Макс Фрай – Отдай мое сердце (страница 12)

– Вот как, – сдержанно сказал я, стараясь не выказывать удивления. Не получилось, конечно, ни черта. Вдоволь налюбовавшись моей растерянной рожей, Джуффин сочувственно улыбнулся:

– Вполне нормально, что ты этого не знал. Вся твоя здешняя жизнь – бесконечный поток новой информации. Одних только бытовых мелочей на первых порах достаточно, чтобы свихнуться, а я еще и магии тебя учил в ускоренном темпе. Неудивительно, что тебе было не до сплетен.

– Вообще-то Меламори периодически рассказывала о своих родителях довольно странные вещи, – вспомнил я. – Но я думал, она преувеличивает, просто для смеху. Боюсь, я переоценил ее чувство комического. Точнее, недооценил чувство комического, которым обладает сама жизнь.

– Да, наша аристократия часто ведет себя так нелепо, что кажется, они нарочно притворяются, чтобы всех рассмешить, – согласился Джуффин. – Тем не менее, для них все вполне серьезно. Я сам, хоть и переехал в столицу больше трехсот лет назад, никак не привыкну. Бывает, увидишь старого приятеля, задолжавшего тебе пару-тройку жизней со Смутных времен, он заводит обычный в таких случаях разговор, но в самый разгар беседы вдруг спохватывается, что до сих пор не продемонстрировал свои изысканные манеры, говорит: «Да ну вас в болото, совсем меня своей болтовней задурили!» – и, как ни в чем не бывало продолжает рассказывать о выращенных им цветах. А семейные сцены, в ходе которых супруги укоряют друг друга за недостаточное внимание к любовникам: «Как можно так распускаться, того гляди, станут говорить, что мы как лавочники живем!» А приемы, в ходе которых каждый опасается показаться остальным слишком вежливым, чего доброго, засмеют, что сделался угодлив, как старый Королевский придворный! Такая непростая жизнь.

– Чокнуться можно, – вздохнул я. – Какой во всем этом смысл?

– Да честно говоря, никакого. Их далекие предки, ближайшие соратники Халлы Махуна Мохнатого, вместе с ним основавшие Соединенное Королевство, веселые жизнелюбивые люди, никого не боялись, легко пренебрегали любыми условностями и устанавливали порядки, удобные им самим. А для потомков имитация их поведения стала тяжелой каждодневной работой, которая практически не оставляет времени и сил на собственно жизнь. Этим всегда кончается, когда наследуя традицию, перенимают не дух, а форму. Но мы отвлеклись. Я говорил о леди Шумане Тамайхуни. Вернее, о ее Школе Начальной Магии, обучение в которой недоступно большинству простых горожан. Так что вряд ли всех наших хулиганов околдовали именно у Шуманы – собственно, только это я и хотел тебе сказать.

– Интересно, чему там научат Кенлех? – невольно усмехнулся я. – Посылать всех к бешеным вурдалакам, не дожидаясь повода? Или заводить любовников в гармоничном соответствии с фазами луны?

– Судя по тому, как она обошлась со своей соседкой, толк от учебы есть, и немалый, – заметил Джуффин. – Это вообще-то девяносто пятая ступень Черной магии – человека против его воли в воздух поднять. Готов спорить, у тебя самого не с первой попытки получится. И, боюсь, даже не со второй. Леди Шумана Тамайхуни отличная учительница. И сама довольно способная ведьма. Сотофа, насколько я знаю, в свое время к ней очень внимательно приглядывалась, даже, вроде, кое-чему учила, рассчитывая, что та захочет вступить в Орден, да характерами не сошлись. Скажу тебе больше, даже сэр Кофа отзывается о школе леди Шуманы Тамайхуни без особого отвращения, а он в подобных вопросах крайне пристрастен. В смысле придирчив. Не будь это наш Кофа, я бы сказал, настоящий сноб. Как все колдуны старой школы, в глубине души уверенные, что звездный час угуландской Очевидной магии уже давно позади, и новичкам ничего выдающегося не светит.

– Вообще-то я не только от Кофы слышал, что большинство этих магических школ довольно сомнительные заведения, – осторожно сказал я. – И преподают там разные шарлатаны, в самом лучшем случае, бывшие послушники каких-то задрипанных Орденов…

– …которые все равно знают и умеют гораздо больше, чем средний столичный житель после ста с лишним лет почти полного запрета на колдовство, – подхватил Джуффин. – Для начала совсем неплохо. Лучше так, чем вообще ничего. В свое время я был вынужден настаивать на принятии самого сурового варианта Кодекса Хрембера, а потом строго следил за его соблюдением – ты знаешь, почему. Но теперь, когда Мир больше не собирается рушиться от всеобщего колдовства, меня радует стремительное возрождение магических традиций. Косо, криво, левой пяткой вместо правой руки, с неизбежными идиотскими выходками, вроде той, что устроила леди Кенлех, а в сумме все равно хорошо – я имею в виду общую картину.

– Это да, – подтвердил я.

– Как по мне, лучше пойти к так называемым шарлатанам и научиться там хоть чему-нибудь новому, чем сидеть, сложа руки, сокрушаться об упущенных возможностях и завидовать собственным детям, у которых впереди интересная жизнь, – заключил шеф.

– А вообще ведется хоть какой-то учет? – спросил я. – Все эти школы, краткосрочные курсы практической магии, частные учителя – где-нибудь есть их полный список? Желательно, с подробным досье на учителей?

– Разумеется, такого списка нет…

– Нет?!

– …ни у кого, кроме нас, – продолжил Джуффин, явно наслаждаясь моим замешательством. – Очень мило с твоей стороны в этом усомниться, сэр Макс.

Я развел руками.

– Ну извини.

– На самом деле за их деятельностью мы следим очень строго. Без специальной лицензии преподавать магию запрещено. Сам знаешь, кто у нас нынче выдает такого рода лицензии. И можешь вообразить, с каким удовольствием сэр Шурф перекладывает все соответствующие проверки и принятие решений на наши с Кофой плечи.

– Я бы тоже переложил. Кому и знать всю эту публику, если не вам.

– Вот именно. Все у нас переписаны и пересчитаны, включая леди Шуману Тамайхуни. Можешь спать спокойно.

– Ну, положим, для спокойного сна ситуация не совсем подходящая.

– Для моего – не совсем, согласен. А для твоего – вполне. Тем более, что у тебя продолжается отпуск.

– Но…

– А проблемы у нас, строго говоря, не по твоей части. Все эти красавцы, включая леди Кенлех, хулиганили наяву. И не в Хумгате. Даже не на Темной Стороне. И кстати, Трикки в твое отсутствие совсем неплохо справлялся, хотя хулиганов стало гораздо больше. Но если привыкнуть к идее, что теперь всегда будет так, разбираться с ними совсем несложно. Происшествия-то сами по себе пустяковые.

– И что, из-за того, что этот великий умник, видите ли, неплохо справлялся, я пропущу самое интересное?! – возмутился я.

– Самое интересное не пропустишь, – пообещал Джуффин. – Как только оно начнется, сразу тебя позову.

– Если еще дозовешься.

– Хочешь сказать, ты все-таки научился ставить защитный барьер?

– Вроде бы научился.

– «Вроде бы» – не тот ответ, который меня устраивает. Ладно, сейчас проверим. А ну давай, ставь.

Я отвернулся к стене, чтобы сосредоточиться. Представил, как вокруг моей головы вырастает здоровенный шар из непрозрачного камня. Шурф советовал черный, но у меня почему-то все время получалось что-то вроде зеленого малахита с прожилками. Впрочем, на результат цвет, как выяснилось, не влияет.

Какое-то время мы сидели молча. Я мысленно проверял надежность выстроенного барьера, а Джуффин мне не мешал. Наконец я решил, что готов к проверке, и тут он сказал:

– Судя по выражению твоего лица, ты меня не услышал. А то бы уже рвал и метал.

– А что такое ужасное ты пытался мне сообщить?

– Сказал, что решил вернуть тебя отдыхать в Холоми.

– Что за?!..

– Вот примерно такой реакции я от тебя и ждал. Но ее не последовало. Значит, барьер удался на славу. Притворство – не самая сильная твоя сторона.

– Но вряд ли я буду часто им пользоваться, – честно признался я. – Очень уж я для этого нервный. Сразу начинаю воображать Магистры знают что.

– А часто и не надо. Только когда ложишься спать, – сказал Джуффин. И тоном искусителя добавил: – И я больше не смогу разбудить тебя на рассвете. Ты же об этом всю жизнь мечтал.

Я посмотрел на него с интересом. А ведь да!

Джуффин и правда не разбудил меня на рассвете. Но только потому, что на рассвете я уже не спал. Примерно за час до этого выдающегося астрономического события меня разбудил сэр Шурф. Щадя мои нервы, сразу сказал: «Насколько мне известно, ничего не случилось».

«Отлично! – обрадовался я. – Ты теперь каждые полчаса будешь будить меня сообщением, что в Мире все в полном порядке? Спасибо, ты настоящий друг».

«Настолько далеко моя забота о твоем душевном покое все-таки не зайдет. Я и сейчас не хотел поднимать тебя без крайней необходимости, однако сэр Джуффин сказал, что если ты пропустишь вечеринку, которая началась в его кабинете, ты нам обоим этого никогда не простишь».

«Прямо так и сказал – “вечеринку”?» – изумился я.

Шурф ничего не ответил. Но, в общем, и так ясно, что уж кто-кто, а он совещание вечеринкой не назовет. Не его стиль.

«Погоди, это получается, и тебя за компанию разбудили? – спросил я. – То есть смысл всей этой суеты с защитным барьером заключается в том, что с ума от бессонницы мы с тобой сойдем одновременно? И счастливо воссоединимся в лучшем приюте безумных, где можно сутками напролет спокойно болтать обо всем на свете, не опасаясь куда-нибудь опоздать? А что, гениальный план».