Макар Ютин – Магия, кофе и мортидо 4 (страница 14)

— Мир полон демонов. И только магия освещает нам путь, как свеча во тьме. Магия и чистое знание, — закончил Медей свое запугивание.

Но Медей не был бы Медеем, если бы не испортил полностью все свое положительное впечатление.

— За что? — возмутился Гнилоуст, когда его мастер отвесил ему новый подзатыльник.

Теперь малоприятные брызги попали на Никту, что заставило ее взвизгнуть и бешено завращать глазами. Класс слегка притих, приготовился наблюдать за зрелищем, но она достаточно быстро взяла себя в руки и даже нашла силы улыбнуться наставнику.

«Не, ну я так не играю», — расстроился Медей, ожидавший от нее детской истерики.

— За что, мастер? — повторил его фамилиар.

— Говори нормально, без сраной менталистики!

— У меня рот зашит!

— Вечно люди вокруг ищут какие-то глупые оправдания, лишь бы не расти над собой. Разве горькие пьяницы когда-нибудь говорят, что у них нет времени или денег упиться сегодня до скотского состояния? Нет, они берут и решают вопрос! Вот вам пример, мои милые ученички, целеустремленности и стойкости перед лицом невзгод.

Теперь скривились все студенты, вне зависимости от пола. И вряд ли только от самого примера или диалога с сушеной головой. Отродье любил называть студентов «мои милые ученички». Медей с удовольствием взял ответственность за это, несомненно, самое важное наследие своего предшественника.

— Но мы слегка отвлеклись. Да, «Кведья» благотворно влияет на развитие каналов, — кивнул Медей, — и оно включает в себя все разнообразие духовных сущностей. Но в чем же самое главное значение моего предмета?

— В знании. Эти навыки нужны, чтобы противостоять им, противостоять демонам, — мрачно сказал Кейс после кивка Медея.

— Все эти призванные существа не раз и не два приносили настоящее опустошение, — продолжил он хмурым голосом, — мой дед видел однажды, как пал вольный город после призыва нескольких тварей запредельного ранга и целой орды пристяжи. Защитники не смогли отреагировать сразу, не узнали вид, не нашли слабых мест врага, не смогли им эффективно противостоять. Они отбили угрозу с помощью моего деда, но все выжившие в той бойне уместились на одну баржу, — он вздохнул и качнул головой, словно отгонял воспоминания.

Учитывая наличие в этом мире целой индустрии показа чужих воспоминаний и хранения родовых — наверняка, так оно и было.

— Две-три сотни из более чем десяти тысяч, — слова Кейса упали в натянутую, звенящую тишину класса железной балкой, — найдись среди стражи или магов того города хотя бы один знаток того конкретного вида потусторонников… — он не закончил мысль.

Только сжал кулаки, стиснул зубы, выдохнул — долго и с присвистом, после чего сел на место.

— Ты прав, мой храбрый альфа, это первый по важности пункт! — Медей глубокомысленно кивнул, — три драхмы за ответ и очень актуальный, мгм, живописный пример.

— «М-мой храбрый альфа»?.. — с оторопью повторил единственный представитель высшей аристократии во всей Академии.

— Ну как же! Ты ведь первый, в одиночку, прошел мой небольшой, уютный «лабиринт лягушек»! Я ведь говорил, что дам такой титул первому же храбрецу, кто добьется успеха.

С задних парт раздались приглушенные смешки и хмыканья. Кейс приструнил их одним долгим, неприятным, змеиным взглядом, после чего развернулся обратно к наставнику и спокойно спросил:

— А можно отказаться?

— Хм, — Медей вдруг вспомнил своего нового приятеля, — да разве Геракл отказывался от шкуры убитого льва⁈ Да разве Ахиллес вырывался пяткой, когда его погружали в купель⁈ Да разве Нарцисс отказывался целовать свое отражение в воде и дергать на него свой-

— Я понял, — со вздохом оборвал его Кейс, — благодарю вас за лестное прозвище, наставник Медей, — сказал он с невозмутимостью истинного дворянина.

— Итак, мы назвали обе основные причины, — вернулся Медей к лекции, — получение преимущества и защита от нападения. Потому что да, наш храбрый Альфа привел отличный пример: вторжения демонов всегда, ВСЕГДА начинаются в самый неподходящий момент и в самом уязвимом месте. Никто не призывает демонов, чтобы отправить их против Даймона, пушечное мя-, хм, расходных тварей мы в расчет не берем. Обычно всякую гадость призывают тихой сапой, а потом смазывают пятки маслом, пока позади все пылает и рушится. Или оставляют демонов как есть, а сами атакуют в другом месте, когда связанные боем защитники обнажают другой участок обороны.

Воцарилось напряженное молчание. Студенты сидели с лицом лица и хлопали глазами. Они не ожидали от человека уровня Медея, который делает развлечения даже из похода к целителю, такого масштабного анализа. И такого отстраненного, жутковато-откровенного руководства. Ничего особенного, для местных стратегов или опытных магов, но вот впечатлить детей оказалось куда как проще.

— Но ведь маги сплошь и рядом призывают себе помощников! — воскликнул звонкий голосок Авлиды Ифигении, — наш городской волшебник заключил договор с гномом, старшим духом земли! Он призывал его не только для убийств опасных зверей, но и чтобы тот помог ему сделать телесмы! И даже просто поговорить! Не все призыватели — жуткие культисты и бесчестные убийцы!

— Да, так и есть. Об этом уже сказал… твой одноклассник, — он попытался вспомнить имя, но быстро проиграл собственной памяти, — призыв — лишь инструмент усиления мага, хотя и практически в любой области. Вот только, как угроза он работает куда чаще, и, стоит признаться, куда эффективнее. Думаю, Кейс великой фамилии Гераклид охотно расскажет вам подробности того, как пал целый город. Уверяю вас, это далеко не единичный случай, — мягко, понимающе улыбнулся Медей.

Учеников передернуло. Особенно из служилых, воинских или аристократических семей. О, они прекрасно понимали, КАКИЕ силы требуются, чтобы случилось подобное бедствие. И что действительно значит страшная фраза: «погибший город». Медей, сам не зная того, скорее переборщил со своими попытками донести всю серьезность ситуации.

Его извиняет лишь знание новеллы. О, Медей прекрасно понимал, знал из канона, истинную опасность своего искусства. Без массовых призывов, без того уникального планетарного явления, что открыло практически бесплатный доступ к этому миру всяких сопредельных гадостей, королевство не пало бы так быстро.

Как минимум, второй по численности город мог выстоять, а там, кто знает, может быть и отбили бы столицу обратно. Но случилось то, что случилось. У Медея нет ни возможности, ни желания повлиять на все масштабное полотно событий канона, однако он вполне может избавить от мрачной судьбы… нет, хотя бы подарить шанс людям вокруг себя.

— Поэтому не стоит недооценивать демонов, ребятки. К тому же… Люди гораздо больше боятся неизвестности, чем сколь угодно сложного противника.

— А теперь простой вопрос: кто такие демоны? Ну, смелее!

— Жители иных планов, — ни у кого не имелось другого ответа.

— А если на другом плане живут люди? Они демоны или нет?

Ученики впали в ступор.

— Люди на других планах только выглядят как люди. Они — демоны в человеческом обличье, — спокойно сказал Кейс.

— А что, если люди с других планов похожи и внешне и внутренне? Буквально неотличимы от среднего человека здесь.

— Эм-м-м…

— Демон это разумный, который выглядит не как человек!

— То есть чернокожие из-за края Земли — демоны? Ведь они не похожи на людей!

Люди с задних парт расхохотались, а затем стали предлагать свои варианты.

Все больше и больше людей вовлекалось в обсуждение, а Медей подбрасывал дровишек в костер. Тяжелый труд, но иначе урок не запомниться, не станет для них чем-то важным. Не спасет им жизни.

— А дриады, макроны или псиопы? Они точно не люди, значит они демоны?

— Демоны это те, кого можно призвать!

— Дева Дриопа, я призываю вас к доске! — пафосно возгласил Медей.

Дриада заколебалась…

— Тогда минус драхма за игнорирование наставника.

Дриада чуть ли не телепортировалась прямо к нему.

— Вот, призвал. И даже подношение выплатил, — ухмыльнулся наставник классу.

Раздались вздохи, смешки, возгласы, пошла дискуссия…

— Вы не дали мне ничего! — возмутилась Доркас и обиженно скрестила руки на груди.

— О чем ты говоришь, юная дева? Я ведь оставил тебе целую драхму, которую отказался забрать! — Медей говорил с абсолютно искренним недоумением, а затем принял вид оскорбленной невинности и поднял на них свой чистый, влажный взгляд олененка…

Студенты выпучились на него и просто молча смотрели секунд десять в каком то оцепенении от настолько циничной наглости.

— Так что? Вот, я призвал дриаду…

— Призывать можно только с иных планов!

— То есть абсолютно такая же дриада, буквально потерянная во младенчестве сестра-близнец Доркас с другого измерения будет считаться демоном?

Завязалась жаркая дискуссия, которая чем то напоминала спор Платона о том, кто же такой человек. А Медей здесь играл роль Диогена, что высмеивал каждое определение великого философа.

— А если демон задержался в нашем мире? Как демон Зу? Он демон или уже нет?

— Нет!

— Да!

— Заткнись, это не имеет смысла!

— Единственное, что не имеет смысла — это твое поступление!..

«ТИШИНА» — взревел Адимант ментальным ударом.

— На самом деле, ребята, ребятки, ребятишечки, определение здесь одно и на диво простое.

Он дождался внимания класса, а затем продолжил с мягкой, материнской улыбкой: