Макар Файтцев – Дракон всегда прав (страница 40)
— Маша, я после перерыва исчезну. А ты оставайся. Я больше тебе не нужен.
Она смотрит на Великого, и сердце сжимается от предстоящего расставания. Так всегда бывает, когда прощаешься с друзьями. Пусть она жила в его дворце как наложница, но сколько прекрасных минут они провели вместе: спорили или играли в шахматы, гуляли по саду или обсуждали поэзию. Она воспринимала Великого почти как отца. Хотя его поцелуи были далеки от целомудренных, так ведь и целовал он всегда её в обличье Алекса, словно проводил грань: здесь я — отец, а здесь — Алекс.
— Мы ещё увидимся? — спросила девушка.
— Конечно, мой портрет висит повсюду. Правда, в драконьем обличье. Человеком меня не видел даже Алекс.
— Как же? А на аукционе? — почему-то девушка прыснула в ладошку. А потом серьёзно добавила. — Вот вы увидите, что ошибаетесь. Я не стану матерью дракона. Алекс отпустит меня домой.
— Маша, кажется, ты забыла, что дракон никогда не ошибается. Дракон всегда прав. И я более, чем уверен, что ты будешь счастлива стать матерью наследника. Ты ещё меня благодарить за это будешь.
— Ваши слова… — начала она, но не продолжила, ибо знаменитая поговорка заканчивалась так: «Да Великому в уши».
После двухчасового перерыва вторая часть началась внезапно. На вечернем небе яркой молнией пронеслась огромная птица. Её полёт был настолько стремителен, что не сразу поняли, что это не птица, а огромный стальной дракон. Он набрал высоту и теперь камнем летел вниз.
А внизу, на поляне, величаво сидел огромный сине-золотистый дракон. Он вывернул свою огромную шею и следил за полётом стального. И вдруг, сделав резкий рывок, выпустил струю пламени, которая встретилась с летящей струёй от стального. И как раз в этот самый миг, когда пламя стального превращалось в дождь остроконечных металлических дротиков, и произошло их столкновение. Дротики рассыпались в стороны, слово ударились об очень твёрдую поверхность, расплавляясь на ходу и застывая металлическими шариками: мелкими и не такими опасными.
— Ах! — пронеслось над трибунами.
В воздухе запахло сгоревшим деревом. Эд, который стоял рядом с запасным выходом, недолго думая, обернулся китом и направил на очаг сильную струю огня.
— Уф! — облегчённо вздохнули трибуны.
И снова их накрыла огромная тень. Только в этот раз она приближалась с другого края.
Синий дракон выпустил свою мощную струю. Зачарованные зрители смотрели, как голубое пламя постепенно становится оранжевым, а на самых кончиках показывает ярко-красные огоньки.
Стальной взмыл вверх, а на землю полетел пепел, сопровождаемый запахом горелого пера.
— Есть, Алекс его подпалил! — закричал кто-то.
Но тут же металлический дождь застучал по крыше. Все закрыли уши, чтобы не оглохнуть.
Карлицы и карлики носились вдоль трибун и только и успевали латать пробоины.
— Касым, надо задраить запасной выход. — пытался перекричать гул старший среди карликов.
— Лиана, что скажешь? — телепортировал свой вопрос Касым.
— Нельзя, отец, — вместо матери ответил Макс. — Мы должны быть всегда наготове. Стас с Алексом будут драться насмерть. А этого нельзя допустить. Остудить их пыл можно только водой.
И обернувшись огромной кошкой, он вдруг сделал огромный прыжок, сбив с ног человечку.
И вовремя, ибо дротик пробил купол и вонзился в землю, как раз в то место, где только что был зритель.
— Перерыв, — провозгласил Касым.
Алекс послушно свернул свою шею и слегка расправил крылья, поднимая воздух вместе с пеплом, который сыпался на него.
Град дротиков обрушился с такой силой, что сидящий на земле и ничего не ожидающий дракон успел раскрыть свои перепончатые над головой. На пламя не было времени.
Эд выпустил мощную струю, сбивая Стаса и отбрасывая его к самой окраине полигона.
— Так нечестно! — закричала Маша. — Так нельзя!
Она обернулась назад. Но не увидела Великого. Куда же он мог деться, когда он нужен сейчас, в эту минуту, чтобы восстановить справедливость.
Снова объявили паузу. Карлики бегали, проверяли защиту.
Небо погружалось в темноту. Даже луна спряталась от страха. Земля содрогнулась от рёва драконов.
Алекс не замечал той боли, которую причинили ему дротики. Один глаз медленно заплывал. Где-то стекала кровь. Он мог сдаться. Но он не торопился это делать. Надо было Стаса загнать над деревьями.
Алекс обернулся человеком. Его верный друг Макс посадил к себе на спину и перенёс на другое место.
Теперь сцена боя переместилась ближе к запасному выходу. Маша видела как Алекс только-только успел принять обличье дракона, как раздался свист с неба. Теперь не было солнца, и не могла тень выдать приближение стального. Да и стальному с высоты было сложно увидеть притаившегося на земле Алекса. Стас выпустил круговое пламя, чтобы осветить площадку и по возможности ограничить выход Алекса из этого круга.
— Когда это закончится? — прошептала девушка, прижимая к груди руки.
— Пока один из них не погибнет, — услышала она рядом неизвестно откуда взявшегося Макса. — Ма-ша, а ты что здесь де-ла-ешь?
И в этот миг девушка осознала, что она стала видимой.
Она повернула голову к арене и увидела, как Алекс выпускает очередную струю огня, и что эта струя гораздо слабее той, что была раньше. А на него несётся Стас, изрыгая металлическое пламя. Она видела, как стекает голубая с золотым вкраплением кровь дракона.
— Макс, надо их остановить! — и, сама себя не понимая, она выскочила через запасной выход и побежала, что есть мочи, падая и спотыкаясь, вытянув вперёд руки и крича: «Нет, нет! Стас, остановись! Алекс. Не-е-е-ет!»
Грязная, рыдая, она всё бежала и бежала вперёд, не разбирая дороги. И вот, сделав последний рывок, она перелетела через забор. И словно могла защитить огромного дракона, стала карабкаться ему на спину, понимая каким-то шестым чувством, что её убить не посмеют.
— Не-е-ет! — кричала Маша.
Трибуны молчали.
«Самоубийца, — прошептала Лиана. — Макс, спасай эту придурочную!»
И в этот миг, когда дротики должны были проткнуть тело девушки, огромное крыло поднялось и смахнуло её на землю, а потом накрыло сверху, приняв на себя весь металлический огонь. И что было силы, Алекс развернул голову и выпустил последнюю мощную струю, на какую был только способен, защищая не себя, но её.
Стальной завопил от боли и, кувыркаясь в воздухе, цепляясь за верхушки деревьев, ломая стволы и ветви, стремительно летел вниз. Туда, где в чёрной глубине об острые камни билась вода.
Маша, выглянув из-под крыла, и осознав, что сейчас произойдёт, вдруг закричала:
— Спасите стального! Эд! Спасите его.
Касатка выпустил струю воды, на которую принял опалённого дракона и перенёс его под бочок к Алексу.
Два огромных дракона, подбитые и подпалённые, истекающие кровью лежали бок о бок и шипели друг на друга, как шипит огонь, когда на неё попадает вода.
— Ничья, — выдохнул Алекс и прикрыл блаженно глаза.
Но чёрный ониксовый дракон, плавно опустившись перед мордами измученных соперников, возразил:
— Нет, Алекс, твоя победа.
— Это почему ещё? — недовольно пробурчал Стальной.
— Потому что его спасла Маша.
— Меня она тоже спасла. — продолжал он бубнить. — Эта Маша готова спасти весь мир.
— Она спасала Алекса ценой собственной жизни. А за тебя ей умирать не пришлось.
21. Путь домой
Оба дракона тяжело вздыхали, выпуская клубы дыма. Они имели настолько жалкий и потрёпанный вид, что без слёз на них взглянуть было нельзя.
Сине-золотистый дракон пытался поднять крылья. Но они крепко прибиты к земле последними дротиками.
Подоспели карлики. По трое около каждого дротика. Они водили руками, шептали, пританцовывали. Их лица покраснели от натуги. Земля медленно, нехотя, но отдавала металлические штыри. Наконец, одно крыло было освобождено. Алекс подтянул его, прижимая к себе девушку.
Машу трясло. И даже жар, исходящий от дракона, не мог её согреть.
— Маша, успокойся, всё хорошо, — выдохнул дракон и прикрыл глаза.
Многочисленные раны кровоточили. Крылья напоминали решето, хотя дыры начинали затягиваться.
Рядом лежал Стас. Он принципиально повернулся валетом и теперь время от времени лупил Алекса хвостом по морде. Впрочем, последний не оставался в долгу.
— Детский сад. Алекс, тебе надо быть в форме завтра вечером. У тебя проведение ритуала, если ты не забыл, — пробурчал Великий, взмахнул крыльями. И крикнув напоследок: — Маша, теперь твоя судьба в руках Алекса. — Сделал круг над лежащими тушами и скрылся в темноте.