоосознающими паттернами.»
Глаза Криптора сузились. Он медленно потянулся под прилавок и вытащил коробочку из-под каких-то деталей. Внутри лежало несколько кодонов разного качества. Один – мутный, с трещинами, дешёвый Спектраль. Другой – синтетический Гноссис, но мелкий, с дефектом. Третий… Кайр затаил дыхание. Небольшой, но чистейший Прокодон, природный, с внутренним мерцанием, как у далёкой звезды. Цена такому – целое состояние на чёрном рынке. На него можно было купить не только информацию, но и жизнь.
Криптор заметил его взгляд и прикрыл коробку. «Это не для продажи. Сувенир.» Его тон стал ещё более осторожным. «Самоосознающие паттерны, говоришь? Это уже не моя специализация. Это уровень «Улья» или самих Динамиков. Или… того, что раньше называлось Кодексами Высшего Пилотажа. Такие знания не за батончики продаются.»
«Чего ты хочешь?» – спросил Кайр, чувствуя, как почва уходит из-под ног. Он рассчитывал на жадность мелкого спекулянта, а столкнулся с профессионалом, знающим себе цену.
Криптор откинулся на спинку своего трона – старого кресла пилота. «Есть одно местечко. «Слезоточивый Каньон». Глубокий разлом в инфраструктуре, куда стекают все токсичные данные и эмоциональные отходы с этого сектора. Там, на стенах, под воздействием чистого стресса и информационного распада, иногда вырастают Спектрали высокого качества. «Слёзы», которые почти не искажены. Место кишит «сомнамбулами» – пси-вирусами, которые заводятся на петлях внимания. Заглянешь в тень – они уже смотрят на тебя оттуда и тянут за собой. Многие, кто ходил туда за добычей, назад не вернулись. Или вернулись… пустыми.» Он сделал паузу, глядя прямо на Кайра. «Принеси мне три таких «Слезы». Не меньше тридцати карат чистоты по шкале Люмена. Тогда поговорим.»
Это была не просьба. Это был фильтр. Либо у Кайра хватит навыков и удачи выполнить это – и тогда он представляет интерес. Либо он погибнет – и проблема решится сама собой.
Кайр молча кивнул. Другого выбора не было. Люсия Векс уже дважды вызывала его на дебрифинг, которого он всеми силами избегал. В Директорате начинали задавать вопросы. Ему нужны были ответы, прежде чем они придут за ним с вопросами.
«Слезоточивый Каньон» не был каньоном в привычном смысле. Это был разлом между реальностями. Когда-то здесь проходила главная магистраль оптоволоконных кабелей, питавших целый сектор. Во время одного из конфликтов Великого Раздора кабели были перерезаны, а энергия, хлынувшая из них, смешалась с психоэмоциональными выбросами паники тысяч людей. Пространство заболело. Образовалась стабильная аномальная зона, где физические законы сплетались с законами Сомы в нечто третье.
Спуск в него был похож на погружение в чужой сон. Свет обычных фонарей гас, поглощённый липкой, почти осязаемой темнотой, которая была не отсутствием света, а наличием чего-то иного. Воздух стал тяжёлым, влажным, пахнущим озоном и… слезами. Не метафорически. Вкус соли был явственным на губах.
Кайр включил свой базовый соматический сенсор – способность, вживлённую в него, как и во всех агентов. Мир вокруг заиграл новыми красками. Он видел не стены, а эмоциональные рельефы. Вот след давнишнего ужаса, вмёрзший в бетон, как морозный узор. Вот поток апатии, стекающий по щели, словно грязная вода. И повсюду – мерцающие, полупрозрачные петли. Они висели в воздухе, прилипали к стенам, колыхались, как медузы в толще воды. Это и были «сомнамбулы» – неразумные, но живые сгустки пси-энергии, питающиеся вниманием и навязчивыми мыслями. Посмотришь на одну слишком долго – и она потянет за собой шлейфом, навязывая свои примитивные, паразитические эмоции: беспричинный страх, тоску, агрессию.
Он шёл, и тени шевелились. Иногда из них проступали лица – искажённые, плачущие, злые. Они тянулись к нему, шептали что-то на грани слуха. Он чувствовал, как они щекотят край его сознания, пытаясь зацепиться. Он отвечал базовыми паттернами подавления – мысленно представлял себе гладкий, холодный шар из нейтрального сплава и окружал им своё ментальное пространство. Это отнимало силы. Каждый отражённый «щупалец» внимания стоил капли концентрации.
Наконец он увидел их. Спектрали. Они росли прямо из стены, из трещины, из которой сочился свет битых данных. Они были похожи на кристаллы льда, но внутри них пульсировал тусклый, больной свет – сиреневый, жёлтый, ядовито-зелёный. Они были красивы и отвратительны одновременно. Вокруг них клубились особенно плотные стаи «сомнамбул», словно мухи над раной.
Нужно было действовать быстро. Кайр присел на корточки, достал из пояса маленький скалер с изолированными захватами. Его задача – срезать три кристалла, не касаясь их голой кожей (спектрали могли наводить спонтанные видения), и не привлечь внимания охранного роя.
Первый кристалл поддался легко. Он с щелчком отделился от стены, и Кайр убрал его в спецконтейнер. Второй был больше. Когда скалер коснулся его основания, весь кристалл вздрогнул и издал звук, похожий на высокий, чистый звон. Звук отозвался в Соме резонансной волной.
Тени вокруг взревели.
«Сомнамбулы», до этого пассивно висевшие в воздухе, пришли в движение. Их петли начали стягиваться к нему, образуя воронку. Шепот стал навязчивым гулом, вдалбливающим в голову одну-единственную мысль:
Паника, холодная и липкая, поползла по позвоночнику. Кайр стиснул зубы. Подавления было уже недостаточно. Нужно было очистить пространство.