Макс Гудвин – Патч и Магия (страница 3)

Копоть с пальцев была стёрта мокрым полотенцем. Королева обернулась, как будто опасаясь, что за ней сейчас наблюдают, и, убедившись, что это не так, запустила ладонь под перины кровати. Странные выдались времена, когда даже королеве приходится носить с собой тонкий, не шире двух сложенных вместе пальцев, кинжал. Мелисса закрепила оружие рукоятью в низ под широкими полами платья на внутреннюю часть бедра, чуть выше колена, как когда-то носила клинки во времена былой воинской славы.

Как только королева вышла за порог комнаты, ей сразу же отдали воинское приветствие два стражника, вооружённых винтовками барабанного типа. Готовые везде следовать за королевой караулы последнее время как-то уж больно щепетильно исполняли свои обязанности. Возможно, это была паранойя, а возможно начальник внутренней стражи почему-то очень желал знать всё о передвижениях главы государства.

«Совет артелей Темнолесья уже заждался. Время поставить все точки над «i», – и лёгкая, будто по глади воды походка, понесла королеву в залы совета.

Глава 3. Живой можно не брать

Замковые коридоры приближали её к зале артельного совета. Мелисса гордо несла себя на встречу с промышленниками, к которым у неё было очень много вопросов. Но имело ли смысл задавать их напрямую, будучи в меньшинстве, занимая такие слабые позиции в этой дворцовой игре, ставшей в какой-то момент неотвратимой? Могли ли высокородные эльфы хотя бы помыслить об открытом пренебрежении этикетом и уважением в годы её былого военного величия?

Ответы крутились в голове мудрой эльфийки, словно кубик Энрё Рубика – белое становилось белым, красное – красным. Совет ведёт себя таким образом потому, что ему больше незачем скрываться. Значит счёт идёт даже не на месяцы, как королева считала ранее, а на часы. И это собрание, куда она идёт как бы по своей воле, вполне может стать для неё последней прогулкой к эшафоту.

До комнаты совета оставалось каких-то двести метров. Вот уже за поворотом должна была показаться дверь из красного дерева, как королева внезапно остановилась у распахнутого окна. С высоты птичьего полёта перед Мелиссой предстал вид на заново отстроенный, дымящий трубами предприятий НизенФейс.

Прежде, чем она обернулась, намереваясь возвратиться обратно в опочивальню, лёгкий сквозняк колыхнул пряди её волос, принеся свежесть и запах горящей древесины, так похожий на запах былых сражений. Однако двое эльфов охранников преградили ей путь, будто перед ними была не повелительница Темнолесья, а портовая девка.Взгляд Мелиссы скользнул по крепким фигурам ребят из конвоя, а то, что это был конвой, а не охрана, королева не сомневалась.

Нашивки на форме с аббревиатурой ST*, которые она к своему позору не заметила в начале пути от покоев, находившихся в тёмной части замка, говорили сами за себя (*Служба Темнолесья – особый отряд внутренней гвардии, состоящий из крайне радикально идеологически настроенных эльфов). Личные головорезы Хафилура, как преданные псы свято верили в технический прогресс, словно в божество, и в то, что все беды эльфийского рода из-за андедов и грибов.

– Я забыла шаль! – как будто себе под нос произнесла девушка, по военной привычке прижимая подбородок к груди.

– Вас ждут в зале совета, для вас там уже разожгли огонь… в камине, – добавил один из стражников и не думая пускать королеву обратно.

Взгляд Мелиссы остановился на верхней пуговице кителя одного из конвоирующих. Ей не нужно было видеть их лица, чтобы нутром ощутить откровенные усмешки. Усмешки – знак наконец-то захлопнувшейся ловушки, на теперь уже бывшую грибную королеву мёртвых. Одна из бровей девушки едва заметно дрогнула – то, за что ругал её учитель по фехтованию триста лет назад…

Артельный совет

– Ох не знаю, правильно ли мы делаем! – верховный казначей барабанил пальцами по древесному круглому столу. – Она же все-таки королева, герой не одной битвы, всегда идущая в авангарде! Не взбунтует ли народ?

– Ты, Нариэл, деньги лучше считаешь, чем государственные дела думаешь, – улыбнулся Валлолиэль, развалившийся в кресле, предвкушая скорую победу. – Народ сейчас войну проиграет, на которую его обрекла королева-гриб, а тут мы с праведным судом и меморандумом об отречении в пользу верховного совета.

– Не проще было бы зарезать в кулуарах? – хмыкнул начальник внутренней службы граф Хафилур, облокотившийся на кирпичную стену светлой комнаты, в которой собрались все сливки артельных олигархов.

– Убьёшь сейчас, получишь гражданскую войну. Того и гляди армия, которая ей верит, развернётся и на приступ столицы пойдёт. Решили же, наследника она не родит, ибо гриб по расе, а вечноживущий гриб у власти у нас уже пол материка захватил. Или кто-то из вас хочет королеву и все её придури на свои деньги содержать и казной делиться? – желающих не было, и Валлолиэль закончил мысль. – То-то же. Посидит в темнице, пока армия грибам не проиграет, а там и пред судом народа предстанет. Народ уж дважды два сложит, вспомнит, что Мелисса – не совсем эльф и столько своих подданных на удобрения отправила.

– А если армия победит? – предположил Хафилур.

– Как она победит? Деньги на войну до армии не дошли. Они без топлива, без боеприпасов и медикаментов. Что-что, а кровожадности грибам и андедам не занимать! – продолжал скалиться герцог – единственный, кто был абсолютно спокоен из всех собравшихся предателей.

Дверь с треском откинулась в сторону, хлопнув о стену, и взоры заговорщиков устремились на вбежавшего офицера ST. Крепкого вида эльф не сразу восстановил дыхание и для этого положил обе ладони на колени, словно рыба с покрасневшим от возбуждения лицом, жадно хватая ртом воздух.

– Ваши светлости, королева! Её нигде нет!

– А стража?! – рявкнул Хафилур.

– У одного горло от уха до уха разрезано, будто он шеей решил улыбнуться, а другой…

– Говори!!! – оскалился начальник охранки.

– Всмятку во дворе лежит, из окна шагнул, – пробормотал принёсший весть.

– Что же теперь будет? – запричитал казначей.

– Ничего, у покоев Мелиссы поставим караул и никого не будем к ней пускать. А на все вопросы будет один ответ: «королева работает с документами во благо Темнолесья».

– А когда хватятся? – продолжал Нариэл.

– А когда хватятся, через газеты и радио все узнают, что королева бежала, оставив свой народ на растерзание своим же собратьям, грибам! Хафил, тебе и карты в руки. Найди её. Живой можно не брать, но только тихо и чтоб не оставалось лишних глаз и ушей!

– Доигрались, ваши светлости… – бросил сквозь зубы Хафилур, одаряя собравшихся хищным взглядом, и выбежал из залы.

Глава 4. С нами или с ними

Все же, что-то в этом есть – в этом самом «Забвении». Нет, само собой, у меня на бесплатном аккаунте жизнь не очень – завод, станки, строгие начальники. Ещё и попытки унижать меня по расовому признаку. Интересно, кстати, как эту штуку разработчики пропустили? Хотя, смешной, наверное, суд вышел бы:

– Господин судья, меня НПС, принадлежащий корпорации, обозвал полуэльфом и на этом основании запретил переходить дорогу!

То-то поржали бы все. Но все равно, погружение-то какое! В самом деле, я ж совсем не помнил, что это игра.

Вообще, эту игру мне подарили коллеги. С этаким юморком, мол, вот, ты по жизни тут всё чертежи чертишь, на тебе, развейся. А мне – странно, конечно – но мне понравилось.

Правда, мне всё никак не удаётся выбраться из начальных заморочек. Я ж не проплачивал премиум-контент, квесты самые основные только. Но тем любопытнее будет все-таки найти выход к вершинам. В жизни-то хрен найдёшь этот выход – паши и паши, и конца краю этому не видно. А в игре… не знаю, может, все же проплачу я премиум. Конечно, я не маленький, понимаю, что компания нарочно запрятала эти квесты так, что не найти – иначе кто им будет платить за премиум, если можно будет и так добраться до героических свершений? Но уж больно медленно движется прогресс персонажа. Хорошо хоть, что в игре один реальный час – десять внутриигровых.

Я допил свой чай и собрался залезть в капсулу. Она у меня простенькая, почти без наворотов: пара ремней, очки, перчатки, лежанка. Эконом-версия. Это только в рекламе игроки за квесты – бац! и заработали кучу денег.

Ладно, ещё немного поковыряюсь так, а потом оплачу премиум. Надо уже с этого завода выбираться...

Мой двенадцатичасовой рабочий день подходил к концу и, собираясь домой, я подумал, что хорошо было бы провести его как-то иначе. Я вытащил кошелёк, бегло пересчитав медяки – хватит на прогулку недалеко от набережной, на букет и бутылку вина. Однако веселиться положено с компанией. Лучше, чтобы компанию составляла представительница противоположного пола.

Взглянув на позолоченные карманные часы – единственное, что мне досталось от отца, да и от матери – я убедился, что рабочий день точно закончен. Циферблат показывал 21:30. Через полчаса прогудит сирена – сигнал к концу рабочего дня дневной смены и открытия ночного цеха, куда в большинстве своём повалят всё те же трудяги с дневной смены. Как они дюжат, работая сутки без отдыха, оставалось только гадать. В ночном цехе не селились люди, потому что он работал круглосуточно, и там банально нельзя было спать из-за шума и пыли. Хотя, говорят, что человек ко всему привыкает.