Макс Коллинз – Захоронение (страница 8)

– Разве я не просила не называть меня так?

– Ну… сегодня ты просишь об этом впервые.

Бреннан едва удержалась от того, чтобы поприветствовать визитера хорошим прямым в челюсть.

Бусс прошел мимо нее в комнату.

– Решил устроить себе экскурсию по моим апартаментам?

– Что тут интересного… Но ведь ты сама собиралась меня пригласить, разве не так, Бонз?

– Я еще не решила. И перестань, пожалуйста, называть меня так – ты ведь знаешь, как я это ненавижу.

– Многие на твоем месте приняли бы это за комплимент.

– Да неужели!

Бусс в шутливом испуге закрыл лицо руками, но позволил себе еще одну улыбку, прежде чем стал серьезным.

– Послушай, Бо… доктор Бреннан, это и вправду срочно. Мне нужна твоя помощь. И я стучал в твою дверь через каждый час, но ты, похоже, впала в кому.

Она неожиданно поняла, что «краткие промежутки» между стуком были куда продолжительнее, чем ей казалось.

– Это называется сном, Бусс. Ты вызвал меня посреди ночи. Мне необходимо было отдохнуть. Ты разве никогда не спишь?

– Что теперь гадать, как еще это называется. Слушай, извини, что я не позвонил тебе лично и не рассказал о сути дела. Но ты же знаешь эту связь… Поверь, я не стал бы вытаскивать тебя из-под одеяла, если бы ты не была нужна мне в этом деле буквально позарез.

Оба поняли, что последняя фраза прозвучала как-то не так, и Бреннан сверкнула глазами, а Бусс запнулся, но тут же продолжил:

– Слушай, тебе не нужно особо вникать в суть дела, которое я пытаюсь распутать уже несколько месяцев, потому что…

– Мне это не нужно. Я вполне могу плыть по течению, подключившись на любом этапе.

– Я веду важное дело, возможно, самое большое дело против мафии со времен Готти [4]. У нас исчез главный свидетель, а вчера кто-то притащил скелет к нашему крыльцу – я не преувеличиваю. Мне нужно твое заключение касательно того, кому принадлежат эти кости.

– Человеческий скелет? – уточнила Бреннан.

– Нет, – саркастически отозвался Бусс. – Лягушачий.

Оба поняли, что это должно было быть шуткой, и наконец-то обменялись улыбками, – едва заметными, нервными, – а затем молча смотрели друг на друга, пока Бусс подбирал слова.

Бреннан было знакомо это чувство – Анжела Монтенегро, ее лучшая подруга по Джефферсону, могла бы найти великолепный ответ на шутку, а вот Бреннан вообще не могла думать о том, что сказать.

Когда сомневаешься, о чем стоит говорить, – говори о деле.

Бреннан спросила:

– Где скелет?

– В Федеральном здании имени Эверетта Дирксена.

Бреннан приподняла бровь:

– А ты не шутил, говоря о крыльце. Это в центре города, верно?

– Верно. Там находится офис ФБР.

– Похоже на то, что кто-то нарочно пытается раздуть из этого федеральное дело.

Бусс издал звук, отдаленно напоминающий смешок.

– Похоже, правда? Кто-то решил натянуть нам нос.

– Тогда мне лучше посмотреть на… ну, это ведь можно назвать местом происшествия?

– Можно, – поскучнев, ответил Бусс. – И это не будет преувеличением.

– Тогда первое, что нам следует сделать, – это внести свою лепту в благоустройство улиц Чикаго. А именно – убрать скелет с тротуара.

Бреннан схватила свою сумку.

Бусс слегка поморщился, как он всегда делал, когда о чем-то задумывался и не поспевал за ходом ее мыслей.

Так часто бывало, и она к этому привыкла.

– Пошли? – спросил он.

Бреннан последовала за ним по коридору от комнаты до лифта, а затем сказала:

– Пока вы, мальчики и девочки из ФБР, не предоставите мне подходящее для серьезной работы место в этом федеральном здании, а также все необходимые инструменты, компьютерное обеспечение и…

– Я понял, – прервал ее Бусс. – Тебе нужно, чтобы я перетащил сюда твою лабораторию. Желательно – на себе.

– Ну, – сказала Бреннан, поворачиваясь к нему и изображая на лице свою самую доброжелательную улыбку, – похоже, было бы дешевле и логичнее переслать скелет ко мне, а не заставлять меня лететь к нему. Именно это я и сказала бы тебе, если бы ты удосужился вчера ночью поговорить со мной лично.

Бусс давил на кнопку вызова немного дольше, чем требовалось.

– Слушай, можешь подать на меня в суд, но я хотел, чтобы ты была здесь. Бонз, дело здесь, ответы, соответственно, тоже здесь…

– А лаборатория – в Вашингтоне!

Бусс повернулся к ней, глядя на нее с миротворческим терпением.

– Мы найдем тебе подходящее место в Чикаго.

Дверь лифта открылась.

В кабине они были одни, но каждый был занят собственными мыслями, и разговор прервался. Оба смотрели, как индикатор отсчитывает этажи, и молчали, словно незнакомые попутчики, которым не о чем разговаривать во время столь короткого путешествия.

Бреннан ломала голову над дилеммой.

Если бы Бусс смилостивился и организовал перевозку скелета, она могла бы работать в своей собственной лаборатории, у нее были бы все необходимые инструменты, свой распорядок дня, а также возможность спать в собственной кровати. С ее, и только ее, личным одеялом. Если бы да кабы… Это же Бусс.

– Музей Филда, – сказала она.

– Что? Ну откуда у них лаборатория? Там же одни динозавры.

Бреннан улыбнулась.

– Ты так говоришь, словно тебе восемнадцать лет.

Бусс пожал плечами.

– Слушай, я не особо люблю ходить по музеям…

– Я заметила.

Не обращая внимания на ее сарказм, он сказал:

– Это на другом берегу озера, верно?

– Да. Не то аквариум, не то Музей науки и технологии, Джефферсон в хороших отношениях с Филдом. Если хочешь, я могу позвонить доктору Гудмену и…

– Нет. Предоставь это мне. Тебе нужно осмотреть кости непосредственно там, где их оставили, или мне лучше отвезти их в музей?

– Место происшествия сфотографировали?

– А у собаки есть блохи?