Макс Гордон – Эксперты паранормальных явлений (страница 7)

На другом конце телефона послышался вздох, голос Константина посерьезнел. Я уже и сам понимал, что он ответит. Так же, как понимал и то, что постоянное прокручивание в голове недавних событий к хорошему не приведет. Ничего уже не изменишь и до добра такие мысли уж точно не доведут, но такова моя суть, а себя не изменишь – таков уж я человек. А еще я думал о том, кто на самом деле был инициатором телефонного звонка – сам Костик, или же его попросил позвонить Михаил Александрович, но спрашивать не стал.

– Слушай, Макс, я понимаю, как все это выглядит для тебя, тем более, это был твой первый выезд в составе нашей группы… но пойми, что наша работа – это тот самый случай, когда ничего не знаешь заранее. А раз так, то и распланировать заранее мы никогда ничего не можем! Бывало, и не раз, когда все наши планы во время выезда летели к чертям. И поэтому приходится импровизировать на ходу, а это получается не всегда удачно. То, что ты переживаешь – это нормально, но зацикливаться на этом не нужно! Все доски, обои, и чего мы там еще от стены отодрали, пойдет в архив, потом разберемся что к чему, а пока нужно жить дальше и думать о перспективах, тем более, что нам скоро предстоит еще один выезд, который, возможно, окажется серьезней и опасней предыдущего. Так что, нужно сконцентрироваться на новых возможностях, – подытожил Костик.

Я слушал его не перебивая, лишь мысленно отметил для себя последнюю фразу, а именно – как он поставил ударение в слове «сконцентрироваться». Значит Михаил Александрович все-таки приложил руку к нашему разговору. Но сам он звонить не стал, иначе я чувствовал бы себя еще глупее. Эту дипломатичность я мысленно отметил, а вслух спросил, – что за архив?

– Ну, брат, архив – это Архив, – к Костику снова вернулось глуповато-шутливое настроение, – это такое место, где годами лежит всякий хлам, прямо, как в гараже у Пухлого, бывал там когда-нибудь? – договорил он уже смеясь. – На самом деле про архив тебе лучше у профессора спросить, он сможет объяснить лучше меня.

После разговора с Константином я почувствовал себя лучше, на передний план снова вышла уверенность, а чувство вины отступило назад. Я устал, но в сон не тянуло, поэтому я не пошел в спальню, а лег на диване в гостиной и включил телевизор, уверенный в том, что уснуть не удастся.

Как оказалось шестью часами позднее, в этом я сильно ошибался. Не смотря на включенный телевизор и шум с улицы, я крепко проспал большую половину дня. Проснувшись, я обнаружил кота, лежавшего в ногах. По телевизору был включен канал евро-новостей, по которому к моменту моего пробуждения показывали ураган, свирепствующий на южных широтах земного шара.

Телефон мигал множеством пропущенных сообщений, меня всегда интересовал вопрос – как мои корреспонденты узнают о том, что я сплю, ибо именно на моменты моего сна приходила основная часть пропущенных звонков и сообщений.

Я взял телефон в руки, он показался мне потяжелевшим от новых сообщений, и стал просматривать их. Два пропущенных звонка от Светланы по Скайпу и несколько испуганных сообщений после них. Она сильно желала узнать все ли в порядке со мной и домом. Как показалось, ее больше интересовало последнее, чем я.

Она где-то увидела видеоролики, которые показывали бурю с градом, прошедшие в нашем городе. Я набрал ей короткое сообщение о том, что ни про какую бурю и град не слышал, а также подтвердил, что мы, вместе с домом и котом, находимся в полном порядке, чего и вам желаем. Света не ответила, но я увидел, как мое отправленное сообщение приняло статус «прочитанного».

Остальные сообщения, сомнительного содержания, были от Костика. Костя писал, что пока я спал, он увел моего коня, а также кучу всякой чуши, которую я пропустил не задумываясь, но в конце каждого сообщения он просил перезвонить ему, как только проснусь. Последнее полученное от него сообщение имело следующее содержание: «Есть новое задание. Вечером собираемся у профессора. Перезвони, как проснешься!». Зевая, я набрал номер Кости.

– Проснулся? – послышался в телефоне его бодрый голос, – а то я уже думал будить тебя. Мое сообщение видел?

– Видел, – подтвердил я, – в двух словах не расскажешь?

– В двух словах не расскажу. К семи вечера собираемся у Александровича, там обо всем и узнаешь. Не опаздывай, адрес знаешь?

Адреса я не знал, и Костик скинул его сообщением. Профессор жил на улице с хитрым названием Сакко и Ванцетти. Не имея представления о местонахождении этой улицы, а также о том, кто эти добрые люди, я решил загрузить Яндекс-карты, но, подумав, решил вызвать такси. Зачем мне география? – ямщик есть, куда нужно довезет!

Неплохо было еще и перекусить перед выездом, но посмотрев на часы, которые показывали половину седьмого, я отогнал эту мысль и пошел в душ. Возле дома профессора я оказался уже без четверти семь.

Михаил Александрович устроился неплохо – небольшой, но отдельно стоящий домик в частном секторе, практически в центре города. Невысокий однотипный забор из красного кирпича тянулся вдоль всех домов, стоящих на этой улице со смешным названием. Не знаю почему, но каждый раз, когда я мысленно вспоминаю адрес профессора, губы сами собой растягиваются в улыбке. Я решил, по приезду домой, обязательно посмотреть в интернете, кто такие эти Сакко и Ванцетти.

Пока я рассматривал дом профессора, продолжая глуповато улыбаться, рядом с ним остановилась старая двухдверная «Нива», из которой, громко хлопнув дверью, вышел невысокий, плотно сбитый молодой человек. На вид ему было лет двадцать пять. Выходя из машины, он окинул меня хмурым и недобрым взглядом, после чего быстро зашагал к дому. Пухлый – вспомнил я, как Костик, смеясь, описывал Антона. Ну да, под это описание он определенно подходил.

Я был уверен, что про меня ему тоже рассказали, но он не соизволил придержать открывшуюся калитку и та захлопнулась у меня перед носом. Что-ж, Антону я точно не понравился… ну да ладно, переживу. Убедившись, что калитка заперта, я нажал на кнопку звонка и стал ждать.

– Заходи, Максим, – послышался из динамика знакомый голос.

Дверь щелкнула и приоткрылась, я вошел внутрь. Сразу за калиткой начинались ступени, ведущие в дом. Входная дверь была приоткрыта – меня ждали, но не дождались – навстречу мне никто не вышел. Я вошел в дом и закрыл за собой дверь.

На первом этаже царил полумрак, лишь настенное бра тускло освещало прихожую. Я бы не назвал себя скромным, но и к людям, способным без приглашения врываться в чужое жилище тоже не принадлежал.

Разувшись, я остался ждать возле входной двери. Минут через пять чьи-то тяжелые шаги загрохотали вниз по деревянной лестнице, и вниз спустился Костя. По звуку шагов, я ожидал увидеть Антона или Михаила Александровича, и судя по довольно-улыбающемуся лицу Костика, он это предвидел.

– Ну, чего встал Макс? Кухня прямо, спальня направо, лестница слева, а мы наверху все. Указателей не видишь?

Следом за Костей я поднялся на второй этаж, а затем на третий, и очутился в ярко освещенной квадратной комнате, где уже собрались все остальные члены команды. По всему периметру комнаты стояло множество шкафов, до отказа забитых книгами и папками под бумаги. Некоторые книги выглядели как средневековый антиквариат, другие были новыми в цветных обложках.

Посередине комнаты стоял небольшой круглый столик, над которым на длинном пружинистом шнуре с потолка свисала пестрая люстра. По бокам от стола, напротив друг – друга, стояли два кожаных дивана.

С другой стороны стола, также напротив друг – друга, пространство огораживали два больших прямоугольных аквариума. Диваны вместе с аквариумами образовывали квадрат, отделяющей основную часть комнаты от рабочего стола. Получался квадрат внутри квадрата, – интересный дизайн, подумал я.

На одном диване сидел профессор с Антоном, на другом расположился Игорь с Костей. Последний спустился, чтобы встретить меня.

– Привел! – весело доложил Костик. – Это же Макс. Он в прошлой жизни был вампиром, переродился в человека, а привычка осталась – не войдет, пока не пригласишь!

Разговор прервался и все сидящие посмотрели в мою сторону. Игорь улыбался, профессор внимательно посмотрел мне в глаза и кивнул, Антон не шелохнулся, его взгляд что-то уколол внутри моего организма.

– Заходи, Максим, – поздоровался со мной Михаил Александрович, – Костю и Игоря ты уже знаешь, а это Антон.

После слов профессора Антон кивнул мне, но дружелюбия в нем так и не появилось. Я уже начинал жалеть, что пришел сюда, чувство вины – что в прошлый раз я подвел команду, еще не прошло, и взгляд Антона подтверждал, что в этой комнате я был лишним. Как будто прочитав мои мысли, Михаил Александрович посадил меня между Игорем и Костей, а сам обратился к присутствующим.

– Вся команда в сборе, приступим! К нам поступила информация о странных явлениях, произошедших недавно в селе Першино. Это Нижнедевицкий район, кто-нибудь слышал о таком?

Мы с Игорем и Костей покачали головами, Антон кивнул, глядя в пол, – Бывал там, – еле слышно прокомментировал он.

– Так вот, – продолжил профессор, – это от нас в двух часах езды. Само село расположено сбоку от основной трассы, сам я там никогда не был, но справки навел. Теперь про странные события, – вздохнул он, – в течении двух предшествующих недель в этом поселке стали пропадать люди. Вернее, не пропадать, пропадать это не совсем так, физически-то они на месте и никуда не пропадали.