Макс Фрай – Лабиринты Ехо (страница 416)

– Вы хотите сказать, что я все-таки должен помочь Анчифе напасть на этих ташерцев? – Я начал смеяться. – Дырку в небе над вашим домом, Джуффин! А я-то думал, вы мне голову оторвете только за то, что мне на минутку захотелось.

– Может, и оторву. Но не это должно тебя сейчас заботить. Твое мимолетное желание чревато куда более серьезными неприятностями, чем мой административный гнев.

– Что-то я совсем ничего не понимаю.

– Догадываюсь. Поэтому я тебе и приснился. Решил, что этот разговор не из тех, для которых достаточно Безмолвной речи. Твоя жизнь представляет собой довольно сложную задачку – при том, что у тебя имеются способности к чему угодно, но только не к математике. Ладно, теперь смотри.

– Куда смотреть-то?

– Прямо перед собой.

Джуффин положил тяжелую теплую ладонь мне на затылок и аккуратно развернул мою голову, которая только что была обращена к нему. Теперь я смотрел на темную поверхность спокойного ночного моря. Через несколько секунд вода вспенилась, забурлила, и я увидел человеческую руку, судорожно цепляющуюся за клочки серебристой пены, словно это могло как-то помочь ее тонущему обладателю удержаться на поверхности. К моему величайшему удивлению, у него действительно получилось. То, что было всего лишь невесомым скоплением молочно-белых пузырьков, превратилось в легкий, но надежный плавучий предмет, что-то вроде куска пенопласта. Хотя, казалось бы, откуда бы взяться пенопласту в этом прекрасном Мире?

Как бы то ни было, но в рожденный из пены спасательный плот тут же вцепилась и вторая рука, а потом над водой показалась взъерошенная голова утопающего. Искаженный судорогой рот жадно хватал воздух, но мерцающие в темноте глаза показались мне удивительно спокойными, веселыми и безжалостными. Можно было подумать, что их обладатель снисходительно насмехается над досадными затруднениями, которые испытывает его собственное тело. Кажется, он заметил наш корабль; впрочем, это зрелище не вызвало у него особого энтузиазма.

А потом этот тип исчез. Исчез и белый брусок, помогавший ему удерживаться на воде. Ничего удивительного, наваждение – оно и есть наваждение.

– Ты так и не узнал этого парня, сэр Макс? – лукаво спросил Джуффин. – Хотя в такой ситуации не очень-то и узнаешь. Тем не менее именно так будешь выглядеть ты сам, лет через шестьдесят. Нравится?

– Да, ничего себе. Но, судя по всему, я окончательно завяжу с дурацким обычаем причесываться, – вздохнул я.

А потом осознал смысл его слов и с ужасом уставился нашефа.

– Хотите сказать, это был эпизод из моего будущего? Что, мне предстоит утонуть в этом самом месте? Или я все-таки не утону?

– Не знаю, – Джуффин равнодушно пожал плечами. – Пожалуй, мне стоило выбрать для тебя что-нибудь более живописное. Великолепный сэр Макс командует морским сражением, горделиво красуясь на капитанском мостике собственной каруны. Или хладнокровно приказывает отправить на дно пленников, которым не нашлось места в трюмах. Но я нарочно остановился на этом поучительном эпизоде. Ты же у нас боишься смерти, я ничего не перепутал?

– Вы ничего не перепутали, – сухо сказал я. И растерянно добавил: – Никогда не подозревал, что человек может вот так взять и увидеть собственное будущее! Всегда был уверен, что определенного будущего, о котором можно узнать заранее, вообще нет. Каждый день что-то происходит, и возможные перспективы меняются, а некоторые поступки способны изменить даже прошлое – разве не так?

– Примерно так и есть, – согласился Джуффин. – Какой ты все-таки бываешь мудрый – это что-то.

– Но если так, что же это было? Предупреждение?

– Можешь считать, что угадал. Почти угадал, во всяком случае. – Джуффин немного помолчал и продолжил: – Это видение навестило тебя, чтобы предупредить: так вполне может случиться. Очень мило с его стороны сделать это заранее, пока ситуацию еще можно исправить, ты не находишь?

– Знаете что? Давайте вы будете считать меня клиническим идиотом, – попросил я. – Тем более что это вполне соответствует действительности. Вы так распинаетесь, чтобы объяснить мне нечто бесконечно важное, а я, скотина неблагодарная, по-прежнему ничего не понимаю. Может быть, вы начнете с начала и растолкуете мне просто и доходчиво: что именно следует исправить и каким образом я могу это сделать?

– Ладно, начну с начала, – миролюбиво согласился Джуффин. – Собственно говоря, я просто решил напомнить тебе, сэр Вершитель, что все твои желания, даже самые мимолетные, сбываются. В том числе твое дурацкое, но вполне естественное желание узнать, что именно чувствует среднестатистический пират, когда берет на абордаж купеческое судно из далекого Ташера. Понятно, что уже завтра ты успешно забудешь, что тебя посетило столь романтическое настроение, и займешься чем-нибудь другим. Но дело уже сделано. Ты захотел стать пиратом, и однажды твое желание сбудется. Рано или поздно, так или иначе, как это всегда случается с твоими безумными фантазиями. Хочешь ты того или нет, но тебе придется получить то, о чем ты позволил себе замечтаться, а потом угробить какую-то часть своей жизни на все эти героические глупости. Теперь понимаешь?

– Думаю, что да. Наверное, мне давным-давно следовало бы научиться вообще ничего не хотеть, и моя жизнь сразу же стала бы куда спокойнее. Да вот, не выходит пока… Хорошо, и как я могу это исправить? Если я вас правильно понял, в данной ситуации недостаточно просто сесть и решить, что я больше не хочу быть пиратом.

– Совершенно верно, недостаточно, – подтвердил Джуффин. – Именно поэтому мне не нравится, что ты так легко уступил Кофе в споре о ташерском фафуне, о чем я честно сообщил тебе с самого начала.

– Вы хотите сказать, что если мы все-таки догоним этот грешный фафун…

Кажется, я наконец-то начал понимать, к чему он клонит.

– Представь себе, именно это я и хочу сказать. Этот грешный фафун или какой-нибудь другой корабль. Тебе следует немедленно осуществить свое глупое желание, чтобы не угрохать на его исполнение всю оставшуюся жизнь, мой бедный сэр Вершитель.

– И плюнуть на тот факт, что это может привести к провалу нашего мероприятия по спасению Мелифаро? – удивился я. – Вы же первый мне голову оторвете в случае чего.

– В случае чего, оторву, – согласился Джуффин. – Но только не говори, будто ты меня страсть как боишься, все равно не поверю. Что касается твоих неконтролируемых желаний, тут они только на пользу. Ты же хочешь вернуться домой и привести в чувство Мелифаро? И вообще, ты хочешь, чтобы у этой дурацкой истории был хороший конец. А чем это твое желание хуже других, правда?

– Правда, – растерянно согласился я.

– Ну вот. А теперь нам обоим пора просыпаться. Я уже немного устал тебе сниться. Нет ничего утомительнее, чем вести продолжительные беседы в столь неподходящем для разговоров состоянии. Вообще-то, люди снятся друг другу для того, чтобы действовать, а не разговаривать, но с тобой вечно все выходит шиворот-навыворот.

– Спасибо, Джуффин, – улыбнулся я. – За хороший сон, за мудрый совет, и вообще… Приятно было с вами поговорить.

– Позволю себе не согласиться с этим определением, – вздохнул шеф. – Ты из меня всю душу вытряс, завтра буду спать как убитый, до полудня. Впрочем, я тоже был рад с тобой повидаться, – ворчливо добавил он, перед тем как исчезнуть.

Я проснулся в своей каюте и с удивлением обнаружил, что тонкая скаба, в которой я спал, промокла так, словно я успел искупаться. Я немного поморгал, помотал головой, огляделся и понял, что ночь еще не закончилась. Возможно, она еще толком и не начиналась. По крайней мере, Кофы в каюте не было. Наверное, как всегда, засиделся в обществе неугомонного капитана Анчифы.

Мне пришлось отправиться в ванную, умыться и переодеться. После этого жизнь показалась мне вполне сносной штукой. Я снова забрался под одеяло и задумался. Беседа с Джуффином совершенно выбила меня из колеи. К тому же впечатляющий образ моего двойника, беспомощно барахтавшегося в холодной воде посреди безбрежного моря, все еще маячил перед внутренним взором.

Несколько минут спустя я окончательно понял, что теперь мне придется помочь хитрецу Анчифе догнать проклятый ташерский фафун и принять личное участие в грабеже – у меня просто не было выбора. Оставалось только понять, как я буду объяснять все это своему спутнику. Вообще-то, задачка вполне неразрешимая. Сэр Кофа Йох никогда не казался мне человеком, которого можно пронять глубокомысленными абстрактными рассуждениями касательно нереализованных желаний всяких там зарвавшихся господ Вершителей. Кофа, конечно же, любезно даст мне понять, что мое будущее – это исключительно мои собственные проблемы. А его дело маленькое: проследить, чтобы «Фило» как можно быстрее добрался до Капуты. И никаких незапланированных неприятностей.

«А зачем, собственно говоря, тебе с ним договариваться? – внезапно подумал я. – Можно поступить проще. Например, усыпить этого упрямого типа. Не зря же в день отплытия он говорил, что взял с собой хорошее снотворное. С другой стороны, на кой мне его снотворное? Слишком примитивно. К тому же я не умею рассчитывать дозировку. Придется придумать что-нибудь более оригинальное».

И, как ни странно, я действительно придумал. Сладко зевнул, с головой залез под одеяло и уснул как убитый, дав себе задание проснуться, как только в каюте появится Кофа. К этому моменту мне было совершенно ясно, как все устроить. Можно было бы приступать к делу безотлагательно, если бы Кофа не имел скверной привычки всюду таскать за собой свое ценное имущество. Дескать, сэр Анчифа, конечно, родной брат нашего коллеги и, соответственно, наш общий добрый друг, но корабль-то, как ни крути, пиратский, и нравы тут, соответственно, должны быть самые что ни на есть разбойничьи.