Макс Гудвин – Ocyжденный нa игpу (страница 45)
Он все еще не видел Кару и кинул ледяной шторм наугад. Что-то невидимое скользнуло от ёлки к ёлке, искажая картинку пространства.
– Взять! – приказал маг зомби, пересылая примерные координаты цели.
Мертвый человек в доспехах не заставил себя ждать, хищно подскочив к указанному месту, озираясь в поисках лучницы. Стрелы ударили внезапно, как и в первый раз. Зомби увидел цель и оскалившись рванул к лучнице. Сфера льда спала. На этот раз маг ожидал этого, хоть и приземлился на четвереньки, но хитов такое приземление не сняло. Лучница оттолкнула зомби от себя ударом ноги, накладывая на лук стрелу черного цвета. Тем временем сфера льда вновь была восстановлена. Когда черная стрела лучницы пронзила голову некровоина, ледяное копье ударило в грудь девушки, нанося той несовместимые с жизнью повреждения.
Рев рептилии отвлек Марио от своего сектора войны – черепаха с разгона ворвалась в круг гномов. Раскусывая доспехи и дробя кости под броней, Дороти рвал и метал. В нем не было здравого смысла, только ярость. Главный гном был рядом. Мстислав сунул в клацающую пасть Дороти искрящийся молот. Рептилия впилась в металл, и в это же мгновение гном нанес удар по панцирю сверху. Удар такой силы, что ноги черепахи дрогнули, а само животное захрипело. Второй удар молота расплющил чешуйчатую голову.
Внутри сферы льда мана опять восстановилась полностью, и в душе мага теплилась надежда, что с черепахой все хорошо. Куча мала из живых и мертвых тел вокруг гномьего круга мешала обзору. По воле мага сфера начала подъем. Гномья рота теперь стала неполным взводом.
– Где, черт тебя, Сашуас!?
Три массовых заклинания одно за другим накладывались друг на друга и суммировали эффект, влетая в гномий круг.
Расход: 25 маны (Ледяной шторм)
Расход: 25 маны (Ледяной шторм)
Расход: 25 маны (Ледяной шторм)
«Самобичевание. Лечение», – уже на автомате кастовал Марио.
Из последних сил умирающий Мстислав метнул молот в ледяную сферу. Холодный, белый от инея, металл по рукоять застрял во льду заклинания.
– Я найду тебя, некромант! – говорили наполненные злобой глаза гнома, мертвого гнома.
Высветилась табличка.
«Боеспособных бойцов альянса более нет. Победа орды»
Марио довосстановил ману и отключил сферу льда. Вокруг него ликовали ордынцы, прыгая и радуясь победе, разбирая опыт, собирая лут.
– Как распределить лут? – обратилась программа к Марио.
– Аа? – не сообразил, застывший на месте маг.
Его пальцы прикоснулись к расколотому надвое панцирю Дороти.
– Ты – рейд лидер. Как распределять лут среди живых?
– Сашуасу, Туману и тому огру... – начал было маг, но программа прервала его перечисления.
– Среди живых и с твоей фракции.
– ...?
– Все, кроме Тумана, из твоего списка мертвы. А туман ушел из битвы ещё в самом начале.
– Как погиб фей?
– Это игровая информация, и тебе ее придется получить в игре. Я повторю свой вопрос: как распределяем лут?
– По надобности для класса и выбранной ветки!
В голове шумело. Маг шел медленно под одобрительные похлопывания по плечам от игроков, которые увешивались феньками, выпавшими автолутом. Он нашел труп Сашуаса в лесу. Голову отдельно, тело отдельно. Фей не успел среагировать и поставить щит. Это значило, что он не ожидал удара. Это значило, что убийца атаковал из инвиза или со спины.
– Туман... – маг до хруста костяшек сжал ещё теплый от заклинаний ключ.
– Темнейший, – обратился кто-то сбоку, возникший из морока головной боли и шума.
Маг повернул голову. Перед ним стоял медведь третьего левла.
– Чего тебе, потапыч?
– Мы взяли в плен солдата альянса...
– Убить нахрен.
– Э...как это убить? Это игрок. Из тех, у кого ограниченные жизни. Это девка-лучница.
– Тащите в землянку для допроса. Войскам перегруппироваться. Старшим по левлам в своих классах быть у меня через час!
«У кого-нибудь есть специальность швейное дело?» – спросил Марио в чат, на что получил несколько утвердительных плюсиков. – «Прямо щаз принесите в землянку штаба иголку и нитки».
Марио поднял тело и голову фея, положив их в нагрудную сумку для ключей.
– Не хотите, чтобы мертвые вставали? Сжигайте их, – произнес маг, глядя в отдаляющийся фокус камеры. – А пока я жив, они будут вставать, чтобы входить в ваши ночные кошмары!
Глава 38. Некроз и корона
Кто видел войну, тот перестает воспринимать привычные вещи, как прежде. И наоборот, кто не видел войны, будет ошарашен её простотой и житейской жестокостью. Вот и сейчас девочка темная эльфийка, прист по классу, с побледневшим лицом повернулась к некроманту.
– Готово, темнейший.
Эльфийка отошла от окровавленного стола, повинуясь небрежному жесту мага. На столе, среди остатков тактической карты, с замершим, словно на вечном вдохе, открытым ртом лежал мертвый Сашуас. Его голова была пришита черными нитками матрасным швом.
– Спасибо, ты можешь идти, – прошептал Марио, и пристка не без желания покинула погруженную в темноту землянку, освещаемую лишь одинокой лучиной у самой двери.
– Ну что, друг… скоро полночь. По всем канонам страшных сказок пора вставать…
Тело фея вздрогнуло, когда сквозь него прошла волна заклинания поднятия зомби.
– Не двигаться! – приказал маг озирающемуся и рычащему крылатому трупу.
Самобичевание восстанавливало ману. Все так же через боль. Через ощущение тошноты, приходящей из глубины желудка. И вот на труп полетел РеПак:
«Открыть доступ к центральной нервной системе. Адаптация под особенности мозга. Остановить некроз тканей. Пуск».
– Как ты себя ощущаешь? – спросил маг, вытирая рукавом кровь и копоть с лица.
– Мы победили? – это были первые слова после пробуждения фея.
– Да, победили... – улыбнулся Марио, присаживаясь рядом на дубовый табурет.
– Тактика «уснул – победил» работает! – подскочил от радости фей и, заметив опухший от самобичевания лик Марио, спросил. – Что у тебя с лицом? Гномы побросали оружие и пошли бить тебя ногами?
Самобичевание снова восстановило ману.
– Пойдем, друг дарк Сашуас.
– Куда? – удивился фей.
– Кое-что я не могу тебе сообщить. Лучше покажу.