Маир Арлатов – Там, где нас не ждали (страница 5)
‒ В реакторе произошло истощение радиационных материалов, словно из них выкачали всю энергию. Необходима замена ядерных блоков. И кстати, у нас есть и хорошая новость… ‒ он интригующе замолчал, но я без слов понял его намёк.
‒ И вы готовы рискнуть? Мы не знаем, что это за планета, и где она находится на наших картах.
‒ Нам всё равно нужно провести наружные ремонтные работы, ‒ сказал Зоран. ‒ Это же такой шанс! Дар небес! Неужели, Ален, тебе не хочется ощутить под ногами твёрдую землю?
‒ Ещё как хочется, ‒ заверил я. ‒ Но я не хочу рисковать.
В отсек вошла Иссиндия. Остановившись возле единственного работающего монитора, она некоторое время вглядывалась в ряды цифр, и, наконец, сообщила взволнованным голосом:
‒ Нам повезло: атмосфера пригодна для дыхания, планета почти необитаема.
‒ Почти ‒ это как? ‒ поинтересовался я.
‒ Прогресс эволюции невысок: от бактерий до высших растений.
‒ Что живности совсем нет?
‒ Исходя из полученных данных ‒ нет. Если только они не живут под слоем гранита и песка.
‒ Она чем-то похожа на Землю, ‒ заметила Наддин
Лорит не вмешивалась в наш разговор, она с отсутствующим видом покачивалась в кресле, тихо напевая печальную песенку:
Я вопросительно посмотрел на Зорана. Тот в ответ пожал плечами.
‒ У неё депрессия.
‒ Лорит, ‒ окликнул я её.
Она перестала петь и недоуменно посмотрела на меня.
‒ Ты как?
‒ Я в порядке… если вас интересует моё мнение насчёт этой планеты, то мне плевать! Из корабля я не выйду даже под страхом смерти, ‒ после небольшой паузы добавила: ‒ Что решили, будто я сошла с катушек? Не дождётесь!
‒ Лорит, о чём ты говоришь? ‒ начал оправдываться Зоран. ‒ Никто так не думает.
‒ Не надо! Я по вашим глазам вижу! ‒ она встала и спешно направилась к выходу.
Мы молча провожали её взглядом. У передвижной двери Лорит остановилась, оглянулась, и сказала, окинув нас беглым взглядом:
‒ Кажется, я устала… Если понадоблюсь, вы знаете, где меня искать.
‒ Я поговорю с ней, ‒ после её ухода пообещала Иссиндия, и отправилась следом.
Нас осталось четверо, трое из которых ждали, что же я решу. Я не спешил оправдывать их ожидания. Понять желание друзей ощутить под ногами твёрдую землю, было нетрудно. Мне и самому было любопытно полюбоваться на пейзажи неизвестной планеты, но останавливало предчувствие опасностей, подстерегающих неопытных исследователей. Почему-то я был уверен, что опасностей на планете будет предостаточно. Если бы я стал о них упоминать, то думаю мой рейтинг начал бы стремительно падать. А стать объектом насмешек Ченза мне совсем не хотелось.
‒ Хорошо, мы приземляемся! ‒ наконец решил я.
Все сразу заволновались, бросились по своим местам, готовые выполнять любые распоряжения.
‒ Я знал, что ты это скажешь, ‒ глаза Ченза светились от радости. ‒ Это не Сириус, конечно, но на худой конец и она сгодится!
‒ Надеюсь, местные аборигены не будут против нашего вторжения, ‒ произнёс я, подмигнув Наддин.
Наддин, нахмурившись, пожала плечами.
Посадка прошла вполне благополучно. Это был наш первый и последний опыт приземления на неизвестной планете. Но если подумать, другого шанса у нас просто не было…
Воодушевлённые удачей, мы смотрели в иллюминаторы и улыбались. Анализ атмосферы был утешительным ‒ это обстоятельство ещё больше разожгло в нас желание ступить на твёрдую землю.
‒ Я и Зоран отправляемся в разведку. Ченз, останешься за главного. ‒ Ченз недовольно поморщился. ‒ Приказы не обсуждаются! ‒ заявил я. ‒ За пределы корабля в ближайшие сутки не выходить.
Через час я и Зоран были готовы отправиться в путь. На нас поверх одежды были надеты скафандры с двумя баллонами кислорода на всякий непредвиденный случай. Кроме этого полный комплект боевого оружия, зонды и прочее оборудование.
‒ Возвращайтесь скорее, ‒ напутствовала Наддин.
Иссиндия тоже вышла проводить меня. Мы крепко поцеловались на дорожку.
Лорит не вышла проводить мужа, чем очень его расстроила.
‒ Выходите на связь каждый час, ‒ посоветовал Ченз.
‒ Разумеется, ‒ улыбнулся Зоран. ‒ Счастливо оставаться!
Прежде чем свежий воздух ворвался сквозь щели открываемого люка, мы успели надеть шлемы. Оказавшись снаружи, отошли от корабля и посмотрели вверх на лица друзей, внимательно следивших за нами через иллюминаторы. Потом дождались, когда закроется шлюз, помахали им руками и отправились в путь.
Под ногами хрустел красный, похожий на миниатюрные кристаллики, песок. Этот хруст напоминал хруст снега, он был слышен даже сквозь шлемы.
‒ Как дела? ‒ спросил я спутника.
‒ Отлично! ‒ Зоран показал мне поднятый вверх большой палец левой руки, одетой в чёрную перчатку.
Вокруг долины, на которой приземлился наш корабль, стояли, словно грозные великаны остроконечные бурые скалы. Солнце скрывала сизая пелена: то ли такие здесь облака, то ли дым. Последнее предположение оказалось верным. Примерно через час пути мы увидели вдали дымящийся вулкан. Серьёзной опасности он для нас и оставшихся в корабле членов команды не представлял.
‒ «Шёлковый Путь», я «Странник», ‒ произнёс в рацию Зоран. ‒ Как слышно? Приём…
Голос подал Ченз:
‒ «Шёлковый Путь» вас слышит хорошо. Как дела?
‒ Жаль вездеход не взяли, а так всё отлично.
‒ Не надо было топливо использовать на реактивы.
‒ Не напоминай, Ченз.
‒ Ладно, проехали. Приём окончен.
Пройдя несколько километров, мы действительно жалели, что вынуждены совершать путь пешком. А всё из-за решения капитана Дорса использовать топливо не по назначению. Никто тогда с ним спорить не стал, а вот сейчас мы отдувались за его решение. Хотя без этого решения мы вряд ли бы дожили до этого дня. Кто же знал, что фильтры воздухоочистителей время от времени оказываются засорены тяжелыми фракциями, выделяемыми в процессе роста белковых плантаций. Выделения были незначительными, но они накапливались, образовывая очень устойчивые соединения, мешающие работе воздухообменных установок. Топливо как раз и сгодилось для производства реактивов, применяемых для очистки этих фильтров. И за годы использования его запасы значительно сократились.
‒ Ты знал, что у Мериэм была скрытая форма эпилепсии? ‒ спросил я приятеля, когда меня утомило молчание.
‒ Нет, это правда? ‒ Зоран замедлил темп ходьбы. Он всё прочёл по моему лицу. ‒ Как ей удалось пройти медконтроль?
‒ Наверно, она очень постаралась.
‒ А ты как узнал?
‒ Решил как-то покопаться в её лаборатории.
‒ Ну и…
‒ Всё выяснил. Она разработала препарат для личного применения, который как-то влиял на сосуды головного мозга, не позволяя болезни прогрессировать. Но за последние месяцы полёта запасы некоторых ингредиентов почти закончились. Она писала в одном из дневников, что покончит с собой, если почувствует себя обузой для команды.
‒ Она говорила, что всегда мечтала отправиться в космическое путешествие, ‒ вспомнилось Зорану. ‒ Но думаешь, внезапный приступ эпилепсии мог стать причиной её смерти?
‒ Вполне. Только вот, что меня смущает: в её записях особо отмечены результаты нескольких опытов, в которых были получены опасные для жизни вещества.
‒ Хочешь сказать, что она подумывала себя отравить?