Макс Гудвин – Бездна (страница 10)

ГеймЛоввер откинулся на кресле, перед его глазами высветилась табличка.

Игра окончена, персонаж потерян.

Поздравляем! Вы активировали возможность массовой игры за демонов.

– Вот дела, котаны! Кто-нибудь меня слышит? Что со связью?

В журналистском офисе выключился свет. ГеймЛоввер приподнялся с игрового кресла и неспеша, с чувством выполненного перед подписчиками долга, подошёл к окну, взглянув на соседние дома, обесточенные все как один.

– Ну, вот и пора домой. Дома-то электричество куплено, – подумал игрок, вызывая на биометрическом браслете такси – транспортную шлюпку-беспилотник.

Игра Мстислава

Зелёная лужайка у голубого озера, аккуратный домик на полянке, окружённой деревьями. Мстислав сидел с Ратибором на небольшом деревянном пирсе.

Отец и сын рыбачили, а за их спинами лежала открытой плетёная корзинка для бутербродов и напитков.

– Вот увидишь, сын, карп лучше всего клюёт на мотыля, – приговаривал Мстислав, приобняв ещё юного Ратибора, такого, каким он его запомнил ещё в реальности.

Взгляд отца повернулся на сына, оторвавшись от поплавка, а сердце замерло. На Мстислава смотрели абсолютно стеклянные зрачки, словно глаза принадлежали кукле, пусть и искусно сделанной.

– Карп всеяден, – проговорили спереди.

Прямо на воде, почти у самого поплавка стоял, нарушая гравитацию виртуальной реальности, Зу.

– Это частный сервер! Что ты с ним сделал и какого хрена тебе надо?! – вскричал гном.

– Не-а, Дмитрий Иванович, мы выкупили ваши сервера целиком, а Ратибор спит, я с вашего позволения решил, что не нужно ему это слышать.

– Что тебе надо, колдун?!– заскрежетал зубами гном.

– Возвращайтесь в игру, вы нам там очень нужны, – шагнул вперёд Зу.

– Разве мало других дураков, что будет для вас косяки устранять?

– Ни у одного из них нет вашей воли и вашей злобы, даже у Марио. А кроме того, с демонами драться – это командная работа, – выдохнул, опустив голову, Зу, наблюдая, как в прозрачном пруду прямо под босыми стопами плавают золотые карпы.

Поднявшийся ветер отразился волнами на озёрной глади. Зелёный овал портала воссиял совсем рядом, на расстоянии пяти шагов от пирса. Из портала прямо на воду шагнула нога Гудвина. Волшебник был чем-то недоволен и не скрывал своего пышущего негодования.

– Я – рейд Бос для игроков? И с каких пор они загружаются демонами?!

– И вам здравствуйте, сэр Гудвин. Вижу, вы всё-таки украли у дурака Гриши левитационные ботинки! – как ни в чём не бывало улыбнулся Зу.

– Это ссука частный сервер, а не колдовская сходка! Какого хрена вам тут всем ссука надо?! – вскочил Мстислав, в сердцах бросив удочку в озеро.

– Спокойнее, господа игроки, – примиряюще поднял руки Зу. – Я вам всё расскажу и даже покажу, только давайте переместимся в более уютное место!

– Это было уютное, пока не появились вы! – взревел гном и исчез будто и не было.

– Открывай портал! – сквозь зубы процедил Гудвин, зло смотря на ИИ.

На что Зу с полупоклоном указал магу на открывшийся серый круговорот светящихся частиц. Не дожидаясь каких-либо иных приглашений, бывший программист сделал несколько шагов и исчез в дымке телепорта.

*Ули – убитый маг, второй том, глава 70 «У озера».

Глава 11. Подпорожное наследие

В доме не осталось почти ничего после того, как оценщики ГномишБанка описали всё более-менее ценное имущество. Из одежды Евсей нашёл, пожалуй, только драную кожаную куртку, которая всегда казалась ему слишком объёмной – немудрено, конечно, ведь она была найдена пару лет назад на улице у таверны, оставленная каким-то пьянчугой, решившим что ему жарко. Мама считала, что Евсей когда-нибудь дорастёт, чтобы носить это одеяние свободно, даже не одёргивая плечей.

Взгляд парня потупился. Воспоминания о смерти матери погрузили его в тоску. А если верить тому, кого называют Свидетелем, не дорастёт он до этой самой куртки. Погибнет неведомой смертью или замёрзнет на улицах ЧакХукХилла – это в далёких землях эльфов везде паровые котлы и машины, а тут средневековье, печки да лошади.

Сумасшедшая мысль пришла Евсею сама собой:

«Буду греться там, в том мире, где есть только мёртвые, мёртвые и я. Хоть он и странный, но там теплее, особенно, если в домах».

Евсей накинул куртку, расправив из-под воротника пришитый к ней чёрный тряпичный капюшон, повернувшись к треснутому по вдоль зеркалу. Из отражения на парня смотрел воинственного вида подросток в балохонистой одежде с чужого плеча и промокшей кожаной обуви. Евсей для пущей грозности момента вытащил хлебный нож, который в сравнении с его габаритами был вполне себе коротким мечом и прошептал:

– Бездна!

Мир померк, а улица вновь наполнилась стонами. Тут, в бездне зеркала не было вовсе, и потому невозможно было увидеть себя, однако он увидел что-то ещё. Что-то, что светилось приглушённым жёлтым светом у самого входа, под порогом. Евсей сделал несколько шагов и оглянувшись присел на корточки.

Свет лился из-под половицы. Пальцы парня потянулись попробовать её на прочность, попытавшись подцепить глубоко утопленную доску, но упрямая деревяха не поддалась, тогда в ход пошёл нож. Воткнутый в щель между половицами клинок изогнулся под весом паренька, слегка сдвинув древесину. Тонкая рука Евсея потянулась в щель, пока кончики пальцев не нащупали холодный металл, а потянув нечто на себя, Евсей потерял дар речи.

Оно светилось как золото, хотя и было серебром – металлическая цепь из дорогущего материала, с одной из сторон цепь заканчивалась пряжкой. Пряжкой, выполненной в виде цельной и увесистой игральной карты, на которой был изображён упитанный мужчина в трезубой короне. Как на настоящей карте изображение смотрело и вниз, и вверх. Короны на верхней и нижней головах карточного персонажа выходили за пределы бляшки – тремя лучами вверх и тремя вниз. Изображение на карте разделяла надпись:

«Я – Блут Жестокий. Я и есть игра».

– Во дела! Это всегда было тут, и мать скрыла от меня целое состояние! Да на эту цепь можно было безбедно жить целую жизнь, – восхитился Евсей.

А потом задумался. А что, если это был подарок короля, ценный настолько, что его не продашь и не переплавишь, а после смерти так называемого отца Блута и вовсе показывать предмет кому-либо было по меньшей мере опасно?

– На тебе, наверное, магия, – проговорил Евсей и постарался опоясаться цепью.

Цепь-пояс был настолько широк, что паренёк обернулся ей раз на пять, и только тогда выдохнув застегнул пряжку ремня.

Свет ослепил его глаза, а сам юноша попятился по тёплому полу назад, совершенно не понимая, что происходит. Когда же он проморгался, перед ним в воздухе уже зависала табличка по типу тикающих цифр над головой, которые тут тоже были.

Ты нашёл мой пояс. Значит в тебе течёт моя кровь. Значит ты такой же игрок, как и я когда-то был! Как мог я оттягивал эти обновления, возможно, ты не будешь помнить, кто я, и даже не будешь помнить себя – дурацкое Забвение. Возможно, ты будешь сражаться с эльфами – дурацкая Пар и Магия. Но, если эти два словосочетания тебе ничего не говорят, случилось страшное – я мёртв, а ты находишься в патче Охотник из Бездны.

Пара советов по игре, хотя для тебя, наверное, это кажется вполне реальной жизнью, хе-хе.

Пояс не продавай в игре, а лишь в реальном мире, если надоест играть. Но если ты под Забвением, то тем более не продавай – его серебро губительно для демонов, мёртвых и по грибам на всякий случай наносит тройной урон.

Теперь о классах. Главное в жизни – понять, кто ты есть. И в этом тебе поможет обувь. Сейчас погляди на свои ноги. Если обуви нет, то у тебя способности к магии или лечению. Если она есть и кожаная, то ты какой-то дамагер не магического типа, рог или хантер, и носить лучше лишь кожу. Если ботинки с набойками, то ты воин или палад.

Короче, следуй по велению своего класса и всё сложится хорошо. В игре для тебя куча подсказок, которые никогда не найдут и не уберут. Ищи их, и когда соберёшь фулл сет короля Блута, то есть меня, откроется по-настоящему ценные сокровища, то, что я хотел тебе оставить в наследство. Задачи для твоего класса будут подсвечены, чтоб в мастерстве расти быстрей, это чит этого пояса, никому не говори про него, а то отымут! Удачи Сын!

– Мне все талдычат, что я охотник на демонов, так ещё и эта рукопись, – отмахнулся Евсей, и табличка пропала. – Если ты, король, такой заботливый, то почему мама скончалась от болезни, а я в драной промокшей обуви? Какое нахрен наследие?! Нашли дурака! В уши про мою уникальность вливайте кому другому! Каждый день тысячи от голода и холода гибнут, а я, видите ли, не такой как все – сын короля! С какого такого перепуга?!

Евсей встал с пола и, лишь высказав всё, что хотел в пустоту, поймал себя на мысли, что немного успокоился. Но, решив поставить точку своему гневу, он толкнул рукой личную дверь, выходя на улицу к бесцельно снующим трупам.

Они ужасали, но выглядели вполне мирно, и парень, стараясь не смотреть на них, быстрым шагом покинул родное жилище.

«Надо отойти подальше от дома, ведь за ним наверняка всё ещё следят, и вернуться в мир людей», – подумал Евсей. – «И да, найти задачи, на которые должен указать пояс, может, за них можно будет получить настоящий меч или что-то типа. Тогда, тому, кто назвался Свидетелем, точно несдобровать!»