Макс Фрай – Лабиринты Ехо (страница 201)

Я вернулся к своим спутникам, торжественно размахивая обеими парами очков.

– Вот. Только я не могу понять, какие тут ваши.

Мохи примерил первую пару и вернул ее мне.

– Во всяком случае, не эти, в них я вижу еще меньше, чем без них.

Надел вторые и удовлетворенно кивнул:

– А вот эти – мои.

Я задумчиво крутил в руках ненужные очки, имущество мертвого незнакомца в красном, сентиментальный сувенир на долгую память о моем идиотизме, смертельно опасном для жизни ни в чем не повинных людей.

Меламори смотрела на меня со спокойным любопытством. Видимо, считала, что все происходящее – в порядке вещей. Мохи возился с очками, выпрямлял погнувшуюся дужку. Похоже, у него не было пока иных забот.

Я почему-то не спешил возвращаться в город. Казалось, что это может подождать; кроме того, я больше не был уверен, что Мохи нужна медицинская помощь. Он и без того неплохо выглядел. Вот только вел себя странно – по крайней мере, до недавних пор.

Наконец я решился приступить к допросу.

– А почему вы вообще поехали с этим человеком, Мохи? Ваше исчезновение здорово меня напугало, поэтому я и затеял всю эту кутерьму – гонки с преследованием и так далее. Что он вам сказал?

– Он сказал: «Пошли со мной», – объяснил Мохи. – Велел подождать его у входа. Я вышел, подождал, он тоже вышел, и мы поехали.

– Подождите, – перебил его я. – Это же чепуха какая-то получается. Мало ли что он сказал. Он вам, между прочим, и вчера говорил то же самое, а вы его послали подальше. И правильно сделали. Вы можете объяснить, что произошло?

– Не могу, – честно признался Мохи.

– Погоди-ка, Макс, – вмешалась Меламори. – Ты неправильно формулируешь. Надо иначе.

Она повернулась к Мохи и решительно приказала:

– Объясните нам, почему вы пошли с этим незнакомым человеком!

– Я постараюсь объяснить, если вы так хотите, – кивнул трактирщик. – Просто сегодня такой день. Сегодня я никому не могу сказать «нет». У меня такое ощущение, что если я не выполню чью-то просьбу, я умру или сойду с ума, хотя это не так, наверное… Я понятно объясняю?

– Более или менее, – озадаченно протянула Меламори, скорее просто для того, чтобы его успокоить.

«Как ты догадалась, что его нужно спрашивать именно в такой форме?» – Я воспользовался Безмолвной речью – решил, что обсуждать проблемы Мохи вслух будет несколько бестактно.

«Ха, тут любой бы догадался! После того, как ты велел ему ожить, и он ожил…»

«Что ты сказала?» – потрясенно переспросил я.

«Ты не ослышался. Я ведь еще стояла на его следе, когда они перевернулись, так что можешь мне поверить, Мохи умирал. Но ты велел ему не умирать, и он послушался. А потом ты велел Мохи «быть в порядке», и теперь он действительно в полном порядке. Так что нам даже не придется везти его к Джуффину. У него была ужасная рана на голове, а теперь там свежий шрам. И не потому, что ты – такой уж великий целитель, а потому, что твой подопечный дисциплинированно делает то, что ему велят. Я знаю, что говорю: когда стоишь на чьем-то следе, очень легко понять, что происходит».

– Так, – сказал я вслух, усаживаясь на траву. – Приехали. Не с моей бы дурацкой башкой нарываться на такие головоломки, но тут уж ничего не попишешь.

Я повернулся к Мохи.

– Ладно, но ведь вчера вы не испытывали настоятельной необходимости выполнять чьи-то просьбы, верно? И вообще, насколько я успел вас узнать, это – не ваш стиль, да? Ответьте мне, пожалуйста.

– Да, конечно, я отвечу, – покорно кивнул Мохи. – Разумеется, такие вещи происходят со мною не каждый день, хвала всем Магистрам!

– Но это случилось не впервые? – уточнил я.

– Нет, не впервые, – согласился Мохи. – Такие вещи случаются со мной с раннего детства, по несколько раз в год, но до сих пор обходилось без неприятностей. Видите ли, это никогда не длится дольше одного дня. Думаю, мои домашние бывают очень довольны, когда я…

– Могу их понять!

Я рассмеялся. Мохи тоже улыбнулся, но как-то вяло. Меламори тем временем успела отобрать у меня очки покойного незнакомца и принялась крутить их в руках.

– Ладно, – отсмеявшись, вздохнул я. – Что мы теперь будем делать, Меламори? Мне ужасно хочется узнать, куда направлялся наш мертвый друг. Это возможно?

– Я не могу даже узнать, откуда он пришел. Для меня след мертвеца перестает существовать очень быстро, он просто исчезает – и все. Только с ожившими мертвецами иногда что-то получается. А этот парень пока не ожил. Может быть, у тебя получится? Ты же вечно доказываешь, что нет предела человеческим возможностям. Во всяком случае, стоит попробовать. Но для этого нам все равно надо вернуться в «Джуффинову дюжину», поскольку нужный тебе конец его следа именно там – если он вообще еще существует.

– Ладно, значит, возвращаемся. В любом случае, Мохи давно пора быть дома – после такого-то приключения.

– Только нам, наверное, следует взять с собой этого мертвого человека, – напомнила Меламори.

Вид у нее был почти виноватый. Ну да, конечно, заниматься-то этим малоприятным делом предстояло мне.

Я обреченно вздохнул и отправился в проклятую канаву. Разыскал труп, сделал привычный жест левой рукой. Уменьшившийся до неправдоподобных размеров мертвец занял положенное место между большим и указательным пальцами моей руки. Дело было сделано, теперь я мог без проблем доставить его хоть на край света, а не только в Ехо, в маленькое пустое помещение на нашей половине Дома у Моста, служившее моргом. Мне сразу же захотелось помыть руки. Все-таки нервы у меня до сих пор ни к черту!

– Поехали, ребята, – с деланной бодростью сказал я, усаживаясь за рычаг амобилера.

– Поехали, – Меламори выглядела вполне довольной, видимо, наш неожиданный ночной рейд был вполне в ее вкусе. – Поздравляю, Макс, – улыбнулась она. – Теперь ты опять похож на себя. Смотреть приятно.

– Правда? Хорошая новость! Ну конечно, Теххи предполагала, что в это время мы уже будем дома. Ясновидящая из нее не выйдет – тоже мне дочка Лойсо Пондохвы!

– Ясновидение никогда не было сильной стороной членов Ордена Водяной Вороны, – совершенно серьезно возразила Меламори. – Они другим брали… А я вот все думаю, может быть, и мне обзавестись очками? Что скажешь?

Она все еще крутила в руках найденные мною очки, от которых отказался Мохи.

– Некоторые люди начинают выглядеть очень умными, как только на их носу оказывается это украшение. Это могло бы здорово мне пригодиться при общении с родственниками.

– А ты примерь, – посоветовал я. – Если я тут же не врежусь с перепугу в какое-нибудь дерево, значит, все в порядке, тебе идет.

– Самый простой способ решения вопроса, – энергично кивнула Меламори. Нацепила очки и потянула меня за полу лоохи. – Ну как, Макс? Смотри-ка, ты действительно не врезался ни в какое дерево! Значит, хорошо?

– Очень хорошо, – кивнул я. – Только теперь ты стала похожа на господина Мохи. Его жене и детям предстоит сделать трудный выбор – понять, кто из вас их кормилец.

– Мохи, этот ужасный человек говорит, что я на вас похожа! Это правда? – Меламори повернулась к Мохи, задремавшему было на заднем сиденье. – Ой, что это с вами? Макс, останови амобилер, пожалуйста!

Я сначала затормозил, а уже потом испугался. Хорошо, что не наоборот. Повернулся к Мохи. Но он был в полном порядке: живой, здоровый, изрядно удивленный. Меламори уже смотрела на него поверх очков, с явным облегчением.

– Извините, ребята, – виновато улыбнулась она. – С господином Мохи как раз все нормально. Это с моими нервами что-то не так… Или с этими очками! – добавила Меламори, снова повернувшись к трактирщику. Теперь она смотрела сквозь стекла очков. – Погляди сам, Макс.

Очки оказались на моем носу, я уставился на Меламори.

– Да нет, с очками все нормально. Правда, они без диоптрий, насколько я могу судить.

– Без чего? – хором переспросили мои попутчики.

– Без диоптрий. Я имею в виду, что у них обыкновенные стекла, они не увеличивают и не уменьшают, в общем, совершенно не способствуют улучшению зрения. Наверное, этот бедняга носил их исключительно для того, чтобы выглядеть умнее, согласно твоему рецепту.

– «Диоптрии» какие-то. Ну и словечки у тебя, с ума сойти! – фыркнула Меламори. – Да ты не на меня смотри, а на Мохи.

Я послушно посмотрел на Мохи и обалдел. Его лицо слегка светилось в темноте печальным голубоватым сиянием. Это было красивое и в то же время довольно неприятное зрелище.

– Так, – вздохнул я, снимая очки, – все любопытственнее и любопытственнее. Ты когда-нибудь сталкивалась с чем-то подобным?

Меламори помотала головой.

– А что, собственно, случилось с моим лицом? – осторожно поинтересовался Мохи.

– С вашим лицом ничего не случилось, – успокоил его я. – А вот с этими очками происходит нечто непонятное. Ничего, Джуффин с ними разберется. Хорошо, когда есть сэр Джуффин, который может разобраться с чем угодно!

– А тебе здорово хочется разобраться самому, да? – понимающе спросила Меламори.

– Ну да, – смущенно согласился я, извлекая из кармана лоохи крошечный кинжал, в ручку которого был вмонтирован своего рода «индикатор».

Для начала следовало выяснить, не использовалась ли при изготовлении проклятых очков какая-нибудь запредельная ступень магии. Уж это-то я точно мог сделать сам.

Стрелка индикатора задергалась и поползла на белую половину круга.

– Странно, да? – нахмурилась Меламори. – Мы как-то привыкли думать, что при изготовлении всяких волшебных вещиц люди используют Черную магию, это вполне логично, но тут…