Маир Арлатов – Воскрешающая 2. Среди пауков. Книга первая (страница 3)
Все ближе я подлетала к городу−дворцу. Заметив первые крестьянские избушки, я выключила прожектора, снизила скорость, продолжив полет исключительно наугад. Совсем немного мне помогали фосфорицирующие цифры и стрелки приборов контроля.
Слишком близко подлетать к стенам города было бы неосмотрительно. Поэтому, выбрав удобное для посадки место, я остановила катер, решив остаток пути преодолеть пешком.
Я открыла люк.
Снаружи по-прежнему накрапывал дождик. Воздух был теплым и дышалось легко. Я осторожно покинула катер, огляделась по сторонам, припоминая все ли, что мне нужно я взяла с собой, потом плотно закрыла люк. Город−дворец был огромным, он занимал территорию, которую хватило бы для постройки мегаполиса. Один только султанский дворец мог разместить десятки тысяч человек.
Я находилась западнее парадных ворот. Осмотреть их было моей первой целью, так как иного пути войти во дворец по моим данным не имелось. Я понимала, что они, скорее всего, для меня недоступны, но решила рискнуть. Выставив перед собой «Универс», я тронулась в путь. Ворота на черном фоне стен выделялись большим светлым пятном. Прежде, чем подойти к ним, я долго присматривалась, разыскивая глазами стражу. Но как ни старалась, я их не видела.
Между тем дождь пошел сильнее. Появился ветер.
Решив, что охрана внутри, я поспешила к воротам. То из чего они были сделаны, казалось не менее странным: камни светились голубоватым светом, а на самом верху горели фонари, сделанные в виде пауков, играющих с шарами. Сами ворота напоминали брюхо гигантского паука, и ступени были сплошь в каменных, но уже довольно мелких паучках. Причем попадались и живые экземпляры. Их привлекал свет, и уходить с моего пути они не собирались. Так что многие из них, оказавшись под моими ногами, отдали паучьему богу свои ядовитые душонки.
Отдышавшись, я потянула одну из створок ворот на себя. Почему-то из черноты коридора никто не поспешил задержать незваного гостя. Я проскользнула внутрь и, закрыв ворота, вытащила маленький фонарик. При свете идти было куда приятнее, чем в кромешной тьме. Я быстро пробежала ярким лучом по стенам и вздохнула с облегчением: охраны не было. Затем сняла капюшон, чтобы ни один подозрительный звук не ускользнул от меня.
Вообще первое, что я увидела – это сразу от ворот начинался огромный зал. Совершенно пустой. Мои шаги по его мраморному полу были слишком громкими. Постепенно зал перешел в систему лифтов и лестниц. Держа в памяти верное направление, я упорно шла к своей цели, нисколько не удивляясь, как все легко и быстро у меня получается. На восьмом этаже в коридорах горело освещение. Похоже, наконец-то, я вышла в жилую часть дворца. Здесь было гораздо теплее и уютнее, чем внизу. А народу как не было, так и нет.
Дворец словно покинут его жильцами.
Здесь-то я и приступила к поискам Татхенгана. Я была твердо уверена, что он где-то рядом. Мне казалось, что я чувствую его присутствие.
В нескольких комнатах его не оказалось, но вот в другой… Дверь в нее словно нарочно была приоткрыта…
Я на цыпочках подкралась к двери. В комнате горел свет, и длинная тень человека сразу бросилась мне на глаза. Я вполне могла натолкнуться на любого другого человека, но почему-то была уверена, что это тот, кто мне нужен.
Я с опаской коснулась двери, толкнула ее внутрь комнаты, чувствуя себя мышкой, что лезет в мышеловку за сыром. Причем если мыши зачастую не знают, чем это им грозит, то я-то знаю. У меня пересохло в горле, и руки противно задрожали.
Дверь открылась полностью.
Спинка кресла, стоящего перед широким столом, закрывала от меня сидящего в нем человек. То, что там кто-то сидел, я это чувствовала.
Я быстро огляделась. Тень, что падала на мои ноги, была тенью от статуи Татхенгана в полный рост. Я аж вздрогнула, найдя в нем необычайное сходство с оригиналом.
− Я пришла, − сказала я громко, но спокойно вслух.
− Я… ждал тебя.
Кресло повернулось. Татхенган смотрел на меня в упор и от его равнодушного взгляда становилось не по себе. Он был одет во все красное, и, возможно, поэтому паук на его лбу выделялся особенно четко.
− Ты мерзкий урод! – разозлившись, вскричала я. – Как ты посмел похитить Нацтера? Говори немедленно, где он? И что случилось с Ирлисой?
Дуло универсального автомата было направлено на него, но должного впечатления не производило.
Татхенган сухо сказал:
− Когда закончатся пули, в столе найдется еще пара «Универсов», а «Беллы» в оружейной палате справа по коридору.
− Ты готов умереть? – усмехнулась я.
− Да, ты вправе меня убить и больше не воскрешать, если так решишь. Я только обещаю, что тогда ты не узнаешь от меня, где твой приемный сын и его симпатичная зверюшка.
Я растерялась, не зная, что сказать. Меня душил гнев.
− Что ты придумал на этот раз? – упавшим голосом спросила я.
− Я не могу говорить с тобой, пока ты в таком взрывоопасном состоянии. Боюсь, ты не поймешь меня…
− Ты еще смеешь надо мной издеваться?
− Нет, я даю тебе время прийти в себя.
Татхенган сложил руки на коленях. Его вызывающая покорность раздражала меня больше, чем, если бы он начал угрожать.
− Я требую объяснений. Какого черта тебе понадобилось опять связываться со мной?
− Сядь, прошу. Я все расскажу, но обещай, что не убьешь меня раньше, чем я закончу.
Я выдвинула кресло и села, сказав, что ничего обещать не могу.
− Ладно, спасибо и на этом.
− Не тяни, − я повернула кресло так, чтобы кроме султана, видеть тех, кто решил бы войти.
− Я недавно узнал, что Ирлиса общалась с тобой. И ты знаешь, как она была счастлива. У нее даже родился сын…
− Так за что же ты избавился от нее? Она тебе изменяла? – мои губы скривились в усмешке.
− Нет, что ты! Я ведь люблю ее до сих пор. Я не убивал ее и верю, что она жива…
Султан вдруг встал и, обхватив голову руками, глухо простонал.
− Ее похитили! Кто не знаю… Все было хорошо организовано.
− Хватит ломать комедию. Думаешь, я поверю?
Султан обошел вокруг своего кресла.
− Я знал, что ты не поверишь. Я на твоем месте тоже не поверил бы. Я случайно нашел ее передатчик. Ты, подлетая к планете, пыталась связаться с ней. И я все понял. Я был уверен, что ты приглядываешь за ней. Вот поэтому ты не встретила преград на своем пути. Я выгнал всех из дворца. Если ты убьешь меня, ты можешь спокойно покинуть город.
− Ближе к делу, − строго велела я, по-прежнему не опуская оружие.
Он кивнул.
− Рано или поздно ты узнала бы о том, что ее здесь нет, и явилась бы прикончить меня, как обещала, но мне было бы все равно, если бы я ее не любил. Понимаешь, я люблю ее и делаю все возможное, чтобы найти похитителей. А Нацтера я похитил для того, чтобы иметь гарантию своей безопасности. Я найду жену и верну тебе парня. Я не хочу умереть раньше, чем найду ее. А за него не беспокойся. Он жив и здоров.
Я долго молчала, а он ждал моего ответа и, не выдержав, произнес:
− Если бы я хотел сделать тебе больно, я бы мог похитить твою дочь, не так ли? Что молчишь? – он уперся о спинку своего кресла.
Я помотала головой, сбрасывая с волос капли воды. Потом, вздохнув, опустила «Универс» и, наконец, сказала:
− Ты мне сделал больно. Нацтер для меня как собственный сын. И я не могу поверить в твой рассказ.
− Ладно, не верь, но пообещай, что позволишь мне спокойно искать Ирлису.
− Я должна его увидеть, − давать этому человеку какие−либо обещания я не спешила.
Он подошел к столу и стал нажимать на кнопки. Стена напротив меня разделилась пополам, и глазам предстал голубой экран видео. Экран включился, и я увидела Нацтера, ходящего из стороны в сторону по просторной комнате. Букарус следовал за ним по пятам.
− Он нас не слышит и не видит.
− Откуда я могу знать, что он до сих пор жив. Может это съемка недельной давности.
Татхенган тихо засмеялся.
− Хорошо, я бы тоже сомневался. Но, если ты дашь обещание, я позволю вам поговорить.
− Не выйдет, я дам нужное тебе обещание только в том случае, если я и Нацтер покинем твою планету.
− А я ведь тоже могу не верить тебе. Вдруг ты решишь за него отомстить.
− Я не могу оставить его здесь. Мне помнится, ты однажды стрелял в него, и он только чудом остался жив.
− Мы не верим друг другу…
− А чего ты ожидал? Я незлопамятна, но память у меня хорошая!
− Но мы должны прийти к какому-то решению…