Макс Фриш – Триптих (страница 161)
Кюрман. Единственный раз в жизни — как сейчас помню — мне было семнадцать, я ехал на велосипеде… Надвигалась гроза. Но дождь так и не пролился, только заполыхали вдали зарницы, пыль взвилась столбом, да запахло бузиной и смолой… Единственный раз в жизни на меня снизошло озарение. И длилось с четверть часа. Это было истинное озарение, я знаю. Я что-то понял тогда. Но — что? Я не могу этого восстановить, слишком глуп. Слишком глуп! Это и есть мое единственное желание: если мне позволено начать все сначала, то пусть у меня будет другой интеллект!
Ведущий. Вы искажаете наши правила игры: вам позволено еще раз выбрать жизненный путь, но с тем интеллектом, какой у вас есть. Он — данность. Вы можете использовать его, как хотите: для предотвращения ошибок или для оправдания задним числом уже сделанных. Как вам будет угодно. Можете его специализировать в какой-то узкой области — например, в своей науке. Или же в политике. А можете и загубить, посвятив себя религии или утопив в алкоголе. Как пожелаете. Но вы не можете изменить его диапазон или — скажем так — потенцию вашего интеллекта, его уровень. Понимаете? Это — данность.
Входит Антуанетта в пальто.
Кюрман. Чего ей еще надо?
Антуанетта. Моя сумочка.
Кюрман. Что это значит?
Антуанетта. Я забыла свою сумочку.
Кюрман. Я сказал четко и ясно: мы начинаем раньше, чем моя жена впервые появилась в этой квартире! Значит, она не могла забыть здесь свою сумочку.
Антуанетта ищет сумочку.
Ты что, не поняла?
Антуанетта
Ведущий. Итак, господин Кюрман…
Кюрман
Ведущий. Еще холостяком.
Кюрман. Не хочу въезжать в эту квартиру!
Ведущий. Когда господин Кюрман въехал в эту квартиру?
Ассистентка листает досье.
Кюрман. Начнем раньше…
Ведущий. Как вам будет угодно.
Кюрман. До того, как я сюда въехал.
Ведущий. Как вам будет угодно.
Кюрман. Не хочу больше видеть эту мебель!
Ведущий берет в руки досье.
Ассистент. Убрать мебель?
Ведущий. Пожалуйста.
Ассистент. Легко сказать.
Ведущий. Господин Кюрман не хочет ее видеть…
Кюрман стоя курит трубку, Ведущий листает досье, ассистент в это время вносит белые полотнища и с помощью Ассистентки накрывает ими всю мебель.
Ассистент. Пожалуйста!
Кюрман
Ведущий
Остается только обычное освещение, неоновая лампочка на режиссерском столике выключена, зато загорается еще один софит: в белый круг его света входит Ассистент в засыпанной снегом шапке из волчьего меха. Он изображает десятилетнего мальчишку, лепящего снежок.
Ассистент.
А Кюрманчику
В меня не попасть!
Я Кюрманчику
Залеплю в пасть!
Ведущий. Вы помните этого мальчишку? Его зовут Сопля.
Кюрман. Его фамилия не Сопля…
Ведущий. Правильно. Его фамилия Соплянер, но вы прозвали его Сопля — за то, что он не пользуется носовым платком.
Ассистент.
Кюрманчик, Кюрманчик,
Любимчик, пай-мальчик!
Кюрман. Кончай.
Ассистент.
А Кюрманчику
В меня не попасть!
Ведущий. Вас дразнят за то, что вы в спортзале заявили: когда вырастете, станете профессором, настоящим профессором…
Ассистент. Любимчик, пай-мальчик!
Ведущий. Помните, что потом произошло?
Кюрман. Да.
Ассистент.
Любимчик, пай-мальчик!
Кюрманчик — пай-мальчик!
Кюрман. Прекрати!
Ассистент.
А Кюрманчику
В меня не попасть!
Антуанетта выходит на авансцену.
Антуанетта. Ханнес, что ты тогда натворил?
Загорается неоновая лампочка.
Ведущий. Вы бросались снежками и выбили мальчишке глаз. Вас мучает совесть?
Антуанетта. Ты никогда мне об этом не рассказывал.
Ведущий. Когда это случилось?