Маир Арлатов – Воскрешающая 5. В объятиях Хаоса. Книга вторая (страница 18)
– Оланда? – они обнялись. – Ты откуда?
– Это Лануф привела меня. Как я рада тебя видеть!
Прежде чем осчастливленная парочка обратила свое внимание на меня, я предпочла исчезнуть. Им и так многое предстояло обсудить. Мое присутствие было лишним.
Я отправилась в кабинет Тормигона, собираясь выяснить, куда он пристроил букаруса. Хозяина в кабинете не оказалось. Только звать его или бесцельно слоняться по пещерам не было ни малейшего желания. Я заняла хозяйское кресло и, развернув его к стене, взмахнула посохом, сделав ее прозрачной. Смотреть на лес, освещаемый восходящим солнцем, и вдыхать свежий воздух было гораздо приятнее, чем рассматривать щели в каменной стене. Ветер доносил до моего слуха веселые трели проснувшихся птиц и жужжание черных шмелей, деловито пролетающих мимо.
– Доброе утро, – Тормигон внезапно нарушил мое уединение.
«Доброе… Я бы хотела поговорить с Хизтероником».
– Можно мне присутствовать при разговоре?
«Не возражаю».
Тормигон привел меня в круглую просторную комнату с высоко расположенными окнами-бойницами. В комнате отсутствовала какая-либо мебель. В центре, застигнутый врасплох нашим внезапным появлением, замер букарус. Он забавно сел на задние лапки и смотрел на нас пристально немигающим испуганным взглядом.
Я сосредоточила на зверьке свой взгляд, стараясь воспроизвести без ошибок образ Хизтероника. Но я умышленно при превращении сделала некоторые изменения. Что ж предводитель нищих вряд ли будет от них в восторге.
Тормигон с нескрываемым интересом наблюдал за процессом превращения.
Не прошло и минуты, как вместо букаруса на полу сидел бледный, взъерошенный, с потрясенным выражением лица и нездоровым блеском в глазах колдун Хизтероник. Он предстал перед нами в той одежде, что была на нем в момент превращения. Кроме того, на шее висели амулеты и талисманы, на пальцах левой руки сверкали перстни.
Хизтероник опираясь на левую руку, поднялся на ноги и, покачнувшись, наконец, с некоторым усилием обрел равновесие. Потом принялся осматривать себя и задержал взгляд на правой руке. Точнее, том месте, где она должна была находиться.
– Что все это значит? – спросил Хизтероник, с опаской посмотрев на меня. – Что вам от меня надо?
Хизтероник. При дневном освещении он выглядел даже привлекательно. Густые, длинные, черные волосы, широкий лоб, греческий с горбинкой нос, крепко сжатые узкие губы слишком бледного цвета, чтобы являться признаком страстной натуры. Он казался молодым, гордым, но жизнь в суровых условиях отложила на нем отпечаток изгнанника. Глаза выдавали в нем несчастного человека.
«Зачем ты планируешь напасть на дворец?» – спросила я.
– Это сложный вопрос. Я не могу на него сейчас ответить.
– Но тебе придется, – строго произнес Тормигон.
Хизтероник, тяжело вздыхая, опустил голову.
– Может быть… если мне вернут руку.
«Я верну ее лишь в том случае, если ты отдашь мне все, что висит у тебя на шее. Ты знаешь, чем тебе будет грозить попытка использовать против нас свою силу»
– Он здесь бессилен, – холодно пояснил Тормигон.
«И не сможет сбежать?»
– Не сможет.
«Прекрасно. Но мне все равно нужна над ним власть. Хизтероник, что ты решил?»
Вместо ответа он начал снимать амулеты и прочие атрибуты колдовской жизни. Это действие давалось ему с трудом. Пальцы его дрожали и один раз он даже не удержал один из предметов, и тот, выскользнув, полетел на пол. Тормигон опередил меня и поймал амулет первым. Хизтероник, не скрывая огорчения, протянул мне руку с дорогими его сердцу драгоценностями. Вскоре все предметы плавно перекочевали в сумочку, висевшую у меня на поясе.
Затем я выполнила свою часть соглашения и вернула ему руку. Колдун даже обрадовался, но ненадолго. Вспомнив, к чему это обстоятельство его обязывает, разочарованно вздохнул.
– Я просто хотел вернуться во дворец. Разве это трудно понять?
«Но зачем ты приходил просить об исцелении? Ты же не проклят».
– Этого хотели мои люди. Твои слова многих отдалили от меня… Мне оставалось лишь ждать, когда кто-то из гостей Тефнирии покинет дворец. Мне почти повезло… Но я рассчитывал похитить Короля… – и помолчав, с сарказмом спросил: – Надеюсь, ты довольна моими ответами?
«Вполне. Но я рассчитывала услышать о более возвышенных целях захвата дворца»
– И что теперь?
«Я думаю, Тормигону тоже есть, о чем с тобой потолковать…»
Хизтероник, бледнея, попятился. Голос его задрожал:
– Смилуйся, не оставляй меня с ним наедине. Пожалуйста, я сделаю все, что хочешь. Умоляю…
Его страхи были столь очевидны, что он и не пытался их скрыть. Он боялся обращения в зомби, ибо понимал, шансов вернуться к прежней, пусть не самой хорошей жизни, у него практически не будет.
«Тормигон, ты уж не обращай его в свою веру, – попросила я. – Он может еще пригодиться».
– Лануф, ты не хочешь послушать, о чем мы будем говорить? – вкрадчиво поинтересовался Тормигон.
«Сомневаюсь, что информация будет мне полезна».
– Но, если у тебя нет ничего срочного, я бы хотел, чтобы ты осталась.
Тормигон отвел взгляд от пленника и вопросительно посмотрел на меня.
Хизтероник, казалось, боялся даже дышать из-за предчувствий, что я могу исчезнуть в любое мгновение. От их пристальных взглядов мне стало не по себе.
«Если ты собираешься использовать в качестве устрашения смерть – я тебе не помощник», – уведомила я Тормигона, решив остаться.
Хизтероник воспринял мой ответ, как хороший знак. Бледность понемногу стала сходить с его лица.
Тормигон неторопливо начал обходить комнату, вынудив пленника отступить к середине. По пути он реализовывал рядом с каждым из нас кресла. В последнюю очередь сделал кресло для себя.
– Присаживайся, друг, – обращаясь к Хизтеронику, произнес он.
– Друг? – усмехнулся пленник, с подозрением относясь к его предложению.
– До этого дня мы вели мирное сосуществование. Не докучали друг другу воинственными набегами. Между нами не было серьезных конфликтов, не так ли?
Тормигон сел, скрестив руки на груди. Я тоже последовала его примеру, правда, без скрещенных рук. Начало беседы не показалось мне интересным.
– В общем, да, – неуверенно согласился Хизтероник. – К чему ты клонишь?
– А не расскажешь ли, что с тобой произошло, когда ты появился в этих краях впервые? Понимаю, воспоминания не из лучших.
Пленник сразу съежился под его пристальным взглядом, затем присев, понуро опустил голову.
– Зачем тебе нужны мои воспоминания?
– Они нужны не мне, они нужны Лануф.
«Мне?» – искренне удивилась я.
Хизтероник судорожно вздохнул и, не поднимая головы, тихо произнес:
– На меня напали твои люди и… превратили. Потому я не мог больше вернуться во дворец.
Я переглянулась вопросительно с колдуном- зомби. Тот медленно качнул головой, подтверждая его слова.
«Но ты теперь не зомби. Как тебе удалось?»
– Почему бы тебе не рассказать все ей? – предложил Тормигон. Хизтероник украдкой взглянул на него и вновь опустил глаза. Потом нехотя ответил:
– Лануф может мне не поверить.
«Это очень интересно. Рассказывай, Хизтероник!»
– Я просто… ушел. Я знал, демону, вселившемуся в мое тело вдали от логова Тормигона нечем будет питаться. Он долго терзал меня, пытаясь заставить вернуться к горе, но я выдержал и освободился от него, – колдун усмехнулся, потом поднял голову, и с вызовом посмотрел на Тормигона.
«Замечательно! Тогда я не понимаю, почему ты его боишься? Ты справился с демоном и должен стать сильнее!»
– Возможно, так и случится со временем, но борьба с демоном отняла много моих сил. Я сейчас уязвим… Тормигон знает, что второе обращение убьет меня.