Макс Ганин – Презумпция виновности. Часть 1. Надежды не тая. Россия. Наши дни III (страница 19)

– А что такое «обиженка»? – продолжал с большим интересом расспрашивать Александр.

– Это низшее тюремное сословие, куда попадают все наказанные членом или изначально нетрадиционной половой ориентации. В обиженку также можно попасть, если за руку поздоровался с другим обиженным или поел с ним из одной тарелки, попил из одной кружки – в общем, имел непосредственный контакт. А еще в последнее время в обиженку загоняют особо разговорчивых дурачков, которые рассказывают, что лизали у женщины. Поэтому если вдруг вас кто-нибудь начнет расспрашивать о сексуальных пристрастиях или подвигах, лучше всего спрыгивать с таких разговоров короткой фразой «Это мое личное, личное обсуждать не хочу». За личное даже вор не может спросить!

– И что обиженные делают в тюрьме? И как их распознать? – не отставал Саша.

– Они убираются, моют дальняки, делают самую тяжелую работу, сексуально ублажают других заключенных и некоторых мусоров – любителей этого дела. В общих хатах лежат у туалета на полу – кровати им не положено, как и матраса с подушкой. Обычно они живут в отдельных камерах. Например, прямо под нами такая хата – два-ноль-один. Недавно туда перевели Веронику и Жасмин, в действительности они Миша и Остап – трансформеры. С ними даже дорогу держать нельзя! Все ждем, кого к ним третьим подселят. А мусора подселить к ним могут тех, кто плохо себя ведет, не слушается или по просьбе оперов и следователя, ведущего твое дело, – в назидание за отказ от сотрудничества, чтобы опустить. Но сейчас это большая редкость. Сейчас для этого используют пресс-хаты38, где тебя не только изобьют до полусмерти, но и снасильничают.

– Хватит их страшилками пугать! – прервал Валеру Иваныч. – Давайте лучше составим список вещей и продуктов, которые вам надо будет сегодня вечером заказать по телефону у своих родных, чтобы в понедельник их принесли как передачу. Первая передача по закону – самая большая. Можно передать и продукты, и вещи. Поэтому берите ручки с бумажками и записывайте!

Валера вырвал из тетрадки два листочка, достал с полочки две ручки и раздал новичкам. Степанов, убедившись, что ребята готовы записывать за ним, продолжил:

– Поскольку вы приехали налегке, вам в первую очередь нужен баул для вещей, с которым вы потом пойдете по этапу. Он должен быть в меру вместительным, но не очень большим, чтобы его было удобно нести. Не за горами зима, поэтому нужны термобелье, куртка, теплые ботинки на молнии, кроссовки на липучках – шнурки, ремни и часы запрещены, спортивный костюм, майки, трусы, носки, шерстяная кофта, шапка, перчатки…

– Иваныч, ты нас как на зимовку собираешь! – с улыбкой сказал Гриша.

– Когда зимой в промерзший автозак залезете, вспомните меня добрым словом. В нем будет чуть теплее, чем на улице, а ехать придется не один час, сидя жопой на ледяной железной лавке. Вот тогда шерстяные носки и варежки с шапочкой очень пригодятся! В тюрьме что самое главное? – спросил Иваныч и, дожидаясь ответа, уперся взглядом в Сашу.

– Не попасть в обиженку? – неуверенно ответил Ткаченко.

– Нет! В тюрьме самое главное – не потерять здоровье! Когда ты сильный и духом, и телом, тебя ни одна падла не победит. – Иваныч многозначительно посмотрел на новеньких, шаловливо подмигнул Грише и продолжил: – Переходим к продуктам питания и сопутствующим товарам. Весло39, шленку40 и кругаль41 вам выдали, но поверьте мне: гораздо приятнее пить из пластиковой кружки и стакана, не обжигаясь, а есть металлическими столовыми приборами, но они в тюрьме запрещены, так как из них делают заточки. Поэтому только пластиковые ложки, тарелки – лучше и глубокую, и плоскую попросите, чтобы купили. Обязательно моющие средства для посуды и уборки, губки, тряпки, резиновые перчатки, мыла разного, шампуни, гели, мочалку. Обязательно резиновые тапочки для душа, чтобы грибок не подхватить. Ну и, конечно же, стиральный порошок. Чистота – залог здоровья. Мы стираемся раз неделю, по очереди. Для этого есть тазики. Вот, кстати, два тазика тоже закажите и бельевые прищепки. Теперь – постельные принадлежности. Как вы уже заметили и успели опробовать, положняковое42 белье – редкостная гадость, после нескольких стирок оно превратится в труху. В общих хатах из него плетут канаты для дороги. Поэтому записывайте дальше: одеяла шерстяные – две штуки. Одним будете укрываться, а другое возьмете с собой в автозак, чтобы положить под задницу или укутаться, когда ударят двадцатиградусные морозы. Пододеяльники, наволочки, простыни – все в двух экземплярах: одно стирается и сохнет, другое используете. Мыльно-рыльное: тот дешевый набор, который вам выдали при поступлении, пригоден только на несколько раз. Бритву – козью ножку – мы разбираем на мойки43 для бытовых целей, а щетки зубные – для чистки обуви или изготовления крючков. В тюрьме вообще-то нет ненужных вещей – все идет в дело, для всего находится применение. Поэтому записывайте дальше: хорошая бритва с кассетами, зубная щетка, обязательно в чехле для гигиены, штуки три зубной пасты, дезодорант, чтобы не вонять от нервов. Парфюм весь под запретом, поэтому довольствоваться можем только запахами от дезодорантов и освежителей воздуха. Вот, кстати, его тоже его включите в список, две штуки. Я так понимаю, что все мы здесь некурящие, поэтому заказываем сигареты только для дела. Сигареты в тюрьме – валюта, поэтому их много не бывает. Записывайте: «Парламент» – один блок, «Ява» – два блока. По-моему, все… По поводу продуктов – это к Валере, он у нас по кишке главный.

Настало время Чурбанова выйти на авансцену и продолжить этот длинный список:

– Колбаса копченая, сыр, масло, молоко сгущенное, каши быстрого приготовления, не требующие термообработки, тушенка, фрукты, сахар, чай, кофе. Это все разрешено. Дальше пишите запрещенные продукты, о передаче которых мы договоримся с опером: колбаса вареная, творог, сметана, молоко. На первое время хватит, а потом будем вместе писать список и распределять расходы на четверых.

Гриша добавил в список еще ручки с тетрадками, чтобы вести дневник и писать письма и ходатайства, а также Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы для изучения своих прав и обязанностей. Внутренний голос подсказывал ему, что эти книжки ему еще пригодятся, и не раз.

После составления списков компания разделилась на группы по интересам. Валера с Сашей сели на кровать и стали болтать, а Гришу Иваныч пригласил поиграть в нарды за дубком. Постоянно работающий в камере телевизор был единственным источником точного времени, поэтому сразу после пятичасовых новостей на канале «Звезда» Степанов напомнил всем, что скоро будет проверка и как по этому поводу надо себя вести:

– Выходим из камеры и строимся в линию по правой стене. Я как главный в камере выхожу последним, потому что, если вдруг проверяющий захочет провести шмон, я единственный из вас, кто может при этом присутствовать внутри и следить, чтобы нам ничего не подбросили. Или, если найдут что-то для нас ценное и запрещенное, попробовать договориться, чтобы не изымали. Для этих целей у нас есть на киви-кошельке зарезервированная сумма денег, которую мы используем для взяток и решения форс-мажорных обстоятельств. На проверке стоим тихо, не дергаемся, не шутим, отвечаем, только когда обращаются. Дежурный будет называть наши фамилии, в ответ называем имя-отчество и статью. На проверке можно передать заявления, например, с просьбой про прием у врача или о переводе в другую камеру, ходатайства следователю или руководителю изолятора, просьбы. После окончания проверки все в том же порядке заходят обратно в камеру. Тот, кто после проверки не зашел в хату и остался стоять на продоле по каким-то своим соображениям, признается всеми ломовым, то есть тем, кто ломанулся – ушел из хаты по своей воле. Ломовые – это слабые духом люди, которые не выдержали своих сокамерников, совместный быт и тяготы проживания. Их обычно уже не принимают в других людских44хатах, и для них одна дорога – в камеру для ломовых или обиженных. Поэтому не задерживаемся на продоле и быстренько заходим обратно.

В коридоре громко гремели дверьми, лязгали замки. Около шести часов проверка дошла до хаты два-восемь-восемь. Все прошло в точности так, как рассказывал Иваныч. Майор ФСИН вежливо со всеми поздоровался, поинтересовался у новеньких, нет ли у них претензий или жалоб на условия содержания. Получив отрицательный ответ, сказал:

– Добро пожаловать в Бутырку! – и захлопнул за всеми дверь.

Посмотрев вечерние новости по пятому каналу, Иваныч подошел к тормозам45 и стал внимательно прислушиваться к внешним звукам. Через пару минут он дал отмашку Валере, который залез в холодильник, проворно оторвал заднюю панель и достал заветный сверток. Запрыгнув на свою кровать, он спрятался как можно глубже, чтобы его не было видно в глазок камеры, и извлек из свертка маленький черный кнопочный телефон. Из внутренностей своего матраса через специально сделанное отверстие он достал еще один маленький сверточек, в котором находилась сим-карта. Собрав все воедино, он включил телефон. Проверив входящие СМС, баланс счета и уровень зарядки, подозвал к себе Ткаченко. Сашка молниеносно запрыгнул вглубь Валериной шконки и скрылся там с телефоном. Чурбанов подошел к лежащему на своей пальме46 Грише и тихо, почти шепотом, объяснил суть происходящего.