Макс Блэквуд – Анатомия убийцы: Психиатрический этюд (страница 2)
– Я хочу верить. Но вы не даете мне такой возможности.
– Я говорю правду.
– Нет. Вы лжете. И я знаю это.
Волков снова опустил взгляд.
– Зачем вы это сделали? – спросила Елизавета, нарушив тишину. – Зачем вы убили свою жену?
Волков вздрогнул, словно от удара.
– Я не убивал ее!
– Но все указывает на вас. Отпечатки пальцев, орудие убийства… Свидетели, в конце концов.
– Это подстроено!
– Кем? Зачем?
– Я не знаю!
– Вы хотите сказать, что вас подставили?
– Да!
– Кто-то хотел вас подставить?
– Да!
– Кто этот человек?
– Я не знаю!
Елизавета вздохнула. Она понимала, что разговаривает с ребенком, загнанным в угол. Ребенком, который боится признаться в содеянном.
– Андрей, – снова заговорила Елизавета. – Я не следователь. Я не буду вас осуждать. Я хочу понять, что произошло. Что заставило вас совершить этот ужасный поступок.
– Я ничего не делал!
– Хорошо. Допустим, вы говорите правду. Тогда кто-то убил вашу жену и подставил вас. Вы хотите, чтобы я поверила в это?
Волков молчал.
– Вы понимаете, что это звучит неправдоподобно?
Волков молчал.
– Андрей, я хочу вам помочь. Но я не могу этого сделать, если вы не будете со мной откровенны. Расскажите мне все, как было на самом деле. Не утаивайте ничего. Я обещаю, что вы не пожалеете.
Волков поднял на нее заплаканные глаза.
– Я… я не знаю, что произошло, – прошептал он. – Я помню, как мы поссорились. А потом… потом темнота.
– Темнота?
– Да. Я ничего не помню.
– Вы потеряли сознание?
– Может быть. Я не знаю.
– А когда вы очнулись?
– Уже было утро. Она… она лежала в кровати.
– Мертвая?
Волков кивнул.
– И что вы сделали?
– Я… я испугался. Я убежал.
– Почему вы не позвонили в полицию?
– Я боялся, что меня обвинят.
– И вы были правы.
Волков снова заплакал.
Елизавета молча наблюдала за ним. Она видела, что он говорит правду. Часть правды, по крайней мере. Он действительно мог потерять сознание. Мог страдать провалами в памяти. Но это не объясняло всего.
– Андрей, – тихо произнесла Елизавета. – Я думаю, что вам нужна помощь. Психологическая помощь.
– Я не псих! – воскликнул Волков.
– Я не говорю, что вы псих. Я говорю, что вам нужна помощь, чтобы разобраться в том, что произошло. Чтобы вспомнить то, что вы забыли.
– Я ничего не забыл.
– Вы уверены?
Волков замолчал, опустив голову.
Елизавета встала из-за стола.
– На сегодня все, Андрей. Я приду к вам завтра. Подумайте над моими словами.
Волков не ответил.
Елизавета вышла из комнаты, оставив его одного. Конвоиры тут же подхватили Волкова под руки и повели его обратно в камеру.
Елизавета вернулась в свой кабинет. Голова гудела от напряжения. Она села за стол и достала из сумки бутылку воды. Сделала несколько глотков, стараясь успокоиться.
Дело Волкова было сложным и запутанным. Она чувствовала, что здесь замешано что-то большее, чем просто бытовая ссора. Что-то, что скрыто глубоко в подсознании Волкова. И ей предстояло это выяснить.
Она открыла файл с делом Волкова и снова посмотрела на его фотографию. Простое лицо, спокойный взгляд. Идеальная маска. Но за этой маской скрывался человек, способный на чудовищное преступление. Или жертва обстоятельств? Елизавета не знала. Пока.
Завтра она вернется в эту серую комнату, чтобы продолжить игру. Игру, в которой на кону – человеческая судьба. И она должна выиграть эту игру. Ради правосудия. Ради истины. Ради самой себя.
Елизавета перечитала протоколы, отметив про себя ключевые моменты, несостыковки. Обратила внимание на семейный анамнез, на травматичные события детства. На то, как Волков избегал определенных тем.
Она откинулась на спинку кресла, закрыв глаза. Представила себе Волкова маленьким мальчиком, испуганным и одиноким. Представила себе его отца, жестокого и пьяного. Представила себе его мать, тихую и забитую.
И в этот момент Елизавета почувствовала сочувствие к Волкову. Сочувствие к сломленному человеку, ставшему жертвой обстоятельств. Но это сочувствие не должно было повлиять на ее объективность. Она должна была оставаться беспристрастной, несмотря ни на что.
Она открыла глаза и снова посмотрела на фотографию Волкова. Теперь в его взгляде ей почудилась не только маска, но и мольба о помощи. Мольба, которую она должна была услышать.
Зазвонил телефон. Елизавета взяла трубку.
– Да?
– Елизавета Андреевна, это следователь Петренко.
– Здравствуйте, Сергей Иванович.
– Как прошла первая беседа с Волковым?