Макс Фрай – Вся правда о нас (страница 11)

«Ого как», – подумал я.

А больше ничего подумать не успел, потому что стоящие позади деликатно подтолкнули меня к входу – дескать, иди давай, не задерживай очередь. Нумминорих посторонился, пропуская меня. Сказал, воспользовавшись Безмолвной речью: «Пророк совершенно точно не спящий».

«Интересные дела», – откликнулся я. И вошёл в палатку.

…Притом, что внешность Правдивого Пророка нам вчера описывали неоднократно и все показания более-менее сходились, я всё равно был заранее готов увидеть всё что угодно – хоть обещанного пожилого джентльмена с зелёной косой, хоть толстую старуху вроде той, что торгует пророческими снами у нас в Новом Городе, хоть бородатого младенца, хоть огненный шар. Чем-чем, а разнообразием форм в Мире никого не удивишь. Единственное, к чему я не был готов – к отсутствию хозяина палатки. Поэтому, не застав там никого, удивился. Но не слишком сильно, всё-таки возможность становиться невидимым доступна многим мало-мальски сносным колдунам. Я и сам уже почти выучился… ну, то есть до настоящего «почти» мне ещё пахать и пахать, но какая разница, это же не я сейчас так беспардонно исчез.

Я открыл было рот, чтобы вежливо спросить, в какую филейную часть обитаемого Мира столь невовремя провалился уважаемый пророк, но меня опередили. Негромкий мужской голос сказал прямо мне в ухо, так что я почувствовал его дыхание, прохладное и явственно пахнущее свежескошенной травой:

– Правда о тебе заключается в том, что ты – сэр Макс из Ехо. И явился сюда, чтобы меня разбудить. Ничего не поделаешь, ладно, просыпаюсь.

– Эй, так нечестно! – возмутился я, сообразив, что, во-первых, мне не сообщили ничего нового о моей выдающейся персоне, а во-вторых, похоже, и не собираются.

Не успев договорить, я обнаружил, что никакой палатки больше нет, и на меня, разинув рты, глазеет небольшая толпа свидетелей её исчезновения.

– Что «нечестно»? – растерянно спросил кудрявый юноша, стоявший за мной в очереди к пророку.

– Куда всё подевалось? Где пророк? Что случилось? – вступил нестройный хор взволнованных граждан, лишённых долгожданного мистического откровения.

Поскольку у меня не было ни малейшего желания отвечать на все эти вопросы, а потом ещё и доказывать, что я не обижал, не пугал и не ел пророка, пришлось тоже исчезнуть. Одна надежда, что столько исчезновений сразу хоть немного развлечёт этих добрых людей, оставшихся сегодня без своей порции душераздирающей правды. Так уж им не повезло. И мне с ними за компанию.

Исчезнуть в моём случае означало просто уйти куда-нибудь Тёмным путём. Оригинальностью мышления я, увы, не блещу, поэтому мое «куда-нибудь» оказалось всего лишь гостиничным номером, где я незамедлительно рухнул на застеленную кровать, после чего понял, что изнываю вовсе не от усталости, а от досады. Похоже, я и правда рассчитывал услышать от некстати исчезнувшего пророка что-нибудь интересное. И это притом, что той правды, которую я о себе уже знаю, вполне достаточно, чтобы сойти с ума раз пять. Или даже шесть. Трудно вот так сразу точно подсчитать.

Какой же я, однако, жадина.

«Хорошо хоть Нумминориха вперёд пустил, – подумал я. – А то было бы одним разочарованным правдоискателем больше».

Вспомнив о Нумминорихе, я тут же сообразил, что мы с ним не сделали самого главного. Какое всё-таки счастье, что в Мире есть Безмолвная речь.

Нумминорих, судя по всему, рассуждал так же. По крайней мере, тут же прислал мне зов. И задал совершенно закономерный в сложившихся обстоятельствах вопрос: «Куда ты подевался?»

«Я-то просто в гостиницу. А вот куда подевался Правдивый Пророк – это интересный вопрос. Можешь пойти за ним по его запаху?»

«В том-то и дело, что нет! Я как раз хотел тебе пожаловаться: он исчез вместе с запахами. Не только со своим, а вообще со всеми, включая запахи полотна и принесённых ему подарков. Хоть носом в землю заройся, а ничего не учуешь. Никогда раньше с подобным не встречался. Даже испугался сперва, что Пророк применил какое-нибудь очередное старинное зелье против нюхачей, но хвала Магистрам, вроде пронесло. Остальные запахи я по-прежнему различаю».

«И на том спасибо, – вздохнул я. – Ладно, тогда дуй сюда, пойдём домой переодеваться. С этими рожами нам в Нумбане больше делать нечего».

– Он точно не пах сновидением? – спросил я, когда Нумминорих появился на пороге моей комнаты.

– Кто, пророк? Нет. А почему ты сомневаешься?

– Потому что он сказал мне: «Ты – сэр Макс, пришёл меня разбудить, ладно, просыпаюсь». После этого сразу исчезла палатка. Причём, по твоим словам, вместе с запахами. Как будто её владелец и правда проснулся. Получается, нет?

– Получается, – растерянно согласился Нумминорих. – Понимаешь, я совершенно уверен, что пророк – нормальный бодрствующий человек. И родом он из нашего Мира. Там такой букет легко опознаваемых ароматов, что ошибиться невозможно. Например, он явно провел предыдущую ночь на морском побережье, возможно даже купался, а сегодня на завтрак ел здешнюю фруктовую колбасу и какие-то сласти, скорее всего, по куманскому рецепту, на меду. Что касается постоянных привычек, он почти не ест мяса и кладёт в еду гораздо больше пряностей, чем принято в наших краях, не мёрзнет и не потеет, не держит в доме ни животных, ни птиц, в последнее время умывается белым песочным мылом, которого полно тут на ярмарке, наверное, получил его в качестве платы… Продолжать?

– Да, конечно. А ещё лучше запиши всё это, пока не забыл. Никогда заранее не знаешь, что может оказаться важным. Фруктовая колбаса, мыло или морские купания? Кстати о морских купаниях, получается, ночует он не в Нумбане?

– Именно, – кивнул Нумминорих. – И вряд ли на Гугландском или Уриуландском побережье: там сейчас довольно холодно, топят печи и жгут костры, а дымом от пророка практически не пахло. Только тем, что от ярмарочных кухонь до его палатки долетел, но это не в счёт… Ну и вообще маловероятно, что он откуда-нибудь из Хонхоны. И вряд ли из Чирухты. Пряности, мёд – всё это наводит на мысль об Уандуке. Но тогда получается, он живёт не в городе. И даже не в селении. Они же там благовония на себя льют практически вёдрами. И постоянно жгут их – не только в домах, но и на улицах, хочешь не хочешь, а насквозь пропитаешься местными ароматами, даже если сам никогда их не используешь. Я бы не удивился, если бы выяснилось, что пророк живёт отшельником, причём скорее на острове, чем на материке…

– Острова Банум подойдут? – спросил я. – Если уж у него волосы зелёные, как у тамошних уроженцев.

– Ну да, точно! – обрадовался Нумминорих. – Там, насколько я знаю, народу мало, и все живут довольно обособлено. Чужими благовониями не пропитаешься, если только с утра до ночи в гостях не сидишь… Но учти, он совершенно точно не тамошний уроженец. Родился и вырос где-то в Угуланде, близость к Сердцу Мира влияет на состав крови, а состав крови, соответственно, на запах тела, это факт. Плюс ещё некоторые нюансы. Готов спорить, что среди предков Правдивого Пророка были фаффы[2] и, скорее всего, хлеххелы[3], но тут я не так уверен, потому что потомков хлеххелов встречал довольно мало… Ладно, не стоит пока тебя путать, да и вряд ли информация о предках пророка имеет значение. Просто имей в виду, что по происхождению этот предполагаемый житель Банумских островов – определённо наш.

– Интересно у некоторых складывается жизнь, – завистливо вздохнул я, забыв, что у меня она, строго говоря, сложилась ещё интересней. И умолк, чтобы не отвлекать Нумминориха, который достал самопишущую табличку и принялся конспектировать информацию о запахах пророка.

– Но, кстати, как минимум один сновидец в этой палатке сегодня всё-таки побывал, – неожиданно сказал Нумминорих, пряча табличку в карман.

– Ну здрасьте! – огорчился я. – После всего вдруг выясняется! Приехали.

– Да никуда мы не приехали. Если ты подумал, что я мог перепутать, то совершенно зря. Запах человека, который стоит рядом, гораздо сильней, чем запахи людей, которые уже покинули помещение. Тут сомнений быть не может. Если я говорю, что сновидец заходил в палатку какое-то время назад, значит, так оно и есть.

– Ну, будем надеяться, – вздохнул я.

Не то чтобы я не доверял Нумминориху. Наоборот, его чуткий нос кажется мне одним из самых надёжных приборов во Вселенной. Просто очень трудно иметь дело с информацией, которую ты физически не способен перепроверить лично. Я-то сам ничего не унюхал в той палатке, разве только дыхание невидимого собеседника, явственно пахнувшее свежескошенной травой. Причём вполне возможно, просто от какой-нибудь местной жевательной конфеты, которую пророк сунул за щёку перед моим приходом – такая ничего не значащая ерунда, что Нумминорих даже упоминать об этом не стал.

– Я бы, кстати, не удивился, если этим сновидцем был незнакомец с ножом, всполошивший местную полицию, – заметил Нумминорих. – И тогда ясно, почему пророк смеялся. Это же действительно очень смешно: в череде обычных клиентов вдруг появляется человек, которому ты просто приснился. И почему он внезапно исчез, тогда тоже понятно – просто проснулся, когда сон перестал ему нравиться. Я бы на его месте тоже так сделал, если бы мне приснилось, как полицейский застукал меня с огромным ножом. Обычно ничего хорошего от таких сновидений ждать не приходится… Ладно, не буду зря гадать, но сам Правдивый Пророк – совершенно нормальный бодрствующий человек. Это я тебе гарантирую.