Макар Файтцев – Дракон всегда прав (страница 44)

Её трон пошатнулся, когда Великий вдруг назначил троих наследников. Амелинда рвала и метала, она повсюду искала сына, чтобы задать ему взбучку и была уверена, что отец приложил руку, чтобы спрятать своего первенца от гнева матери.

И вот сейчас её рейтинг, как рейтинги их компании, взлетели на недостижимый уровень. Алекс доказал своё право не только тем, что рождён наследницей. Он доказал это в честном поединке. Конечно, если бы Маша не ринулась его спасать, неизвестно чем бы ещё закончился бой. Но сейчас Амелинда думала о Маше всего лишь как об одном из средств достижения цели.

— Мама, я пи-пи хочу, — стоящий позади матери великовозрастный детина подёргал её за руку.

Амелинда оглянулась в поисках мужа. Но, не найдя его, произнесла елейным голосом, на какой только была способна:

— Конечно, мой дорогой. Надеюсь, вы меня простите, мне надо с мальчиком сходить.

— Боже, она святая. Другая давно бы сдала инвалида, а она так о нём заботится. Просто истинная дочь Великого.

Амелинде не могло не льстить. Инвалидность Ника была ей на руку, тем более что мальчик он был добрый и некапризный.

Не успела драконша вернуться, как к её стопам припали несколько девушек. Человечки из гарема Касыма:

— Госпожа, позволь нам надеяться, что мы сможем подарить второго наследника Великому, — девушки прикоснулись к подолу платья Амелинды.

— Какие милые, — улыбнулась Амелинда той самой слащавой улыбкой, на которую была способна. — Это надо спрашивать у невесты Алекса, у Киры. Пройдёмте, я вас представлю, — и она, важно ступая, буквально поплыла. По залу раздавались овации. Так драконы выражали свою признательность будущей бабушке наследника. И Амелинда уже предвкушала, как через полтора года её будут чествовать.

В другом конце зала, небрежно закинув ногу за ногу, на спинке дивана восседала Кира. На её голове на сей раз красовался ёжик из белых перьев и красноватых корней. Красота неземная. По-другому и не скажешь. На девушке был короткий широкий топ, позволяющий всем желающим рассмотреть её плоский светлый живот с серьгой в пупке. На бёдрах держались джинсы, брючины которых больше напоминали трубы. На одной коленке красовалась огромная прореха.

— Кира, — Амелинда остановилась. Осмотрела Киру. Во взгляде читалось неодобрение. — Вам с Алексом понадобится два наследника. Эти девушки хотят попасть в список суррогатных матерей. Ты побеседуй с ними. Может, кого и отберёшь.

— Ну привет, — Кира надула пузырь из жвачки. — У нас ещё помолвки не было, а я уже подбирай, кто будет трахаться с моим женихом.

— Помолвка скоро. Будет хорошо, если ты представишь на ней будущих кандидатов. Ты же знаешь, что это долгая процедура, подготовка к суррогатному…

— Ага, — перебила её девушка. — Очень долгая, особенно у вашего сыночка. Он свою Машу готов был сразу оприходовать. Месяца не прошло, как они знакомы, а она уже представлена как мать наследника. Девочки, могу предложить только одну должность, хотите услышать?

Девушки радостно закивали как китайские болванчики.

— Я решила проверить, достойны ли вы. Не хотите обслужить папашу Приближённого? — и она, видя, как Амелинда скрипит зубами, но сдерживается, громко захохотала.

Яркая полоска света прорезала темноту. Человек нырнул в ночь. Его осторожные крадущиеся шаги перебиваются стрекотом ночных насекомых.

Дверь отворилась. Тень огромной кошки мелькнула в свете, и опять всё погрузилось в темноту.

— Макс, это ты? — раздался мужской голос.

— Драйк, ты куда? — вместо ответа спросил Макс.

— Мне надо срочно к Алексу. Домчишь?

Макс без лишних слов подставил спину. Мужчина уселся, схватился за шерсть на холке.

Алекс услышал, как над головой разворачивается купол. Он приоткрыл единственный живой глаз. Так и есть, отец. Несмотря на запреты, отец пришёл к нему на помощь. Сейчас начнётся вливание магии и промывание мозгов.

— Отец, не надо, ладно. Я сам, без помощи и нотаций, — он снова закрыл глаз.

— Алекс, Маша сбежала.

— Как сбежала? — воскликнул Макс. — Мы установили охрану по всему периметру. Если её нет в комнате, значит, она…

— В аэропорту, — Драйк посмотрел на сына.

Алекс тяжело вздохнул:

— Уже в аэропорту. Пусть её там задержат. Я утром попытаюсь подняться.

— Её задержали. Утром повезут к судье.

— Причина?

— Попытка вывоза браслета дракона без соответствующего разрешения, — отец приложил раскрытые руки. — Сын, я не смогу тебе передать много своей магии. Ты знаешь, что у тебя больше материнской силы. Но чем смогу, помогу. Мать не знает. Сам знаешь, тогда твоей Маше жизни точно не будет.

Алекс не ответил. Он лишь почувствовал приятное тепло и мелкое покалывание. Через два часа все дыры на крыльях затянулись. Теперь их можно было свернуть.

С Драйка катился пот градом. Ему казалось, что он дважды обогнул землю.

— Отец, спасибо, дальше я сам.

Солнце поднималось над горизонтом. Алекс лежал на земле в позе эмбриона. Прохлада проникала под тонкий комбинезон. Он интуитивно прижался к огромной тёплой туше, что храпела рядом.

Неожиданно над ухом рявкнуло:

— Алекс, я не печка, чтобы жаться ко мне. Ты как это умудрился за ночь восстановиться?

Парень сел, взглянул одним глазом. Он снова человек. Его бескрылый спокойно дрыхнул внутри. Утренняя свежесть приятно бодрила. А прижимался он к брюху Стаса, который до сих пор оставался в теле дракона.

— Прости, Стас, на то я и Приближённый. Успехов. Надеюсь, ты будешь на празднике вечером не в таком виде.

С этими словами Алекс вскочил на ноги. Ему хотелось пойти бодро. Но сил ещё было маловато. И если бы не подоспевшие друзья, он обязательно бы повалился обратно на землю.

«Куда, в суд?» — прошептал Макс, как только они отошли от Стаса.

— Вертолёт готов? — спросил Алекс. Ему было не просто плохо. Ему было так хреново, словно он неделю был в запое.

— Ты самоубийца?

— Вертолёт, я оттуда сразу к себе улечу. Одолжи пилота.

23. Суд

Леся побродила немного по аэропорту, посидела в кафе. Следующий самолёт только утром. Маша должна уже прилететь домой.

Где-то в глубине души Леся завидовала своей некрасивой однокласснице. Какая романтика: за ней охотится сам приближённый Великого! Ах, какая любовь. О том, чем эта романтика может закончиться, девушка не задумывается. Да и кто задумывается, когда читает книги о храбрых пиратах, которые нападают на корабли и захватывают в плен гордых красавиц. А потом те в них влюбляются. Мало кто думает, что пираты — это те же бандиты, только на море.

Да, со стороны всё очень красиво выглядело. Мало того, Машу почти замуж берут. Неважно, что без оформления отношений.

Но если бы кто-нибудь задал вопрос Лесе, а хотела бы она поменяться местами с Машей, то вряд ли бы она согласилась. А так помечтать, почему бы и нет.

Забрезжил рассвет. Объявили посадку в Хивернию. Леся, перебросив через плечо сумочку, смело пошла на посадку. Заступила новая смена. И вряд ли раскроется, что сегодня по этому паспорту уже вылетали.

Она спокойно подошла к паспортному контролю. В это время к ней сзади подошли две блондинки.

— Девушке плохо, помогите! — кто-то закричал.

Врачи с каталкой появились тотчас. А ещё спустя полчаса Леся, мирно посапывая, летела над океаном в Зоммер.

Одинокий чемодан сделал очередной виток на пустой протяжке. За ним так никто и не пришёл. В конце концов, его сняли и перенесли в отдел потерянных вещей. А в зале прилёта пожилая пара вглядывалась в лица выходивших пассажиров. Но их красавица дочка не появилась. Телефон вне зоны доступа. В справочном бюро ещё больше запутали: их дочь Леся сегодня дважды садилась на самолёт. Но ни разу из него не выходила.

Странное существо с ярко-зелёными глазами на цыпочках приблизилось к спящей девушке. Мелькнула худенькая тёмная ручка. И в кулачке исчез купленный в сувенирной лавке платок.

Маша вздрогнула. Открыла глаза. Она с удивлением посмотрела, пытаясь понять, кто же перед ней — ребёнок или карлица. Взлохмаченные тёмные волосы торчали во все стороны. Руки были непропорционально длинны и худы.

Человечек мелкими шажками перебежал на своё место, придерживая на груди порванное платье.

— Ты кто? — спросила девушка. Она видела, что край платка торчал из-под одежды, но не стала отнимать.

Человечек быстро-быстро стал шевелить ртом. Его речь состояла из странных непонятных слов, которые вылетали с автоматной скоростью.

Маша встала, сделала шаг к человечку. Но тот забился в угол, прижимая к груди похищенный платок.

— Не бойся. Хочешь, я красиво завяжу этот платок тебе?

То ли человечек понял, что говорила Маша, то ли спокойный и ласковый тон не внушал опасения, только протянулась ручонка с зажатым в кулачке платком.

Маша взяла платок, сложила треугольником и повязала на шее соседке по комнате.