Магомед-Расул Расулов – Раненая ласточка (страница 2)

Сайбун исподлобья бросил взгляд на Хамида, резко повернулся и пошел к грибку. Сел на лавоч­ку. Раненая птица еле слышно пискнула.

— Что с тобой? — Сайбун погладил ласточ­ку. — Потерпи, потерпи... Я тебя вылечу, честное слово, вылечу!

— Ты что это там бормочешь? — насмешливо спросил Хамид. Видно, злость в нем не убывала, и он решил до конца досадить Сайбуну. — С ласточ­кой беседу завел? Хм, говори, говори, может, до­ждешься, что ласточка тебе ответит! — Он засмеял­ся, толкнул в бок Магомеда, приглашая его присо­единиться к нему.

Но Магомед даже не улыбнулся.

— Ну, ответить-то не ответит, а понимать — все понимает, — серьезно сказал Сайбун.

— Что же она понимает? — не унимался Ха­мид.

— А то, что, когда по саду бродит глупый осел с рогаткой, жди беды! — ответил Сайбун.

— Ладно. — Хамид знакомо прищурил глаза. — А сейчас глупый осел отберет у тебя ласточку... Ну-ка давай сюда мою добычу!

— Не отдам! Отойди!..

Хамид быстро схватил Сайбуна за руку. Тот вырвался. Он намеревался проскочить мимо Ха­мида, но не успел: Хамид подставил ногу и Сайбун грохнулся на землю. Ласточку он не удержал. Она лежала на боку, закрыв глаза, и казалась мертвой. Хамид бросился к ней. Но Сайбун от­толкнул его и прикрыл ласточку ладонями.

— Ты меня толкнул?! — взвизгнул Хамид. Он был в ярости. Он размахнулся, чтобы ударить Сайбуна.

Сайбун видел искаженное лицо Хамида, пони­мал, что ему надо защищаться. Но в руках у него была раненая ласточка, и он не двинулся с места.

Только Хамиду не удалось ударить Сайбуна. Ребята в пылу спора и не заметили, как к ним по­дошел высокий смуглый парень. Он успел схватить Хамида за плечо и остановить его. Рука у парня была крепкой, как сталь, и Хамид, почув­ствовав силу незнакомца, вскрикнул от боли.

— Эй, гяур, чего лапы распустил? — спокойно сказал парень, по-прежнему стискивая плечо Ха­мида.

— А тебе что надо? — петушился Хамид. — Двое дерутся, третий пусть не влезает!

И хотя Хамид отвечал довольно смело, вид у него был испуганный.

— А вот я влез! — Парень усмехнулся, обна­жая крупные белые зубы. — И тебя не спросил, му­хомор! — Он снова встряхнул Хамида.

— Сам ты мухомор! — чуть не плача, выкрик­нул Хамид.

— Ах, вот как? — сказал парень.

И тут случилось неожиданное. Незнакомец сде­лал едва заметное движение ногой, и Хамид слов­но подкошенный брякнулся на спину.

Парень засмеялся.

— Раз — прием! — сказал он так, словно прием провел не он, а кто-то другой.

Только сейчас Сайбун опомнился. Прижимая ласточку к груди, он с восхищением глядел на не­знакомца. Откуда он? Какой он смелый и ловкий! А приемчики-то знает, ого! Может, это дружинник и его обучали самбо? Наверное...

Хамид между тем поднялся. Он был упрям и не хотел признать себя побежденным.

— Сам ты мухомор! — тихо сказал он парню. — Сам...

— Два — прием! — перебил парень и, ловко дав подножку Хамиду, снова свалил его на зем­лю, — Ну как, согрелся? — Теперь он стоял над Ха­мидом, усмехаясь и блестя глазами. Руки он дер­жал за спиной, и это еще больше подчеркивало его спокойствие.

Хамид окончательно струсил. Поднявшись, он исподтишка показал кулак Сайбуну и поплелся к выходу из сада.

Магомед с родимым пятном на щеке растерян­но сказал:

— Пока, — и тоже удалился.

— Что не поделили? — спросил незнакомец у Сайбуна. — Говори, пацан.

— Меня Сайбуном зовут. — Сайбун был благо­дарен своему спасителю, но вместе с тем он не хо­тел, чтобы его звали пацаном. Во-первых, Сайбун не мальчик, ему уже четырнадцать лет, а во-вто­рых, у него есть имя, и неплохое имя. Вот пусть по имени и зовут.

— Ах, вот оно что! — засмеялся парень. — Ва­ше имя Сайбун! Очень приятно познакомиться, уважаемый сэр, мистер, фон-барон!

Сайбуну пришлось проглотить и «сэра», и «ми­стера», и «фон-барона». Сколько можно спорить по пустякам! Если этому смелому смуглому парню нравится шутить, пусть шутит.

— А вас как зовут? — спросил он.

— Можешь со мной на «ты», — разрешил па­рень. — Это сближает. Но зачем тебе мое имя? Ты хочешь выбить его золотыми буквами вот здесь? — Он кивнул на грибок. — Такого-то числа, такого-то месяца и года такой-то протянул руку дружбы сэру Сайбуну, о чем и свидетельствует эта памят­ная надпись...

— Вы все шутите...

— Шучу, друг, шучу. — Парень хлопнул себя по крепкой, мускулистой груди. — Если б мне пла­тили за каждую шутку рубль, я был бы богачом.

— Богачом... А зачем вам это богатство? Вон вы какой...

Сайбун был искренен. Ему действительно каза­лось, что счастливее этого человека нет никого на свете. Он смелый, как барс. Он сильный и ловкий, как сказочный герой, о котором не раз рассказы­вала мать. Он чувствует себя в этом мире хозяи­ном, чего же ему еще надо?

— Почему я хочу быть богачом? — переспро­сил парень. Он на секунду задумался. — Есть такая горская пословица: «Деньги делают из раба ха­на». Представь себе, я хочу ходить в ханах! — Он улыбнулся. — Ладно, хватит шутить. Так что же вы не поделили с тем гяуром?

— Он хотел ласточку убить, — принялся объ­яснять Сайбун, сделав ладони дощечкой и поднося к лицу парня ласточку. — Он вообще злой... Если б не вы...

— «Вы, вы»! — передразнил его парень. — Ты, наверное, воспитывался при дворе английской королевы, без «вы» жить не можешь. Говори мне «ты», понял?

— Понял. — Сайбун кивнул. — Спасибо.

— За что это спасибо?

— Ну... — Сайбун потупился. — За то, что по­мог...

— Ладно, чего там! — Парень пренебрежитель­но махнул рукой.

— Я хочу... я хочу дружить с тобой, — немного помявшись, сказал вдруг Сайбун.

— Дружить? — Незнакомец едва заметно усмехнулся.

— Хочешь, я тебе часы подарю?

— Какие часы?

— Будильник! Дома возьму и подарю! У нас он без дела стоит. Потому что...

— Что ж, давай будильник, — согласился па­рень. — Я его к делу приспособлю: будет время — починю.

— А ты умеешь? — с восхищением спросил Сайбун.

— Я, дружок, все умею, — белозубо усмехнул­ся парень.

— Ты где живешь? — задал новый вопрос Сайбун.

— Много будешь знать — скоро состаришься, — сказал парень. — Надеюсь, мы встретимся, сэр... Или тебе не нравится, что я зову тебя так? Хоро­шо, до сэра ты еще не дотянул. Ты — защитник лас­точек! — Парень оглянулся. — А зовут меня, меж­ду прочим, Даштемир. Захочешь меня увидеть, приходи в парк. Я тут часто бываю — люблю све­жий воздух. Итак, оревуар!..

«Даштемир», — повторил про себя Сайбун, гля­дя вслед своему новому другу.

Странный он все-таки, этот Даштемир! Пожа­луй, за всю свою жизнь Сайбун не встречал такого странного человека. Говорит он так, что и не раз­берешь, где правда, а где ложь. И словечки у него незнакомые, иностранные: сэр, мистер, фон-барон, оревуар. Шутки шутит...

В одном Сайбун был уверен: Даштемир добрый. Если б это было не так, не стал бы он на его сто­рону.

Но почему он не сказал, где живет? Он объяс­нил, что встретить его можно в парке. Легко ска­зать «встретить»: парк большой, людей здесь много, особенно по субботам и воскресеньям, по­пробуй разыщи среди них Даштемира!

«Пи-пи-ик», — ожила ласточка. Она вдруг от­крыла глаза и, как показалось Сайбуну, посмотре­ла на него.

— Я тебя вылечу! — пообещал ей Сайбун.

Он поспешил домой.