Макс Фрай – Лабиринты Ехо (страница 196)

– Иногда кажется, иногда нет. Честно говоря, я весь день опасался, что вы с королем пошлете меня в Пустые Земли, мирить этих бедняг.

– Неужели? Ну, в таком случае, у тебя странные представления о политике Соединенного Королевства, – рассмеялся Джуффин. – Кого интересуют мелкие внутриплеменные дрязги на границе? Пусть с ними Темный Мешок разбирается, он все равно от скуки дуреет.

– Какой «мешок»? – изумленно переспросил я.

– Известно какой – Темный. Темный Мешок, граф Риххири Гачилло Вук, единственный и неповторимый лорд этого захолустья. Бывший воспитатель нашего знаменитого покойного Величества Гурига VII, настоящий герой древности и вообще тот еще персонаж, надо бы вас как-нибудь познакомить… Красивейшие места, между прочим, эта твоя родина. На твоем месте я бы попытался воспользоваться предлогом и получить внеочередной отпуск, дабы наконец узреть эту прекрасную дикую землю.

– Мне, хвала Магистрам, и здесь найдется чем заняться, – решительно отказался я. – Уезжать из Ехо сразу после того, как мне удалось поужинать в «Джуффиновой дюжине»?! Ни за что.

– Смотри-ка, ты уже и туда добрался. Небось Кофа затащил?

– Кстати, а почему вы-то туда не ходите? Такое славное местечко! А у вас там еще и личный стол. Я бы на вашем месте…

– Могу себе представить, – ехидно поддакнул Джуффин. Потом обезоруживающе улыбнулся: – Если начистоту, я не хожу туда, чтобы не лишать Мохи доброй половины клиентов. Им так приятно созерцать мой личный столик и быть уверенными, что он всегда будет пустовать!

– Почему? – наивно удивился я.

– Потому что я очень страшный.

Джуффин скорчил зверскую рожу. Получилось довольно убедительно. Потом он снова придал своему лицу нормальное человеческое выражение и пожал плечами.

– Разумеется, я – отличный парень, но в Мире так мало посвященных в эту великую тайну! Конечно, у Мохи собирается более чем приличное общество. Эти господа настолько в ладах с законом, что способны наслаждаться даже компанией Кофы. А все же моя нынешняя профессия и, тем более, мое темное прошлое не способствуют релаксации окружающих.

– А моей релаксации только вы и способствуете, – вздохнул я. – Следует понимать, вы туда со мной не пойдете?

– Не пойду. Во всяком случае, не сегодня. И не делай такое скорбное лицо, сэр Макс. Во-первых, мне нужно закончить беседу с одним пожилым романтиком, который на протяжении трех последних столетий безуспешно пытался сглазить Великого Магистра Нуфлина. Мне кажется, один этот факт ясно доказывает, что бедняга должен немедленно отправиться в ближайший Приют Безумных. Но Нуфлин предпочел перестраховаться и просил меня лично заняться этим делом. А во-вторых, я действительно не хочу губить бизнес своего земляка. Он славный парень, этот Мохи!

– Есть такое дело.

– Я не сомневался, что ты оценишь. Так что не дуйся, сэр Макс. Кроме всего, я – не единственное существо в Мире, чье общество доставляет тебе удовольствие.

– Что касается Теххи, я здорово подозреваю, что ее папа – не Лойсо Пондохва, а вы, – проворчал я. – У вас подозрительное родство душ. Она тоже очень любит говорить «только не сегодня», когда я собираюсь хорошо провести вечер в самой симпатичной из паршивых забегаловок этого Мира.

– Ну, хорошо хоть не в других случаях, – расхохотался Джуффин. – Ладно, устраивай свою одинокую жизнь, как можешь. Я буду сидеть здесь еще часа два. А потом в этом кабинете должен сидеть ты. Во всяком случае, именно так я все себе представляю.

– Да? Какая оригинальная идея! – я удивленно покачал головой.

– Это я сам додумался, – веско сказал шеф. – Ладно уж, иди ужинать, не мешай занятому человеку.

И я отправился в «Джуффинову дюжину» в гордом одиночестве. Это было даже кстати. За пару лет, проведенных в Ехо, я столь глубоко увяз в теплой трясине многочисленных дружеских связей, что уже очень давно никуда не ходил один. И неизвестно, когда в следующий раз судьба предоставит мне уникальную возможность вспомнить, что есть на свете еще и такое – изысканное, к слову сказать, – удовольствие.

Для начала я чуть не заблудился, но дело завершилось сокрушительной победой человеческого интеллекта. Я все-таки нашел неприметную вывеску и тяжелую дверь «Джуффиновой дюжины». Причем скорее по запаху, чем по внешним приметам.

– Теперь я вижу, что вам действительно здесь понравилось, – буркнул Мохи Фаа, встречая меня на пороге.

Он взирал на меня столь укоризненно, будто за время отсутствия я успел здорово провиниться перед человечеством.

Я виновато потупился и поспешил занять место за столом: пока не вытолкали взашей.

На этот раз мне каким-то чудом удалось отвертеться от дальнейшего изучения туланской кухни и заказать себе расхваленные сэром Кофой большие кушши по-кумански.

– И камру перед едой? – насмешливо спросил Мохи.

– Ага. И после тоже.

Оставшись в одиночестве, я огляделся. В трактире было почти пусто. Наверное, завсегдатаи обычно подтягиваются ближе к полуночи. Зато за дальним столиком сидел вчерашний «новичок», чью личность не смог идентифицировать даже сэр Кофа Йох. Я узнал его по темно-красному лоохи и очкам в тонкой оправе, таким же, как у сердитого господина Мохи Фаа. Я проникся невольной симпатией к этому незнакомцу – видимо, он тоже с первого взгляда полюбил «Джуффинову дюжину».

Мне принесли камру, я с удовольствием закурил и приготовился к долгому ожиданию еды, в котором, без сомнения, есть что-то сладострастное. Сидел, скучал. Мне нравится эта разновидность скуки, знакомая только посетителям ресторанов, где работают хорошие, но медлительные повара. У меня даже не возникло никаких сожалений о том, что я не взял с собой газету.

– Хороший вечер, сэр Макс. И вы сюда, оказывается, заходите?

Высокий красивый бородач в тонком черном лоохи приветливо улыбнулся мне с порога и направился к моему столику.

– Сэр Рогро, – удивился я. – Вот где вас можно встретить. А вы, между прочим, легки на помине.

– Неужели вы меня вспоминали? – удивился владелец и главный редактор «Королевского голоса», он же тайный держатель контрольного пакета акций «Суеты Ехо».

Еще бы он не удивился – мы были почти незнакомы. Виделись всего несколько раз, да и то мельком. Правда, я имел удовольствие выслушать от леди Меламори занимательную историю его бурной юности, в результате чего проникся искренней симпатией к этому буйному интеллектуалу.

– Честно говоря, не совсем вспоминал, и не совсем вас, – бестактно признался я. – Просто подумал, что можно было бы взять с собой газету.

– Что почти одно и то же, вы совершенно правы, – согласился наш единственный медиа-магнат.

– Садитесь за мой столик, – предложил я. – Если, конечно, у вас нет других планов.

– Представьте себе, нет. Вообще-то я был уверен, что мне придется ужинать в одиночестве, потому что меня принесло сюда слишком рано. Дурной тон – приходить в трактир сразу после заката, но у меня нет выбора. Если я не вернусь в редакцию хотя бы за час до полуночи, все рухнет. Вам знакомо это состояние?

– Знакомо, – улыбнулся я. – Постоянно в нем пребываю. Впрочем, на самом-то деле ничего без меня не рушится, я уж сколько раз проверял.

– Да ну? Вы счастливый человек, сэр Макс. А без меня – рушится. Я, представьте себе, тоже неоднократно проверял.

Явился Мохи Фаа, недовольно пробубнил что-то насчет хорошего вечера, всучил сэру Рогро объемистое меню и скрылся на кухне.

– Как поживает мой протеже? – осторожно спросил я. – Я все жду, когда вы мне морду бить придете за этот подарок.

– Что?.. А, вы имеете в виду Андэ Пу? Да нет, не буду я вам ничего бить, скорее уж наоборот. Он совершенно невыносим, это правда. Его присутствие травмирует нежную психику моих подчиненных. Счастье, что он не так уж часто показывается на своем рабочем месте. Но пишет это чудовище хорошо. Просто отлично пишет, если честно, уж я-то впиливаю! – сэр Рогро заговорщически мне подмигнул и перешел на почти интимный шепот: – Кстати, я все хотел у вас спросить: прошлой весной Андэ ездил с вами в Магахонский лес, а потом разразился статьей, на мой взгляд, просто сенсационной, мы ее даже несколько раз перепечатывали, – в разных вариантах, конечно… Да, и там он весьма красноречиво описал собственные подвиги. Скажите, неужели это правда?

Я вспомнил, как маленький толстый Андэ храбро полез в овраг, битком набитый живыми мертвецами, и с энтузиазмом закивал.

– Святая правда. Он подал хороший пример господам из Городской полиции, этим, как он их называет, «грызам». Если бы не Андэ, уж не знаю, сколько бы мне пришлось дожидаться помощи.

– Вот это да! – поразился сэр Рогро. – Я-то всегда был уверен, что он из тех ребят, которые способны произвести много шума, но когда дело доходит до драки…

– Нет, не тот случай. Это удивительное создание природы не лишено героизма, – тоном эксперта заключил я. – Вряд ли он вообще умеет драться, но храбро подставить собственную физиономию под чужой кулак всегда готов. Кстати, если бы это было не так, он бы не решился записаться в мои приятели.

– И то верно, – улыбнулся редактор. – Когда он пришел ко мне и сказал, что «не надорвется» запросто явиться к вам домой и написать статью о ваших кошках, у него было лицо приговоренного к казни. Признаться, я мог прозакладывать годовой доход, что парень не решится нанести вам визит и отправится в ближайший трактир сочинять что-нибудь правдоподобное.