Макс Глебов – Проект особого значения (страница 32)
Женька смекнул что к чему. Нагло вывалил руки на стол. Откинулся на спинку стула. Ухмыльнулся и вызывающе спросил:
– И что? Поможешь?
– Честно говоря, не очень хочется. – Лениво ответил Олег. – По сути, помочь вам не так сложно, – начал он рассуждать вслух. – Отвести сейчас в кабинет, да удалить все, что связано с флешкой. Ничего сложного. Другое дело, что это может повлечь некоторые проблемы. Будут лишние вопросы, подозрения… а это уже и на карьере может отразиться. Вы же сами должны понимать, что вам вменяют не просто цензорскую деятельность. Вам вменяют измену! Это намного серьезнее, чем детские игры со светильниками. – Закончил Олег.
Женька долго смотрел на Олега. Щупал его взглядом. Пытался достучаться до его удаленного участка памяти. Вызволить из этого черного закутка хоть крупицу прошлого. И при этом прекрасно понимал, что все его попытки изначально обречены на провал.
– И? Ждешь, чтобы я умолять начал?
– Нисколько. Просто удивляюсь своим чувствам, вот и все. Если бы я вместо видеообращения оставил себе записку с теми же инструкциями, то, скорее всего, я бы даже извиняться перед вами не стал. Но в том видео такой нажим. Такой накал. Даже через монитор чувствуется боль. Это и подкупило меня. Все-таки тому себе я доверяю больше. У него картина была шире, чем моя нынешняя. Очень надеюсь, что тот я знал, о чем он говорит и что просит меня сделать. Потому что если он не продумал все до конца, то… – Олег оставил без продолжения. – В общем, я помогу вам.
Странное чувство поднялось в душе Женьки. Какое-то грустное облегчение. Словно он одним махом избавляется от всех проблем, но при этом платит слишком высокую цену.
– Спасибо, что ли…
– Не стоит. – Прервал Олег и сразу продолжил четко по делу. – За дверью нас ждут два человека. Вместе мы отправимся к светильнику. Я постараюсь сделать так, чтобы вместо просветки вашей правды, случайно включился модуль зачистки. Поэтому постарайтесь вспомнить правильную информацию. Вы меня понимаете?
– Да. – Коротко бросил Женька, осознавая, что совсем скоро огромный кусок его жизни исчезнет. Перестанет быть его собственность и станет вдруг ничейным. Пустым…
Сотни раз он лично проводил эту процедуру. С легкостью вычищал у людей едва ли не годы их жизни. А сейчас и самому предстоит это опробовать. На собственной, так сказать, шкуре…
И шкура эта совсем не хотела двигаться в направлении двери.
Дыхание его участилось. Голова загудела в унисон с лампами. Глаза заскользили по белоснежным стенам и, как на занозу, наткнулись на Олега.
– У вас нет другого выбора. – Сказал Олег, словно почувствовал смятение Женьки. – И предлагать второй раз я не буду. Встаньте и подойдите к двери. Я следом.
Олег сгреб папку. Встал. Одернул полы пиджака.
– Ну?
– Да, надо… – процедил Женька, поднимаясь со стула.
– К двери! – напомнил Олег.
Женька прошел вдоль стола, обогнул Олега и стал лицом к закрытой двери.
Затылком ощутил на себе чужой взгляд.
Все-таки чужой, с досадой подумал Женька.
– Скоро для вас все закончится, – двусмысленно прозвучало за спиной.
Женька схватился за ручку. Надавил и замер. Что-то свербело внутри. Рвалось наружу и просило ответов.
– Оно того стоило? – спросил он не оборачиваясь.
– Что, простите?
– Я говорю, стоило ли оно того?
– Видимо, да. – Легко ответил Олег. – Моя жизнь круто изменилась.
– Поздравляю. – Без капли радости произнес Женька. – Ваню-то хоть вылечили?
– Какого Ваню?
– Сына, – дрожащим голосом сказал Женька, чувствуя, как холодеет спина.
– Вы, верно, перепутали, – хмыкнул в затылок Олег. – У меня вообще-то дочь. Евгенией зовут.
Женька закрыл глаза, открыл дверь и шагнул в черную пасть бесконечного коридора.
Владимир Васильев. «Нанострасти»
Глава 1
Дверь с еле слышным шорохом уехала в сторону, и моим глазам открылась романтическая, совершенно здесь неуместная картина. Очень красивая девушка лежала на диване и так увлеченно читала старинную бумажную книгу, что даже не заметила моего явления. Короткий халатик с опушкой из искусственного меха почти не скрывал неестественно идеальную фигуру, а из длинных светлых волос торчал острый кончик длинного уха.
Впрочем ничего такого уж нереального в красавице не было. Пластические операции давно стали безопасны и доступны, так что многие люди здорово перекраивали данные от природы тела, да и мода на «эльфийские» уши не проходила уже лет десять.
Я немного удивился, что мое вторжение оказалось незамеченным, ведь если от кого и можно было ожидать такой увлеченности, то никак не от Алисы, но только пожал плечами, пару секунд полюбовался красоткой, а затем затащил в комнату свернутый в рулон ковер и небольшую сумку.
Только от громкого хлопка брошенного на пол ковра девушка резко подняла голову и уставилась на меня влажными от слез глазами.
– Дим! – радостно вскрикнула она спустя секунду. – Я так рада тебя видеть! Ты так долго не заходил… А я тут такое читаю. Такая любовь!
Девушка элегантным быстрым движением вскочила с дивана и предъявила мне обложку с надписью готическим шрифтом «Средневековый рыцарский роман. Сборник». Я как раз раскатывал ковер, но от скептического хмыканья не удержался. Это же жуткий примитив! Кого такое чтиво может зацепить в наше время? Хотя… для нее может в самый раз…
Но я и сам не лучше, если хорошенько подумать. Что я здесь делаю? Рискую всем не пойми ради чего. Я раздраженно помотал головой, распрямился и резко скомандовал:
– Ложись!
Девушка, которая уже промокнула слезы кружевным платочком, недоуменно посмотрела на меня снизу вверх, так как ее рост еле достигал полутора метров, потом бросила быстрый взгляд на диван, и снова уставилась на меня, округлив от удивления глаза.
– Что? Прям так просто? – протянула она, а потом резко зачастила. – Дим! Я всегда говорила, что влюблена в тебя. Но я рассчитывала на предложение. Я же девушка приличная.
Я, пораженно подумав о том, что и так куцый разум от такого чтения совсем скукожился, начал формулировать мысль попроще, но красотка неожиданно добавила:
– Я согласна!
После чего потянулась к пуговицам халатика. Но я уже опомнился и почти рыкнул:
– Тебя хотят убить! Ложись на ковер. Я заверну тебя и вынесу. Тебе нельзя идти, даже спрятав лицо. Везде камеры и охранный искин тебя опознает хоть по фигуре, хоть по походке. А на выходе еще и охранник сидит.
– Кто хочет? – недоуменно пискнула девушка. – За что? Я же никому ничего плохого не сделала.
Ничего отвечать я не стал, так как она и сама прекрасно знает «кто», да и «за что» должна бы понимать. В любом случае объяснять слишком долго, а лишнего времени как обычно нет.
Так что я только ткнул пальцем в злосчастный ковер и, открыв шкаф, принялся выгребать очень немногочисленный гардероб девушки в сумку. Затем окинул взглядом стройную фигурку, неподвижно вытянувшуюся у моих ног, и, сам удивившись своей сноровке, быстро закатал красотку в ковер.
После чего натянул на себя самый настоящий хиджаб, взвалил ношу на плечо, ловко вписался в дверной проем и потопал вверх по лестнице, так как работу лифта прекрасно слышно в холле, и охранник может насторожиться, чего это уборщику начальственных кабинетов потребовалось на лабораторных этажах.
Пока я пыхтел, взбираясь на двадцать метров из глубин скалы, то успел порадоваться, что и Алиса такая миниатюрная, и что я всегда следил за своей спортивной формой, и что так удачно сложилось, что уборщик убежденный сектант из сочувствующих и носит хиджаб в знак покаяния мужчин перед женщинами за века эксплуатации.
Еще этот тип работает в самое волчье время и носит антикварный ковер из директорского кабинета очищать снегом, не доверяя всей этой химии и пылесосам. А я вот… успокоил его усыпляющим выстрелом из газового пистолета и теперь, возможно, совершаю самую большую ошибку в своей жизни. Но… просто не могу иначе.
Перед выходом в холл я минутку постоял, успокаивая дыхание, и твердой походкой прошел мимо скучающего охранника, открыл дверь браслетом уборщика, и наконец покинул охраняемое как сокровищницу здание.
Улица встретила меня неласково – темнотой, холодом и ветром. Хотя чего еще можно ожидать от острова далеко за полярным кругом? Никто из персонала мне не встретился, что неудивительно для начала шестого утра, так что я быстро дошел до ангара, бросил ковер на снег и быстро раскатал. Только перед этим скинул с себя хиджаб, так как почему-то не хотел, чтобы Алиса меня в нем видела.
Девушка вскочила и выжидающе уставилась на меня, нисколечко не ежась на морозе в своем минималистичном халатике. Я же открыл дверь ангара и чуть не запрыгнул внутрь, радуясь и теплу, и отсутствию ветра, да и нормальному освещению.
– Дим! – радостно прощебетала красавица. – Так ты это все придумал, чтобы похитить меня? О! Это так романтично! А какая у тебя невероятная машина!
Я как раз открывал дверь авиамашины, но на секундочку задержался, окидывая взглядом переливающийся алым перламутром кузов. Действительно, авто что надо. Кузов минивэна с плавными обводами, затонированные темно-бордовым стекла, небольшие колеса, ведь они далеко не главное для этих леталок. Хорошая техника, но не сказать, что совсем выдающаяся. Глазеть на такую будут, но особо никто не удивится. Если не ошибаюсь, эта модель две тысячи семьдесят пятого года разработки. За прошедшие шесть лет уже пяток более новых для самых богатых выпустили. Но и такие еще очень популярны у золотой молодежи.