Маир Арлатов – Воскрешающая 2. Среди пауков. Книга первая (страница 26)

− Как? – поинтересовалась я шепотом.

− Вас силой засунут в клетку с пауками.

− Но это ужасно! Они не посмеют! Я же под покровительством султана!

− Вряд ли он сумеет вам помочь. Он сейчас очень занят. Идемте, а то люди на нас косо поглядывают.

Они не то чтобы косо поглядывали, они уставились на нас во все глаза, особенно те, кто окружал арену. Они будто бы понимали, о чем мы говорим. Мне вдруг стало страшно, но я продолжала стоять.

Старец произнес:

− Если вы придете в гости к знакомым, которые, к примеру, содержат в аквариуме рыб, кормят их с руки, а вы вдруг скажите, что у вас аллергия на чешую, как, по-вашему, отреагируют ваши знакомые?

− Обидятся наверно.

− Вот и здесь так. Пауки для многих домашние животные. Их содержат не для устрашения, а ради забавы. Люди просто не понимают, как можно бояться их любимцев, и потому вам лучше восхищаться ими, как это делают все.

− Хорошо, постараюсь не упасть в обморок, − сказала я и продолжила путь.

Люди расступались, пропуская меня, Эйла и двух охранников к арене.

− Только не сердись, Лануф, − весело начал Нацтер, допрыгав до нас. – Это такое зрелище необычное, и я очень хочу, чтобы ты его посмотрела.

«Нацтер, тебе Эйл случайно не рассказывал, как здесь обращаются с теми, кто боится пауков?» − спросила я мысленно.

Нацтер перестал улыбаться и с тревогой посмотрел на старца.

«Они могут запросто посадить меня в клетку с пауками и султан не поможет».

Он недоверчиво посмотрел на меня.

− Правда?

Старец не понял, о чем это он и с любопытством поглядывал на нас.

− Я не сомневаюсь.

На пустующую арену выпустили двух пауков, размером с крупную собаку. Они были стремительные и быстрые. Их серебристые тела блестели под Солнцем, словно металлические, а на волосатых ножках красовались разноцветные кольца. Чтобы зрители могли отличить одного бойца от другого, на их боках были выставлены клеймо: на одном два желтых круга, а на другом три красных треугольника.

− Абарбид с треугольниками считается лучшим бойцом, число треугольников – число побед, − уведомил нас Эйл.

− А с кругами – это начинающий? – спросил Нацтер.

− Да, два круга – два поражения.

Схватка началась. Люди напряженно замерли.

Абарбиды с разбега столкнулись головами друг с другом, угрожающе заскрипели, потом схватились передними лапами.

− Йарс! Йарс! Йарс! – стали скандировать болельщики, поднимая к верху правые руки, сжатые в кулак.

− Что это значит? – спросила я у Эйла.

− Так зовут паука с кругами. Все хотят поддержать слабого. Иногда это помогает.

− Йарс! Йарс! – присоединился к крикунам Нацтер.

− Йарс! – Эйл решил не отставать.

Мне ничего не оставалось, как принять правила игры. Я скандировала так громко, как могла, мне даже стало смешно.

По мере того, как схватка принимала все более ожесточенный характер, во мне рос азарт. Если раньше, глядя на знаки отличия пауков, я была уверена, что выиграет паук с треугольниками, то сейчас засомневалась.

− Йарс! Йарс! – кричала я, все больше переживая за него.

Пауки клацали челюстями, злобно фыркали, иногда принимались ходить кругами и вновь бросались в атаку.

И вот паук с кругами ловко обхватил противника и перевернул его на спину. Тот задергал всеми восемью лапами, недовольно зашипел и замер.

− Ура!!! – подпрыгивая, закричал Нацтер. – Он победил!

Зрители были в восторге.

− Что это все? – удивленно спросила я, глядя на равнодушно прохаживающегося по арене победителя. – Он что его убивать не будет?

− Нет, у нас не любят кровавых драк, − заверил Эйл. – Вам понравилось?

− Интересное зрелище, − не утвердительно ответила я. На что старец лишь хитро улыбнулся.

− Ну, что Нацтер, может пойдем еще куда-нибудь?

Тут на арену вышел человек, поймал победителя за ошейник и пошел по ней под сопровождение несмолкаемых восторженных криков зрителей. Возле нас он остановился, и все неожиданно замолчали, чего-то ожидая. Отыскав меня глазами, человек поклонился, а, выпрямившись, протянул руку.

− Чего он хочет? – спросила я Эйла, жалея, что не успела отсюда уйти.

− Он хочет, чтобы вы поставили его пауку клеймо.

− Мне выйти туда? – я растерянно посмотрела по сторонам.

Люди ждали.

«Нацтер, это какой-то заговор!»

Парень тоже выглядел растерянным.

− Нацтер, а может, ты пойдешь? – без особой надежды поинтересовалась я, − ведь ты их не боишься.

− Хозяин Йарса выбрал вас, госпожа Лануф, − вместо Нацтера ответил Эйл.

− Это все наверно из-за этого платья! – сердито сказала я. − Меня в нем издали видно.

Набрав в грудь больше воздуха, я превозмогла страх, толкнула барьерный щиток и вышла на арену. Паук был мне до пояса. Надеясь, что он не станет со мной знакомиться поближе и пробовать на зуб платье, я приблизилась к его хозяину. Мое сердце в это время было где-то не там, где ему полагается быть.

К нам принесли в широком сосуде раствор красного цвета.

Хозяин паука объяснил жестами, что мне предстоит сделать. Я согласно закивала головой, решив, чем быстрее начну, тем быстрее закончу.

Человек, принесший сосуд и устройство для клеймения, вылил часть жидкости на песок. А хозяин держал своего любимца и ожидающе смотрел на меня.

«Была, не была!»

Я решительно взяла в руки за длинную палку треугольный предмет и «чмокнула» его в пузырящуюся на песке красную жижу. Затем с силой вдавила его в бок паука, аккурат в один из желтых кругов.

Я думала, паук будет сопротивляться или визжать от боли, но ему было все равно. Вероятно, все дело было в его хитиновом панцире.

Когда хитин под клеймом перестал дымиться, я вопросительно посмотрела на хозяина паука и, дождавшись его одобряющего кивка, вручила устройство помощнику. Результат малоприятной для меня операции, был удовлетворительным, что сразу же отметили зрители, взорвавшие тишину радостными криками.

Я поспешила уйти.

Странно, но и толпа тоже зашевелилась, загалдела и направилась в сторону центральной площади. Стало понятно, что пришло время для ритуала. Многие надели «попрыгунчики» и, прыгая на манер мячиков, быстро скрылись в толпе тех, кто предпочитал ходить ногами.

Нацтер не стал прыгать. Мы шли молча, наблюдая за царящей вокруг суетой.

− Как ты? – наконец, поинтересовался Нацтер.

− Уже лучше. Если бы я знала, что такое может произойти, я бы лучше осталась во дворце, и пусть бы Татхенган лопнул от злости.

Я украдкой взглянула на Эйла. Тот делала вид, что наш разговор его не касается.