Макс Глебов – Разведчик барона (страница 47)

- Допустим, - нехотя соглашается киба, - но чем в этой ситуации можете нам помочь вы?

- Попав в руки тех, кто здесь всем заправляет, вы окажетесь в золотой клетке. Даже если вам покажется, что вы с ними договорились, вас будут бояться, ведь вы – неподконтрольная сила, угрожающая их власти, а власть – такая штука, делиться которой никто не захочет. Из вас тем или иным образом выкачают максимум информации, а потом просто убьют или посадят под замок. И уж точно никто из наших правителей не станет помогать вам вернуться домой, даже если для этого будет возможность. Я же могу предложить вам способ избежать такого развития событий и, возможно, когда-нибудь вернуться туда, откуда вы прилетели.

- Даже так? – в словах Шелы отчетливо звучит сарказм. – И как вы собираетесь это сделать?

- Для начала я готов выступить посредником в ваших переговорах с выжившими тайкунами. – О том, что Тапар остался один, я пока не говорю. На этом Тапар настаивал в категоричной форме.

- Тайкунами? – переспрашивает киба. – Это местное название наших противников?

- Да. Они для нас тайкуны, а вы – кибы.

- Мы называем их иншерами. Впрочем, это не имеет значения. Зачем нам эти переговоры?

- Потому что у вас сейчас одна общая цель – вернуться домой. По отдельности вам этого не сделать. Не факт, что помогут и совместные усилия, но они хотя бы дадут какой-то шанс. К тому же противостоять тому, что ждет вас здесь, лучше совместно, даже несмотря на все разделяющие вас противоречия, включая и жизни погибших товарищей. Я не знаю всех подробностей, но, судя по всему, ваш бой не был заранее спланирован ни одной из сторон. У вас ведь сейчас вроде бы нет войны.

- Вот именно, что вроде бы, - Шела чуть отводит взгляд в сторону. – Подписано перемирие, но обе стороны только и делают, что готовятся к следующей схватке, хотя никто её на самом деле не хочет. По крайней мере, до тех пор, пока у одной из сторон не появится очевидное преимущество. Впрочем, мы отвлеклись. Переговоры с иншерами – это первый пункт. Есть что-то ещё?

- Естественно. Я могу сделать так, чтобы все, кто сейчас вас ищет, решили, что вы погибли, и от ваших летательных аппаратов ничего не осталось. В дополнение можно полностью отбить охоту у разных искателей приключений даже думать о походах в эти места. Само собой, мне в этом потребуется содействие, причем и ваше, и тайкунов. Ну, или иншеров, если вам так привычнее. Детали я изложу, если мое предложение вас заинтересует.

- Я так понимаю, это ещё не всё?

- Не всё. Судя по всему, оживить один из ваших летательных аппаратов будет очень непросто. Предстоит сложный ремонт, для которого потребуются редкие и труднодоступные материалы. Если мы договоримся, я могу заняться их поиском и доставкой сюда. Вам самим, по вполне понятным причинам, заниматься этим будет несколько затруднительно. Вот теперь у меня всё.

- Мне нужно обсудить ваше предложение с товарищами, - после небольшой паузы отвечает Шела, - но, прежде чем к ним вернуться, я должна понять, в чем заключается ваш личный интерес в этом деле. Вы ведь собираетесь помогать нам не из чистого альтруизма?

- Мой интерес? – я ненадолго задумываюсь над формулировкой ответа, хотя, само собой, к такому вопросу был готов заранее. – Да, у меня есть свой интерес. Мне не нравится жить в постапокалиптическом средневековье. Поэтому, как только один из ваших аппаратов будет отремонтирован и готов к старту, я полечу с вами. Цена моих услуг – билет в ваш мир, так что, как видите, наши устремления полностью совпадают.

Да, я нагло вру. Никуда я лететь не собираюсь, но что ещё я могу сказать Шеле? Что хочу вернуть тот мир, который мои предки потеряли с началом Чужой войны? Это прозвучит слишком пафосно и наивно. А если я добавлю, что для этого мне нужна сила, и я собираюсь её получить, сотрудничая одновременно с кибами и тайкунами, то чем в глазах Шелы я буду отличаться от тех же баронов, отправивших сюда свои отряды? Они ведь тоже легко смогут объяснить свои действия стремлением улучшить жизнь простых людей. Так делают все властители, и эта песня стара, как мир. А так я, по крайней мере, даю кибам понять, что у меня есть свой мотив, и он заставляет меня действовать в русле их интересов.

- Есть у меня и еще одна проблема, которую нужно решить в ближайшие часы. В одной из групп, ведущих поиск в лесу, есть человек, оказавшийся здесь против своей воли. Я хочу его вытащить, но в этом мне ваша помощь не требуется. Главное, не мешайте.

- Я вас поняла, - кивает Шела, сохраняя невозмутимое выражение лица, но в её глазах мелькает нечто, позволяющее мне надеяться, что всё не так уж плохо. – Подождите немного, я скоро вернусь.

Ждать приходится не так уж долго. Шела появляется на берегу болота уже минут через двадцать.

- Охотник Сергей Белов, мой командир готова обсудить с вами детали нашей сделки, - сообщает она, остановившись чуть ближе, чем в прошлый раз. – Надеюсь, вы не откажетесь зайти к нам в гости. В десантном отсеке бота нам никто не будет мешать, а заодно вы своими глазами увидите, насколько масштабные восстановительные работы потребуются для устранения полученных повреждений. Надеюсь, это не заставит вас передумать.

- С удовольствием приму ваше приглашение, - я вежливо улыбаюсь, ругаясь при этом про себя последними словами. Лезть в болото отчаянно не хочется, но надо. Возможность побывать внутри космического аппарата кибов однозначно стоит промоченных ног.

- Тогда прошу следовать за мной, но оружие и конструкты иншеров вам придется временно сдать мне или оставить здесь.

***

Данжур хорошо понимал, что на этот раз выкрутиться ему не удастся. Безнадега была полной и совершенно беспросветной. Его всё-таки нашли, и главным виновником своих проблем, как и в прошлый раз, оказался он сам.

Валить с восточной окраины баронства нужно было сразу, как только до деревни, где он остановился, добрались слухи о падении где-то неподалеку двух то ли метеоров, то ли сбитых кораблей чужих. Где и как он успел проколоться, Данжур не понимал даже сейчас, но наиболее ушлые местные жители каким-то образом прознали, куда он ходит за добычей. Поэтому когда в округе неожиданно образовался запредельно высокий спрос на проводников в Каинову чащу, его немедленно сдали первым же бандитам. Небезвозмездно, естественно.

На беду Данжура, это оказались не просто бандиты. Среди них нашелся человек Уильяма, знавший охотника в лицо, так что его дальнейшая судьба теперь вопросов не вызывала. Собственно, Данжур был до сих пор жив только потому, что лихим людям действительно нужен был проводник. Их собственный морф в Каиновой чаще раньше не бывал, да и способности у него оказались достаточно однобокими.

В общем, Данжура сначала долго били, но так, чтобы не покалечить, а потом сказали, что за гибель группы в Змеином лесу его при других обстоятельствах ждала бы очень непростая смерть, но ему очень повезло, и теперь он имеет шанс на жизнь, если доведет группу до мест падения аппаратов чужих и выведет её обратно с добычей. А в качестве гарантии того, что он не попытается сбежать или сделать какую-нибудь другую глупость, их подельники надежно присмотрят за той самой смугленькой девочкой, из-за которой, собственно, Данжур и задержался в деревне, не успев вовремя покинуть ставшее опасным место. А заодно приглядят и за её семьей.

Нита Данжуру понравилась с первой случайной встречи. Можно сказать, он просто пропал, утонув в её карих глазах, и, похоже, девушка была готова ответить ему взаимностью, но в деревне Данжур считался чужаком, и семья Ниты относилась к нему с известной настороженностью. Хорошо хоть на жителей города не накладывалось столько ограничений, как на деревенских, иначе здесь его вообще бы не приняли. В общем, несмотря на некоторые сложности, Данжур считал, что с Нитой у них всё складывается неплохо, и внезапно возникшая необходимость как можно быстрее исчезнуть на неопределенное время погрузила его в черную депрессию. Он понимал, что нужно бежать, но постоянно откладывал отъезд, и в итоге за это поплатился, причем подставив под удар не только себя, но и Ниту вместе с её семьей.

Данжур знал, что его в любом случае убьют, но надеялся, что не тронут хотя бы Ниту и её родственников. Если он сделает всё, что от него требуют, никакого резона мстить им у бандитов не будет, а убивать деревенских просто так, без видимых причин – это навлекать на себя ненужные проблемы. Поэтому Данжур, стиснув зубы, вел группу через Каинову чащу, стараясь выполнять свою работу как можно лучше. Может быть, именно благодаря этому отряд всё еще не потерял ни одного человека, чего нельзя сказать об их конкурентах. Отдаленная стрельба в чаще могла означать только одно – кто-то нарвался на большие проблемы, причем, скорее всего, несовместимые с жизнью.

Данжур уже очень устал и понимал, что вот-вот начнет совершать ошибки. Бандиты тоже выглядели не лучшим образом и вели себя всё более нервно, хотя все они были достаточно опытными бойцами и старались держать себя в руках. Пока к Данжуру претензий никто не предъявлял – даже эти отморозки видели, что он добросовестно делает свою работу, но во взглядах лихих людей охотник всё чаще замечал кипящую агрессию, ждущую лишь повода, чтобы вырваться наружу.