Макс Глебов – День горящей брони (страница 29)
— Но ведь все транспорты уже ушли в прыжок!
— Значит, они не смогли задержать всех! Не мешай, я пытаюсь найти их корабль.
Гиперсвязь с эсминцем бейтанов всё еще работала, и Герранд внимательно наблюдал за действиями людей. Корабль Вершинина не мог совершить прыжок, и это давало ему шанс, пусть и очень небольшой, и связанный с серьезным риском.
— Человек, помни, ты обещал, — громко произнес бейтан. — И не торопись с выводами.
Неожиданно на глазах людей произошло полное преображение их собеседника. До этого совершенно невозмутимый и уравновешенный, бейтан вдруг превратился в дикого зверя. Он оскалил пасть и заорал, брызгая слюной:
— Ты не хочешь говорить со мной, жалкий голокожий! Ты уже дважды унизил меня, разгромив мои эскадры! Ты умрешь здесь и сейчас! Бейтаны ничего не забывают. Готовься к смерти!
Шокированный таким поворотом Виктор сам не заметил, как вызвал внутренний интерфейс и скользнул в боевой режим, натянув на голову виртуальный шлем и переключив управление артиллерией крейсера в ручной режим.
Герранд продолжал что-то орать, а все корабли его отряда, включая даже транспорт, рванули вперед и, окутавшись силовыми и маскировочными полями, открыли беспорядочный огонь.
Несколько секунд Виктор не мог понять, что происходит. Атаковать тяжелый крейсер силами эсминца и трех корветов было равносильно самоубийству. Кроме того, корабли Герранда вели огонь из всего бортового оружия, включая плазменные пушки, которые пока еще просто не доставали до крейсера. А вот торпеды эсминец почему-то использовать не торопился, а ведь именно они имели хоть какой-то шанс причинить крейсеру неприятности.
Вместе со схлынувшей волной адреналина к Виктору пришло понимание, что эта безумная атака — не более чем фарс. Герранд увидел, в какое затруднение попали люди и что-то задумал, ради чего и устроил клоунаду в эфире и бессмысленную пальбу. Что ж, можно и подыграть…
Пушки крейсера озарились вспышками разгонных импульсов. Снаряды летели куда угодно, только не в цели. Они распускались огненными шарами в опасной близости от бейтанских кораблей, но не наносили им никаких повреждений, разве что, совсем немного снижая ресурс защитных полей случайными осколками. Этот цирк мог продолжаться достаточно долго. Крейсер убегал, а бейтаны его догоняли.
— Не могу его засечь! Даже сканеры твоей подруги его не берут! — в голосе Теньша слышалась паника.
— Беру управление, — ответил Виктор, переключая на себя поток данных с консоли оператора систем радиоэлектронной борьбы.
«Где же ты прячешься?» — мысленно обратился он к невидимому противнику, — «на экранах сканеров одна каша, но ведь ты где-то здесь…»
С системами наведения начали происходить какие-то странности. Сканеры все время теряли захват кораблей Герранда, хотя бейтаны подобрались уже достаточно близко. Теперь попасть в них было бы сложно, даже если бы Виктор действительно захотел это сделать. Но ведь еще минуту назад ничего подобного не было… И тут Виктор понял, для чего Герранд затеял спектакль со стрельбой. У корабля Старших, где бы он ни скрывался, не имелось ударного вооружения, иначе он давно бы его применил. Единственное, что он мог — ставить помехи. Но ведь у бейтанов есть пушки, и Герранд наглядно показал, что готов применить их против корабля Виктора. Это была провокация, попытка заставить противника подойти ближе и подавить системы наведения крейсера, чтобы бейтаны смогли его расстрелять. Но чем ближе подойдет невидимый противник, тем легче будет его обнаружить.
Продолжая вести вялый огонь куда-то в сторону отряда Герранда, Виктор сосредоточил все внимание на сканерах. Интуиция, на которую он так надеялся, предательски молчала, но Вершинин не оставлял попыток сделать хоть что-то.
— Мрррр? — неожиданно раздался в его голове голос Шерхана.
— Ну, мррр! — автоматически передразнил ирбиса Виктор, — я занят!
— По…рр… мог… ггу…ррр… — не отставал ирбис.
— Чем ты мне поможешь?
Виктору показалось, что он, наконец, уловил в потоке данных со сканеров неясную тень, и в казавшуюся пустой точку пространства немедленно понеслись снаряды и плазменные сгустки.
Толку от этого залпа не было никакого. Если Виктор куда-то и попал, никакими внешними эффектами попадания не сопровождались, а помехи никуда не исчезли.
— Прррячется! — прокомментировал Шерхан. — Ещщё снаррряд!
Неожиданно Виктору стало легче. От Шерхана к его голове будто протянулись невидимые нити, по которым в мозг Вершинина втекало спокойствие и энергия. И различать неясную тень в шуме помех он тоже стал заметно отчетливее.
— Снаррряд! — рыкнул Шерхан, и Виктор послушался.
На этот раз он все-таки попал, но результат оказался прежним. Помехи не исчезли, но тень панически дернулась в сторону, а ее защитное поле на какое-то мгновение ярко вспыхнуло.
В течение следующей пары минут Вершинин попал в почти невидимого противника еще трижды, и опять без особого эффекта.
— Подполковник, он тянет время! — как будто из-под воды прозвучал голос Теньша. — Сюда уже наверняка летят другие корабли Старших. У нас не больше двух-трех минут. Долбани его из гравитационной пушки. Она пробивает любые поля!
— Ещщё снаррряд! — не унимался захваченный азартом битвы Шерхан, и Виктор вновь не стал его разочаровывать.
В очередной раз поймав ускользающую тень в воображаемое перекрестье прицела, Виктор выдал по ней полный залп. Дистанция позволяла, и Вершинин задействовал всё, включая орудия ближней обороны. Космос озарила яркая вспышка. В цель одновременно ударило несколько снарядов и сгустков плазмы. Гравитационное орудие тоже не промахнулось, и всё же этого оказалось мало. Однако, похоже, кораблю Старших такое обращение сильно не понравилось.
Теперь сканеры крейсера видели противника. Он резко ускорился, пытаясь разорвать дистанцию, но Виктор не дал ему такой возможности. Еще одного попадания пучка гравитонов корабль Старших не выдержал. За ничтожные доли секунды его корпус смяло и расплющило, и на месте вытянутого эллипсоида на миг возникло крошечное солнце, не оставившее после себя ни обломков, ни даже облачка рассеивающихся газов.
— Корабли бейтанов прекратили огонь, — откинувшись на спинку кресла, доложил Теньш, — Помехи исчезли, надо срочно уходить в прыжок.
— Минуту, — стаскивая с головы шлем, ответил Виктор. — Мне нужно еще кое-что сделать.
Бейтан ответил на вызов сразу. Он вновь был спокоен и ничуть не напоминал взбесившегося хищника, еще несколько минут назад бешено оравшего на Виктора.
— Я запомню твой поступок, Герранд, — усмехнулся Вершинин.
— Ты обещал, — напомнил бейтан.
— Не сомневайся, мы еще встретимся, мой злобный враг.
— Очень на это надеюсь. А сейчас тебе пора, человек-враг, но я не прощаюсь, — Герранд прервал связь, и его изображение исчезло.
— Он прав, — нетерпеливо произнес Теньш, — нам действительно пора уходить.
— Я знаю, — усмехнулся Виктор. — Прыжок!
Пространство на мгновение схлопнулось в точку и вновь обрело нормальную размерность. Тактическая голограмма мигнула и перезагрузилась. Тяжелый крейсер «Москва» вышел из прыжка за орбитой Сатурна.
— Мрррр! — раздался в голове Вершинина победный мурк Шерхана.
Глава 6
Быстро созвать Совет не получилось, несмотря на все усилия Чероса, пытавшегося всячески раздуть значение инцидента с потерей зонда-наблюдателя. Повод для внеочередного сбора Совета не всем Старшим казался достаточно весомым. Формально гибель одного из древних кораблей позволяла инициировать разбирательство на высшем уровне, но «Церен-Ког» не относился к классу боевых кораблей. Он был всего лишь зондом-наблюдателем, которых в каждом секторе насчитывалось до десяти штук, и его потеря не несла существенной угрозы стабильности Буферной Зоны.
Тем не менее, Черос сумел настоять на своем, утверждая, что в данном случае важно не столько то, какой корабль потерян, сколько обстоятельства, при которых это произошло. Он добился аудиенции у главы клана и каким-то образом смог убедить Хранителя Равновесия в необходимости срочно созвать Совет. Ни Октос, ни Краен не знали, какие факты их оппонент смог вытащить на поверхность, но оба прекрасно понимали, что вскоре и им предстоит отвечать на очень неприятные вопросы перед раздраженными внезапным вызовом на Совет главами секторов и высшими функционерами клана.
Местом проведения Совета служил большой бассейн с искусственными островами, расположенный в центре клановой резиденции. Традиционно здесь проводились только внеочередные слушания. Считалось, что это подчеркивает важность обсуждаемых проблем, по которым необходимо принимать срочные решения.
Формальные расшаркивания членов совета между собой и с Хранителем Равновесия Октоса интересовали мало. Все необходимые ритуалы он давно научился выполнять автоматически, практически не отвлекаясь от размышлений. А подумать было о чем. Черос развил бурную деятельность, приватно разъясняя постоянно прибывавшим главам секторов свою позицию. Краен тоже не сидел на месте, но общался он в основном с другими функционерами клана, входившими в его ветвь иерархии.
Вся эта донная возня Октосу давно наскучила. Ему хотелось, чтобы всё, наконец, закончилось тем или иным образом. Глава сектора с некоторым удивлением понял, что ему даже не очень интересно, отстранят его от должности или нет. В конце концов, любимый бассейн в клановой резиденции у него в любом случае не отнимут, слишком велики прошлые заслуги, а всё остальное с каждым прожитым годом волновало его всё меньше.