Макар Файтцев – Изнутри по ту сторону двери (страница 2)

Мелисса улеглась на траву, подложила руки под голову и, сама того не замечая, предалась мечтам, как она разоблачает преступника. Вот она бросается под дуло пистолета и спасает своего брата от долговой ямы. Потом в памяти всплыло, что всю неделю Анатоль приходил под утро хорошо выпивший. На все её просьбы перестать пить отмахивался, что он уже большой мальчик и в её опеке не нуждается. А вчера заявился счастливый и объявил, что они скоро станут очень богатыми…

– Сестрёнка… – пьяный голос брата вернул её в действительность.

Девушка села, повернула голову. Рядом с безобразно выглядевшим родственником стоял высокий молодой человек. Он поддерживал Анатоля. И Мелисса подозревала, что, если бы не этот парень, братец просто свалился бы на пол бревном.

– Сестрёнка, я тебе говорил, что у нас будет великое счастье. Вот оно! – и он нетвёрдой рукой показал на спутника.

– Ну что ж, великое счастье, отпустите уже эту великую пьянь и можете быть свободны. Простите, что не предлагаю вам пройти и выпить чаю, но мне сейчас не до этого. – Она подошла к брату, подхватила его под руку и сделала попытку увести к лежаку, который стоял здесь же в саду.

Девушка рассуждала просто: скоро его начнёт тошнить, и пусть уж лучше на траву, чем на обивку дивана и циновку. Молодой человек молча разжал руки, посмотрел некоторое время на её потуги стравиться с отяжелевшим пьяным телом, потом подошёл, подхватил упитого и переволок к лежанке.

– Спасибо. Можете быть свободны, – девушке было стыдно за брата перед гостем.

Незнакомец усмехнулся. Молча кивнул, как бы принимая благодарность, потом фамильярно, без приглашения прошёл в сад. Его взгляд был цинично оценивающий.

– Молодой человек, спасибо, что вы доставили моего брата домой, но сейчас я попрошу вас оставить нас, – Мелисса постаралась придать голосу как можно больше жёсткости. – У меня проблемы, и мне надо их решить. При других обстоятельствах я бы с радостью предложила вам кофе или чай, но не сейчас.

Видя, что парень не отреагировал на её слова, она вернулась в кресло. Не драться же с ним. Незнакомец её не раздражал, как ни странно. В это время на столике зазвучала мелодия. Несколько помедлив (ей сейчас совсем не хотелось общаться ни с кем), Мелисса всё же взяла трубку.

– Привет, Ванесса! Спасибо за приглашение. Приходи лучше ты, я не могу оставить дом, – и она с выражением посмотрела на незваного гостя, который уселся на траву и с наглой бесцеремонностью разглядывал хозяйку дома. – У меня гость непрошенный… Не уходит, пыталась. Полицию… Идея, конечно, хорошая, но он привёл брата, который набрался в стельку. Может этот перец тоже пьяный, просто по нему не видно, он здоровый лось… Ничего не говорит, мычит как немой… Кто его знает, что ему надо… Ну, скажешь тоже. Ладно, приходи.

Мелисса встала, пошла заваривать чай. Возвращаться в сад и попасть под обстрел оценивающего, как на аукционе, взгляда не хотелось. Вскоре раздалась нежная трель дверного звонка, и в комнату впорхнула хрупкая яркая брюнетка.

Чмоки, чмоки в обе щёки, и Мелисса подала Ванессе две кружки и заварник. Сама взяла чайник и сахарницу.

Когда они вышли на веранду, то молодой человек уже перенёс из-под навеса три стула к столу, стоящему тут же поблизости. На один из стульев он по-хозяйски уселся сам. Мелисса сделала вид, что не заметила наглой выходки чужака. Не успела Ванесса разлить по чашкам чай, как мужская рука протянулась за одной из кружек.

– А вам не кажется, что это наглость? – спросила хозяйка, но чашку вырывать не стала, боясь обжечься кипятком.

Молодой человек усмехнулся и молча отрицательно покачал головой, показывая, что это не наглость.

– Ванесса, ты бы не смогла мне занять немного денег до…– Мелисса задумалась. Впервые в жизни она не знала, до какого дня она может занимать. Если у них будет финансовый управляющий, то надеяться на деньги в банке не приходится. Ещё не известно, сколько таких расписок раздал её братец.

– Много?– спросила Ванесса.

– Да нет, всего лишь триста тысяч, – девушки повернули головы в сторону говорящего.

Голос парня оказался приятным с лёгкой хрипотцой.

– Кто ты? И что тебе надо?– Мелисса начала догадываться, что это и есть тот загадочный кредитор.

– Твой брат задолжал мне как раз эту сумму и полдома. Завтра утром, когда он протрезвеет, мы пойдём к нотариусу и оформим долг. Так что, я теперь у себя. Соседями будем, – он в очередной раз усмехнулся.

– Слушай, сосед. Моего разрешения никто не спрашивал. Я его не давала. Брат не может заложить половину дома без моего согласия. Сначала он должен предложить его мне.

– Покупай, если сможешь, – он опять усмехнулся. – Держать брата дома надо было, а не в казино отпускать.

Вместо ответа девушка вызвала полицию: «У меня в доме вымогатель. Сидит напротив. Хорошо… Да, я не буду отключать телефон, чтобы ничего не случилось. Нет, он пока спокойно сидит… Куда-то пошёл…» – полиция, видимо, держала её на линии, чтобы контролировать ситуацию.

Теперь уже девушка наблюдала с усмешкой, как полицейские скрутили кредитора, надели на него наручники, хотя он не оказывал никакого сопротивления.

Эту ночь Мелисса спала плохо. Она выходила в сад, смотрела на тёмно-синее бархатное небо с золотым вкраплением.

Брат мирно похрапывал на лежанке в саду. Ночь стояла тёплая. В воздухе плыл медовый аромат цветов. Зелёные огоньки светлячков то вспыхивали, то гасли.

Ванесса осталась для поддержки. Она подошла к подружке, накинула на плечи плед, обняла.

– Что делать будешь?

– Не знаю. Если он действительно имеет на руках расписку брата, значит, явится сюда утром. Из полиции его, скорее всего, отпустят. Не знаю. Анатоль, Анатоль, что же ты наделал…

Мелисса и Анатоль жили вдвоём. Их мать не собиралась обзаводиться потомством. А отец не настаивал. Да и что может быть печальней, чем нежеланный ребёнок? Так беззаботно и прожили бы всю жизнь, если бы однажды женщина не узнала о своей беременности. Да ещё и двойней. Узнала поздно, на четвертом месяце, наивно до этого полагая, что наступил климакс. Так, в возрасте пятидесяти двух лет пожилая дама впервые обзавелась детьми. Отец в то время разменял седьмой десяток. Он умер, когда детям исполнилось по двенадцать лет. Через восемь лет скончалась и мать, оставив потомкам этот маленький симпатичный домик и небольшой капитал. Ежегодная рента составляла триста тысяч. Этого вполне достаточно, если разумно распоряжаться деньгами.

Глава 2, в которой Мелисса узнаёт, что ей найден муж

Утром Анатоль проснулся с больной головой. Он ровным счётом ничего не помнил. Нет, он помнил, как из Казино поехал с новым другом, которого постоянно называл собачьей кличкой «Джек», в какое-то кафе. Угощал Джек, потому что у Анатоля не было ни копейки. Этот друг, во-первых, заплатил за напитки и ужин в Казино, ибо там хотели вызвать полицию. Во-вторых, пообещал не передавать дело в судебный отдел. «Понимаешь, он благородный. Он спас меня от позора…» – Анатоль рыскал по дому в поисках спиртного, дабы облегчить страдания дрожащего нутра.

«От позора спас…», – Мелисса еле сдержалась, чтобы не выплеснуть ярость на не до конца протрезвевшего брата. Накачал он его, а не от позора спас. Нет, так дело не пойдёт.

Когда-то отец ей дал совет: «Если у тебя неприятности, встань под душ. Пусть их смоет вода».

К сожалению, вода не всегда смывала проблемы, и они не разрешались сами собой, но, однозначно, становилось легче. Вот и сейчас она, недослушав стенания родственничка, развернулась и рванула в ванную комнату.

Она не слышала звонка и не видела гостя.

Обмотав полотенцем влажные волосы, накинув халатик, спустилась в зал.

Неприятности не ходят в одиночку.

Сквозь стекло она заметила мужской силуэт, явно принадлежащий новому знакомому. Первая пришедшая в голову мысль: срочно переодеть халат на более приличную одежду. Но, немного поразмыслив, пришла к выводу: это её дом, а он – непрошеный гость.

Молодой человек стоял в саду, спиной к веранде, и лицом к гортензиям. Руки, скорее всего, засунуты в передние карманы джинсов. Красивая фигура, ничего не скажешь. Слишком твёрдо стоит на расставленных ногах. Наверняка под одеждой спрятано не тело, а груда каменных мышц. И сердца нет. Не может человек с сердцем пользоваться слабостью другого.

Гортензии вели свой молчаливый разговор с лёгким ветерком, покачивая огромными шарами. Разноцветной изгородью почти в человеческий рост они отделяли их территорию от соседской.

Угадав или услышав, что за спиной появилась девушка, Джек повернулся.

– Сегодня ты ещё красивее, чем вчера. Я хочу каждое утро видеть тебя в этом халате с мокрыми волосами, – сказал он вместо приветствия. – Не надо прятать их под полотенцем. На воздухе они высохнут быстрее. Можешь мне верить. Я никогда не обманываю.

Парень забавлялся, видя, как девушка начинает заводиться. Её глаза засверкали, кисти сжались в кулачки, нижняя губа закушена. Какая прелестная крошка!

– Убирайся,– процедила Мелисса сквозь зубы, – или я опять вызову полицию.

– Напугала, – усмехнулся он, – вызывай. Возможно, сегодня они приедут ещё раз, но поверь, вряд ли будут подрываться в третий раз. Ты знаешь, им вчера пришлось передо мной извиняться. Мне даже предлагали написать заявление за ложный донос. Но я пожалел тебя. Я понимаю, такой шок… – сарказм так и сочился из каждого вылетавшего звука.