Макс Гудвин – Патч и Магия (страница 21)

«Ох, как бы я хотел тут жить», – мелькнуло у меня в голове. – «И никогда больше не появляться в чёрном городе с его смрадом и гнетущей серостью».

– Вот они так все и считают! – раздался голос Лизы. – Жрут и пьют на наши деньги. Ты чувствовал солоноватый вкус воды?

«Да», – ответил я мысленно.

– А знаешь, что это? Ты думаешь это минводы, а это кровь трудящихся. Кровь каждого, кого ты видел на стачках, кровь солдат на бессмысленной войне с грибами и даже кровь тех бандитов.

«Ты сейчас иносказательно?» – заподозрил я.

– Это ты мне скажи! Ты у нас живой. Иносказательно мы на забастовке погибли или нет?

«Я не просил ни твоей смерти, ни своей жизни», – воспринял я слова Лизы как упрёк.

– Это две чаши весов, милый мой Эфир. Пока тут цветут сады и льётся шампанское, там хрустят кости и проливается наша кровь. Не забывай, кто ты! Для них ты – бастард эльфийского солдата и людской шлюхи. Для рабочих ты – человек, который может и главное в силах бросить всему этому вызов.

«Почему ты думаешь, что я могу?»

– Потому что только парень, говорящий с демонами и наркотическим фолиантом в кармане, способен что-то изменить обществе, где классовое неравенство и межвидовой расизм – норма.

«Знаешь, я очень далёк от твоих идей», – попытался я не согласиться.

– Ты вернул свои часы, но тебе никогда не вернуть твою настоящую жизнь, которой ты достоин просто по факту рождения. Нори отняла деньги у бандитов, и вы можете шиковать на них некоторое время. Но посмотри вокруг. Всё, что ты видишь, это деньги простых людей и нелюдей. Кто больший бандит: Крест, воевавший за преступный режим, или те, кто отгородились от всего остального мира белой внутренней стеной и продолжают кутить, пока мы погибаем? Всё вокруг тут в крови, поверь мне как демону, я чувствую, когда счастье куётся на костях. Эффир! Убей их всех, разрушь их режим, чтобы в бездне мы могли пожрать их души!

«Невиновных я убивать не буду!» – отрезал я.

– Чтобы тебе было легче, я открою тебе грехи каждого, с кем ты увидишься. Верь мне, тут нет праведников.

Глава 22. Зёрна сомнения

Хафилур работал. На большом столе он разложил списки. Эльфы, люди, полукровки… подчинённые, слуги, любовницы… И министры, генералы, фрейлины, промышленники, торговцы, дипломаты… и снова садовники, повара. Все они сплетались в одну сложную паутину взаимоотношений. Все они зависели друг от друга – через одних можно было воздействовать на других: шантажировать или подкупать, запугивать и обманывать.

И если потянуть нужные нити, можно сплести хорошую удавку на кого угодно. Хоть на Валлолиэля, хоть на королеву. Удавка из компромата и шантажа, из доносов и обманов.

Валлолиэль думает, что станет новым королём, но и на него найдётся поводок. А если он окажется непонятливым, поводок можно будет и затянуть.

Хафилур улыбался, очень довольный собой. Работы впереди было много, но он уже сейчас видел, к чему все идёт.

В дверь осторожно постучали.

– Да? – сказал он по-управленчески властно.

Капитан охраны, коротко подстриженный эльф с уродством на большую половину лица, как будто в какой-то момент его жизни кожа просто вскипела на черепе, откашлялся, поправил ремни на доспехе и, не решаясь рапортовать сразу, почесал некогда прямой, но такой же искорёженный нос. Билулизар Славный поднял взгляд на начальство.

– В общем, – сказал он и замолчал.

Хафилур понял, что произошло что-то неправильное, что даже опытный солдат, знавший ещё штурм НизенФейса и лично командовавший преследованием Луиджи ловкого с его полчищами демонов, не знает, с чего начать.

– Докладывайте, капитан, – холодно сказал шеф службы.

– Помните, мы под надзором двух фрейлин держали? Ну, вот они ушли…

Хафилур немного подождал, будто действительно вспоминал, каких именно фрейлин держали под наблюдением, а потом, скрестив пальцы на руках и опираясь локтями на стол, спросил.

– Куда ушли?

Капитан вздохнул и потупил взгляд. Шеф службы почти читал его мысли – он не хотел докладывать о провале и не знал, как скрыть это или исправить. Тем более это был один из тех вопросов, которые он задавал себе ежедневно: «Как эти безмозглые курицы могли уйти?», «Куда ушли?», «Кто им помог?». Но не доложить о таком было нельзя. Поэтому Билулизар Славный постарался изложить всё сухо, без догадок, факт за фактом, как будто это была вовсе не его запинка.

Грибной фронт. Пять километров от линии окопов

Когда в палатке Гроглагаэля появился неясный силуэт, генерал сперва схватился за пистолет. Мечом в палатке особо не размахнёшься, мигом запутаешься в тряпках, а вот из пистолета самое оно – можно бить хоть от пояса не целясь. Дистанция мизерная, не промажешь, а дыру проделает в неприятеле с кулак – генерал специально заказывал особо мощный, с большим калибром.

И вот, пригодился. Силуэт мерцал напротив, генерал навёл ствол на цель, и больше ничего не происходило. Потом контур прояснился, и Гроглагаэль понял, что визитёр стоит к нему спиной и озирается.

– Ну и кто у нас тут? – грозно спросил военный, решив подать пример и повод к переговорам.

Лет тридцать назад он бы выстрелил не думая, но высокая должность, пусть и в армии, наложила на него отпечаток – сначала думать, а потом делать. Тем временем силуэт поспешно обернулся. Лица по-прежнему не было видно, вместо него мутное светящееся пятно.

«Магия», – понял Гроглагаэль. – «Кто-то пытается поговорить с помощью магии. Стрелять бесполезно… но и он ничем, кроме слов угрожать не сможет».

– Здравствуйте, генерал, – сказал гость приглушённо.

«Скрывается», – понял генерал. – «Кто-то из наших? Но наши же, вроде, не пользуются магией…»

– С чем пожаловали? – спросил генерал и убрал пистолет обратно на пояс, не застёгивая кобуру.

Может, этот болтун только отвлекает, а на самом деле… мало ли, что может быть на самом деле.

– Во-первых, сразу хочу сказать вам, господин генерал, что караван уже вышел, – сказал гость почти шёпотом.

Голоса было не слышно, но в манере говорить Гроглагаэль услышал что-то знакомое. Начал было вспоминать, у кого такая манера… но тут дошёл смысл слов.

– Вышел? Когда? – торопливо спросил он.

– Сегодня вечером, – в голосе гостя послышалось сочувствие, хоть и немного наигранное.

– Только сегодня? – Гроглагаэль понял, что рука сама снова сжалась на рукояти бесполезного против изображений пистолета.

– Да, только сегодня, – гость печально покачал головой.

Гроглагаэлю почудилась в этом жесте почти издёвка.

– Да вы там охренели вконец, в столице! – рявкнул он.

В палатку тут же заглянул охранник, и генерал махнул ему рукой, мол, иди, все в порядке. Охранник тут же исчез, а генерал начал говорить тише. То, что ему хотелось сказать, плохо отразится на моральном духе войск.

– Клянусь левой сиськой королевы, караван должен был быть здесь ещё позавчера!

Вырвавшееся святотатство показало, что Гроглагаэль на грани. Фронт держался одной лишь доблестью, ресурсов не хватало катастрофически и арест за оскорбление величия короны больше не казался ему чем-то серьёзным. Напротив, святотатство представлялось какой-то отдушиной, не давало отчаяться.

– Верно, верно, – ответил гость. – А будет в лучшем случае послезавтра.

– А приказы? – горько сказал Гроглагаэль. – Приказы – атаковать, смести, закрепиться и атаковать дальше… и все это без… без нихера!

– Да–да, – согласился собеседник. – Это непросто…

– Это невозможно! – рявкнул генерал и снова махнул рукой в сторону выхода, на этот раз своему атташе, в обязанности которого входило появляться по первому щелчку.

– Увы, я сделал всё, что мог, чтобы ускорить, – начал говорить таинственный гость, но генерал перебил.

– Нариэл, ты что ли? – когда силуэт начал изображать сочувствие, в голове Гроглагаэля сложилась, наконец, отгадка.

Казначей отчётливо икнул, но быстро взял себя в руки.

– Спокойнее, генерал! Давайте без имён, – словно и не он только что блеял, изображая сочувствие.

– Это ж ты, скотина, и задерживал караваны! – прорычал генерал, хоть и негромко, чтобы не пришлось снова кого-нибудь прогонять. – Клянусь левой сиськой королевы, я выведу тебя… Постой-ка, а где королева?

Силуэт кивнул.

– Генерал, у нас тут в столице немного… не прибрано, – сказал казначей и замолчал.

Слова повисли в воздухе. Генерал тоже молчал, осмысливал информацию.

– Вы хотите сказать, благородный… господин, – Гроглагаэль говорил медленно, подбирая слова, обдумывая каждое из них, – что вам нужна помощь, чтобы прибрать в столице… мусор?

Нариэл помолчал и кивнул.