Mакс Гyдвин – На руинах времени (страница 41)

– Кто?

– Те или эти, – показал я щупальцем сначала вниз, потом вверх.

– Мы еще увидимся? – спросил Паша.

– Думаю, да. Постарайся не попасть в ад, – улыбнулся я, протянув к душе щупальцу со свернутым в клубок кончиком.

Светящийся шар ответил энергетической дугой, слегка ущипнув меня электричеством.

Настало время покинуть тело.

– Там вестибулярка барахлит, нужно будет много тренироваться! – сказал я напоследок и скользнул во внешний мир.

Ближний эфир встретил меня прохладой и какой-то легкостью. Тело обожгло и сдавило. Как тогда, в той церкви. Вот только вокруг не было ни ангелоподобного титана, ни давящего груза сверху. Мама не послушала меня и произвела молитвенный ритуал своему эгрегору. Это было плохо, ведь находясь в подсознании Павла, я нарушил кармический закон тем, что вмешался в его болезнь.

Меня коробило и било дрожью. Болезненно ломало все тело, отчего щупальца изворачивались и сжимались, не подчиняясь разуму. Грудь продолжала гореть – теперь я знал, где у осьминога грудь и, если бы в ней были кости, они бы сломались под натиском своих же мышц. Что-то вспороло грудь изнутри, озарив пространство вокруг меня зеленым светом. Поток зеленой энергии сначала бил из меня струей, а потом закрутился по часовой стрелке, повинуясь магнитным полям земли. Это была энергетическая воронка. В моей осьминожьей груди родилась чакра – маленький зеленый генератор силы, пищи и жизни. Символ того, что меня признала планета. Меня признал планетарный логос!

Мою душу поднимало вверх по уровням вибраций, голову сдавливал звенящий эфир. За всем этим, делая вид, что ему все безразлично, наблюдал симбионт Барсик – чудо зверь, одновременно существующий на многих планах. Как только боль отступила, сознание родило идею:

«Теперь, когда у меня есть подпитка от планеты, можно найти Одиннадцатую. Надеюсь, снайпер армии Фаэтона в теле дракона не успела наворотить дел».

И я поплыл по эфиру в сторону места на земной трассе, где некоторое время жил и охотился.

None

Глава 54. Сигнал к встрече

— Короче, мне теперь надо в Антарктиду, — задумчиво заявила Света, пьянея от перепитого сегодня глинтвейна.

– Куда именно в Антарктиду? Это, типа, целый материк, — заинтересованно наклонился вперед Булгак, скрестив в замок теневые пальцы рук.

– Думаю, в центр, – безразлично повела бровями Света.

— То есть ты точно не знаешь куда? – улыбнулась тень стража.

– Нет, – опустила глаза девушка.

– Ну, тогда тебе как-то надо привлечь их внимание, – немого подумав, сообщил Булгак.

— Есть у меня мысль по этому поводу, но нужно заехать в магазин за пиротехникой или в охотничий.

– Ну, теплая одежда тебе там не нужна, — предположил Булгак. – Надо собрать с собой еды. Как в аду, кстати? Никого не съела?

— Меня отговорил один языкастый черт.

Светлана запрокинула голову, рассматривая потолок в гостиной хранителя темноцарства.

-- И правильно сделал. Карма – дело такое!

– Тебя послушать, так вообще никого убивать нельзя.

Светлана, когда выпивала, все больше походила на молодого дракона и все меньше на хладнокровного снайпера Одиннадцатую.

– Слушай, но закон во всех мирах один. Не убий, там, не укради...

Булгак налил Свете еще, лишь шевельнув пальцами, и деревянная кружка наполнилась вновь.

– И все на Земле так его и соблюдают? – саркастически скривила лицо Света.

– Сквозь инкарнации, рано или поздно, но все.

– Я видела ваших политиков. Вот у них ряхи! Как будто это они кого-то регулярно едят.

– Ну не наших, а, допустим, Земных. Их всех ждет темномир или вообще ад.

– У тебя тут не так и плохо, – девушка демонстративно оглядела комнату.

– У меня есть план по переносу моего мира на высшие слои, чтобы всякие идиоты тут не перерождались.

– Оу... и как идут дела?

– Все отлично. Лет через двести по земному времени будем на высших слоях, – похвастался Булгак.

– Отлично, практически завтра! – поддержала, смеясь, Света.

– Вне времени это не важно. Мы будем там!

Уверенность Булгака подкупала, но Светлана не забыла, для чего она пришла.

– Ты мне поможешь прибыть в центр Антарктиды?

– Ну что с тобой делать, помогу, – снисходительно произнес страж темноцарства. – Давай только в нормальном состоянии.

– Мне еще нужно биологический код сделать, соответствующий фаэтонянским. А трезвость – это исход одной трансформы в дракона туда-сюда, – вальяжно покачала кружкой Света, играясь с волнами внутри сосуда.

Такое ощущение, что Булгак мог прямо всё. И вот уже через три часа девушка стояла среди нескончаемого льда с быстро остывающей кружкой приятного напитка.

– Как не хочется трезветь, – прошептала себе под нос Света, но Одиннадцатая в ее душе воспринимала задачи важнее, чем любое веселье.

Погода в Антарктиде выдалась солнечная, на небе не было видно ни одного облака. Минус тридцать один градус без ветра по ощущениям воспринимался Светой без дискомфорта, и девушка начала раздеваться, складывая одежду аккуратно возле ящика с пиротехникой. Рядом с квадратной стопкой вещей девушка ножнами вниз воткнула трофейные мечи. Крышка деревянного ящика полетела прочь, обнажая содержимое: фаеры, сигнальные ракеты и, зачем-то взятые, фейерверки. А какой ребенок не любит фейерверки? Света не была исключением. Она расставила коробки с салютами по десятиметровому радиусу.

– Ну-с… – удовлетворенно оглядев свое творение, заключила обнаженная девушка. – Время зажигать!

Трансформация из человека в дракона сожрала остатки алкоголя в крови. И вот, уже в свете фаеров, под градом грохочущих разноцветных огней, в центре круга из стреляющей огнями всячины восседал белоснежный дракон. Зверь держал в коротких, по сравнению с её размерами, лапах охотничью ракетницу, заряжая крохотные патроны и поочередно, словно искры, выпуская их в воздух.

– Меня не могут не заметить, – думала про себя Света. – Не каждый же день на Антарктике появляется огромная рептилия-пиромант.

None

Глава 55. Быть может, еще через 16 000 лет?

Я плыл по пространству, предназначенному для более тонких существ, чем те, которыми я обычно питался до обретения сознания. Одинокая зеленая чакра здорово подняла мой средний уровень вибрации, и теперь мне было комфортно тут. Тут не было того кишащего паразитарного планктона, к которому я привык, и сам мир был поярче — добавился зеленый спектр.

Но, к сожалению, мне не сюда. Вдали, как червоточина на глади зеленого мира, виднелась серая расщелина — столбик-портал в темноцарство, на земном наречии именуемый тринадцатым километром. Хватит ли у меня мощи, чтобы выжить и найти Одиннадцатую в аду, я не знал. Может быть, подготовиться? Может быть, не идти на верную погибель сквозь темный портал?

Сознание предательски не хотело подчиняться моему решению. Тело осьминога трясло. Это был животный страх. Тот страх, который солдаты гасят алкоголем. Страх на грани инстинкта самосохранения, который напрочь отсутствует, когда костюм впрыскивает тебе в кровь гормональные смеси. Только вот костюма у меня больше не было. Не было даже жалкого офицерского бластера. Были семь щупалец, клюв и свежеобретенная чакра.

Они шагали колонной – отряд из восьми двуногих существ. Их чакровые воронки светились иначе, чем человеческие. У них было оружие: луки, мечи, и что-то поопаснее, спрятанное в набедренных бутыльках. Их чакры не взаимодействовали с этим миром и были замкнуты сами на себя. Это указывало на то, что они пришельцы. Пришельцы с уже знакомой полевой надстройкой. Повешенные на их поля циклы позволяли им питаться болью и отчаянием тех, кого они убивали. Именно с помощью такой надстройки они поддерживали себя в сытом состоянии в энергетическом плане. Именно поэтому они наслаждались каждой смертью, как ценитель вин наслаждается вкусом редкого вина.

Чакру на моей груди сдавило. То ли страх, то ли реакция заставила меня прыгнуть в сторону. Что-то опасное просвистело мимо меня. Меня увидели.

Эльфы были на вибрацию ниже, но, судя по выпущенной в меня стреле, я не был для них недосягаем. Попытка уйти на уровень выше не увенчалась успехом, а уходить ниже к эльфам — верное самоубийство.

Стрелял только один из длинноухих. Он единственный и видел меня, остальные с интересом наблюдали за всем этим, перешучиваясь и даже не понимая, по кому открыл огонь лучник.

Я крутился, как уж на сковороде, уворачиваясь от очередной из стрел. В локации, где я был, негде было спрятаться. Можно было только надеяться, что стрелку надоест тратить заряды. Если бы эльф видел сквозь вибрации хорошо, то у меня не было бы шансов. Но сейчас он стрелял лишь по моему силуэту, и это давало мне преимущество.

– Тут, так-то, охота запрещена! – прозвенел голосом низший слой, и стрелок повис в воздухе, дергая ногами, как будто его что-то тянуло за шею вверх.

Хруст позвоночного столба выбросил душу эльфа на мою вибрацию. Светящийся всеми цветами радуги комочек «всплыл» недалеко от меня. Он не понимал, что с ним стряслось, и озирался вокруг. Я подлетел практически мгновенно, обхватывая шарик души щупальцами. Он еще сопротивлялся — бил меня разрядами жизненной силы. В своем мире хозяин этой души наверняка был очень искушен в искусствах, связанных с тонкими мирами. И вот, сейчас, тонкое существо поглощало его энергию.

Душа эльфа была слишком большая, чтобы я мог проглотить её полностью, но я раздирал её клювом, лишая сил, лишая жизненной энергии. Через мгновения в пространстве вокруг меня плавали ошметки, сияющие разными цветами. Но, к моему сожалению, почти неуловимая искра сознания выскользнула от меня куда-то наверх.