Маир Арлатов – Когда просыпается Ли Хо (страница 14)

– Что вы! Зачем ограничиваться одним кладбищем? У меня их несколько. Все мы когда-нибудь умрём. А вот некоторые люди предпочитают умирать с помощью врачей.

– Надеюсь, ко мне это не относится?

Хо отчего-то забеспокоила перспектива оказаться клиентом одного из кладбищ этого врача, даже если это всего лишь шутка.

– Не относится только в том случае, если вы больше не будете так жестоко обращаться со своим организмом.

– Постараюсь.

– Вот и договорились. Я выписал вам лекарства, принимайте всё, что вам даст медсестра. Не капризничайте.

Врач поднялся со стула и направился к выходу. Дверь за ним бесшумно закрылась.

– Я был в коме? – удивлялся Хо. – Не помню такого.

Спать больше не хотелось. Было скучно нечем заняться. Медсестра убрала капельницу, дала таблетки со стаканом воды. Она была не особо разговорчивой женщиной. Да и о чём с ней разговаривать? Поинтересоваться, не убила ли она кого-нибудь и понаблюдать за её реакцией? Хоть какое-то развлечение. Но Хо решил пожалеть женщину и избавил её от своих глупых вопросов.

Когда наступило время посещений он никого не ждал. Из коридора доносились голоса пациентов, радующихся встрече с родственниками или друзьями. А Хо лежал в постели и строил рожицы херувимам.

Неожиданно в дверь его палаты постучали.

– Войдите, – разрешил Хо, заинтригованный тем, кто бы это мог быть.

Посетителем оказался начальник Нил – не самый желаемый посетитель. Но как говорится, уж лучше такой, чем никакой.

– Здравствуй, Хо, как самочувствие?

– Всё классно! – Хо поудобнее сел. – Говорят, я в коме был. Наверно перемудрил с дозой нейтрализатора.

– Я рад, что ты идёшь на поправку.

В руках начальника Хо заметил чёрный бумажный пакет.

– Это тебе гостинец.

Нил извлёк упаковку апельсинов.

– Апельсины я люблю. Спасибо, а, если честно, с чего такая щедрость? В прошлое моё пребывание в больнице, вы меня ни разу не навестили.

Нил положил фрукты на прикроватный столик.

– Я представил себя на твоём месте и понял, как ты должно быть одинок. Ни родных, ни друзей…

– Я не жалуюсь. Но у вас наверно дела, и вы не можете надолго задерживаться здесь, – догадывался Хо. Начальник Нил всегда был для него как открытая книга. Он знал все его слабости и секреты и порой жалел, что Нил был до неприличия порядочным и законопослушным человеком.

– Да, верно. Я не могу надолго задерживаться. Тебе интересно, что случилось с твоей разоблачённой компанией?

Хо отчаянно замотал головой.

– Нет, не надо о них. Всё, идите, начальник Нил. Я устал.

Хо демонстративно лёг и отвернулся к окну, укрывшись до шеи одеялом. При упоминании о бывших напарниках на его душе заскребли кошки. Он знал, что должен был раскрыть их тёмные делишки, но невольно привязался к ним. И эта привязанность делала ему больно.

– Хорошо, выздоравливай. Я завтра зайду.

– Ни в коем случае! Даже не думайте идти сюда. Вы напоминаете мне о случившемся, а мне врач запретил волноваться.

– Ну, как знаешь.

Нил развернулся и вышел.

– Вот же… – пробурчал Хо. – Как можно быть таким бесчувственным? Точно оживший каменный истукан. Никаких эмоций. Мне бы так. Ну хоть апельсины принёс.

Хо ненавидел лежать в больнице. Скука смертная! Сутки он ещё продержался, а вот на вторые уже строил планы побега. Глядя в окно на прогуливающихся пациентов, всерьёз размышлял:

– Всего-то третий этаж. Справа жёлоб для воды. Опасно, но возможно. Территория не огорожена, охраны нет, у входа пожилой консьерж, раздаёт советы: кому-куда. Если врач сегодня не отпустит, ночью сбегу!

– Господин Ли, ваш полдник, – произнесла бесшумно вошедшая медсестра.

Кормили пациентов в больнице, и правда, вкусно и сытно.

– Ладно, завтра после обеда точно сбегу – на сытый желудок, – твёрдо решил Хо, приступая к жареной котлете с картофельным гарниром.

Во время посещений он точно никого не ждал. Начальника Нила? Не-ет. Хо уже третий раз попадает сюда, и только этот раз оказался исключением. Да и зачем ему приходить, когда Хо сам отказался его видеть? И начальник Нил не пришёл, наверно поверил, что для Хо он является источником неприятных воспоминаний. Хо и не расстраивался, план побега в его голове принимал всё более конкретные очертания. Этим он и был занят, сидя в постели и доедая последний апельсин.

И вдруг в дверь постучали.

– Войдите, – разрешил Хо, удивляясь, а когда увидел входящих, едва не подавился долькой апельсина, которую успел положить в рот. Даже закашлялся.

– Ниро? – проговорил он, отдышавшись.

Но за ним вошли Артос и девушки.

– И ты? И девчонки?

А увидев последним входящего шефа, окончательно потерял дар речи. Так и застыл, потрясённо глядя на неожиданных посетителей, забыв дожевать апельсин.

– Привет, – неуверенным голосом поздоровался Артос. – Ты как?

Шеф вышел вперёд.

– Хо, извини, что мы без гостинцев. Подумали, вдруг ты решишь, что мы хотим тебя отравить.

– Аа… – Хо, наконец, проглотил апельсин и немного собрался с мыслями. На миг ему даже стало жутко. Чего это они пришли? Их что, оправдали? Почему так быстро?

– Ты не волнуйся, – произнесла Челин. – Мы пришли с самыми добрыми намерениями. Переживали за тебя.

– Даже обрадовались, что ты не умер, – кивая, сообщил Ниро.

– Вы чего это? – Хо заметил, как задрожал голос. Он начал поддаваться панике и пожалел, что так долго размышлял о побеге. Сейчас оказаться где-нибудь в другом месте для него было бы самое то. – Вас отпустили? Или вы… сбежали?

– Нас отпустили под честно слово, – уведомила Карланда.

– И зачем вы все ко мне пришли?

Посетители обступили кровать Хо, а он инстинктивно постарался держаться от них подальше, не зная чего ждать. Вспомнил о кнопке вызова и решил воспользоваться ею, если всё для него начнёт складываться не в лучшую сторону.

– Успокойся, Хо, – проговорил шеф. – Мне не собираемся мстить, как ты наверно успел подумать. Мы даже рады, что ты выдал обществу наши тёмные дела.

– Да, ладно… Вам наверно так велели сделать, чтобы я не писал заявление о покушении на меня?

Гаррет, улыбнувшись, крутанул ус.

– Твоё заявление лишь немного увеличит нам сроки пребывания в тюрьме. А ты знаешь, там очень даже не плохо.

– Уж лучше, чем здесь, – посмеиваясь, добавил Артос.

– Ага, – поддержала Челин. – У него даже телевизора нет и выхода в интернет.

– Мне нельзя волноваться, – сделал попытку оправдаться Хо. – Покой и никаких неприятных новостей.

– А у нас будет условно-комфортное заключение с учётом наших заслуг на работе, – пояснил шеф.

– Мне дадут максимум два года, – сообщил Артос.

– Мне четыре, – сказала Челин. – Учтут состояние аффекта.

– А Ниро вообще отделается условным сроком за то, что вернул всё отобранное в семью, – поведал за своего сотрудника шеф.