Макс Глебов – Разведчик барона (страница 21)

И всё же разбираться с артефактами нужно. Да, методом проб и ошибок, но других способов мне пока не дано. В конце концов, у меня уже есть некоторый опыт обращения с шаром и веером, и вполне логично будет попытаться повторить однажды удавшийся эксперимент на новом уровне.

Аккуратно разворачиваю веер, и он превращается в красный круг с медным кругляшом в центре. Я чувствую фантомные вибрации, исходящие от артефакта, а по его поверхности, как и тогда, в таверне, начинают пробегать концентрические световые волны, направленные от краев к центру. Стараюсь в точности повторить уже однажды принесшие успех действия. Беру в левую руку шар, не отрывая при этом правой от развернутого в круг веера. В прошлый раз я положил шарообразный конструкт в небольшое углубление на плоской медной детали, расположенной в центре красного круга. Вот только тогда у меня не было жезла тайкунов, и двух рук мне вполне хватало, чтобы поддерживать тактильный контакт с обоими артефактами. Теперь же их три.

Продолжаю эксперимент по старому сценарию и кладу шар в углубление. Сеть кристаллических вставок на его поверхности послушно вспыхивает красным огнем. Теперь нужно как-то пристроить к этой конструкции жезл, но понимания, как это сделать, у меня нет.

У этой проблемы наверняка есть какое-то простое решение. Веер и шар явно созданы друг для друга, а вот куда в эту схему добавить ещё один конструкт, пока совершенно неясно. Никаких углублений или отверстий, куда можно было бы его вложить или вставить, я не вижу. Не вызывает сомнений у меня лишь то, что жезл нужно взять в руку или как-то иначе обеспечить его контакт с моей кожей, ведь для настройки связи шара и моего амулета, расширяющего возможности зрения, оказалось вполне достаточно того, что амулет висел у меня на шее под одеждой. С другой стороны, ну не хватать же два артефакта в одну руку. И уж тем более не стоит пытаться, к примеру, коснуться жезла локтем или, например, щекой. Может, конечно, и прокатит, но вряд ли создатели этих конструктов могли закладывать в схему работы с ними столь странные действия, откровенно неудобные для пользователя.

Я продолжаю одной рукой касаться веера, а другой шара, но правильно ли я поступаю? Тактильный контакт с артефактами однозначно необходим, вот только сейчас оба конструкта фактически представляют собой одно целое, находясь в физическом взаимодействии друг с другом. Я осторожно отрываю левую руку от шара, ожидая, что сеть светящихся кристаллов на его поверхности погаснет, однако этого не происходит. Того, что я всё ещё касаюсь правой рукой развернутого в круг веера, оказывается вполне достаточно для поддержания активности обоих конструктов.

Беру в освободившуюся руку жезл. Инкрустация, опоясывающая его рукоять, немедленно начинает ритмично вспыхивать, но никаких других ощущений, свидетельствующих о реакции артефакта на мое прикосновение, так и не возникает. Пульсация красного огня в глубине кристаллов выглядит, как требование совершить какое-то действие. Почему я так думаю? Понятия не имею, но испытываю полную уверенность, что это именно так.

Легче мне от этого знания не становится, поскольку то, что именно я должен сделать, по-прежнему остается для меня загадкой. Проходит несколько секунд, и, словно откликаясь на возникшие у меня затруднения, шар тайкунов начинает действовать самостоятельно. Лежащий в центре светящегося красного круга конструкт издает тихий шелест и начинает быстро преображаться, меняя форму. Элементы из темного дерева и светлого полированного камня приходят в движение, начиная жить своей жизнью. Связывающие их между собой кристаллические вставки оказываются подвижным каркасом, объединяющим все остальные элементы в некое динамично трансформирующееся целое.

Шар быстро преображается в более сложную объемную фигуру, напоминающую не до конца раскрывшийся бутон экзотического цветка. По его лепесткам бегут волны всё более интенсивного красного сияния, а в центре формируется цилиндрическое углубление, в точности соответствующее диаметром толщине рукояти жезла. Мерцание кристаллов на обоих артефактах постепенно синхронизируется, и теперь они пульсируют красным огнем в одинаковом ритме.

Более очевидного приглашения к действию трудно себе представить. Без малейших колебаний я вставляю рукоять жезла в сформировавшийся разъём. Мелькает мысль, что применительно к магическим артефактам термин «разъём» звучит несколько чужеродно, но я ведь представитель пусть и изрядно деградировавшей, но всё же технической цивилизации, так что мне подобное определение вполне простительно.

Жезл с негромким шипящим звуком фиксируется в сформированной для него нише, и я осторожно разжимаю пальцы. Неустойчивая на вид конструкция без проблем сохраняет равновесие, продолжая излучать яркое свечение, не оставляющее, однако, никаких бликов на окружающих предметах. Через несколько секунд эта огненная пляска достигает пика интенсивности и быстро сходит на нет.

Я вновь беру в руку жезл, и он легко извлекается из сформированной тремя артефактами конструкции. При этом я наконец-то ощущаю фантомные вибрации, свидетельствующие о том, что конструкт признал нового хозяина. Сразу после этого шар неспешно принимает прежнюю форму, причем уже без каких-либо световых спецэффектов. Развернутый в круг веер тоже больше не светится. Судя по всему, ритуал завершен, и теперь остается только разобраться, какие новые возможности он передо мной открыл.

Продолжаю сжимать в руке жезл и вновь сосредотачиваю взгляд на шаре и веере. При этом испытываю острое сожаление, что у меня нет толстой бумажной инструкции по эксплуатации этих необычных предметов. Я даже отчетливо и во всех деталях представляю, как открываю объемистую книжицу со схематичными изображениями конструктов тайкунов и читаю сноски на русском языке, означающие названия тех или иных элементов их конструкции, а потом перехожу к разделам, описывающим все их многочисленные и наверняка очень полезные функции.

Увы, чуда не происходит, и книжка с инструкцией не вываливается из воздуха и не падает передо мной на мокрую землю. А было бы, конечно, неплохо. Зато в глубине камня, вставленного в навершие жезла, появляются сначала тусклые, а потом и более яркие зеленые искры. Обычно подобное поведение артефактов тайкунов означает, что они активированы и готовы к работе. Вот только я совершенно не представляю, для чего предназначен и на что способен реквизированный мной у шевалье Слуцкого конструкт.

То немногое, что я знаю о жезлах тайкунов, заставляет предполагать, что мой новый артефакт создан для уничтожения врагов с помощью атакующих заклинаний, ну или как там у его бывших владельцев называются все эти воздушные копья, выбросы ментальной энергии и прочие фаерболы. Подобное оружие мне бы, несомненно, пригодилось, но как его освоить, я совершенно не представляю. Мне ведь пока даже с возможностями шара до конца не удалось разобраться. Как, к примеру, активировать ту же маскировочную сферу? Несколько неуклюжих попыток вызвать её мысленными командами никакого результата не принесли.

Темно-зеленый камень продолжает мерцать, словно ожидая команд, и я решаю попробовать сделать хоть что-то. Вытягиваю вперед руку с жезлом, как какой-нибудь маг-волшебник из детских книжек. А что ещё делать? Никто ведь толком не знает, как тайкуны работают со своими конструктами. А если у кого-то эта информация и есть, делиться эти люди ей ни с кем не спешат.

Направляю жезл на крупный камень метрах в пятидесяти от себя и выбираю на нем точку прицеливания, на которой и пытаюсь сосредоточиться. В воздухе прямо передо мной появляется небольшой полупрозрачный многоугольник, постоянно меняющий размеры и форму. Он слегка колеблется, подергиваясь из стороны в сторону. Чем-то он напоминает маркер в оптическом прицеле, вот только почему-то многоугольник живет какой-то своей жизнью, не желая фокусироваться на выбранной мной точке. Создается впечатление, что жезл ищет цель в указанном месте, но не может её найти. Впрочем, само появление многоугольника уже радует. Возможно, я двигаюсь в правильном направлении.

Пробую мысленно представить вонзающееся в камень воздушное копье. Жезл недовольно вибрирует, не соглашаясь выполнять полученную команду. Последовательно перебираю в памяти все известные мне внешние проявления работы оружия тайкунов. Пытаюсь мысленно сжечь камень струей инфернального пламени, взорвать его плазменным шаром, превратить в невесомый прах или заморозить. Результат каждый раз один и тот же – раздраженная фантомная вибрация, неприятно бьющая в сжимающую жезл ладонь.

Я опять что-то делаю неправильно, но жезл не спешит подсказывать мне, что именно. Возможно, я неверно выбрал цель. Всё-таки камень – инертная неживая материя. Но ведь техника кибов тоже неживая, однако во время Чужой войны тайкуны жгли её пачками. Уже понимая, что вряд ли чего-то достигну, нацеливаю жезл на растущее рядом с камнем дерево. Результат моих попыток остается прежним – рука уже зудит от возмущенных вибраций, испускаемых жезлом, а небольшой зеленоватый многоугольник, перемещающийся вслед за поворотами жезла, как пятнышко света от небольшого фонаря, по-прежнему не может ни на чем задержаться, нервно подергиваясь из стороны в сторону.