Магма Пэшн – Нарушая законы (страница 3)

– Хорошо. Наш план таков: вы не хотите разводиться с ней, потому что очень любите её. Фото измены, приложенные к делу, сыграют нам на руку. Если она будет настаивать на разводе, то останется ни с чем. Только так вы сможете оставить миллионы при себе.

– Но как мне удержать и жену? – спросил Николай.

Из его рта доносился запах перегара. Лицо Николая продолжало потеть от волнения, а сыпь на шее становилась всё краснее.

– Сергей Константинович не говорил, что вы хотите сохранить брак.

– Она только моя и должна понять, что развод для неё невыгоден.

Ага, она наверняка хочет получить ещё один удар по лицу от её любимого мужа.

– Я сделаю, что могу.

– Уж постарайся. Ты нанята только из-за рекомендаций Сереги. Если бы не он, я бы обратился к мужчине.

– Если бы не он, то вы уже потеряли бы половину своего состояния, потому что вам не хватило мозгов составить брачный договор.

Николай ненадолго проглотил язык. Я не собиралась сюсюкаться с этим мужланом.

– Эй, вы, полегче, – возмутился Николай.

– Идёмте, нам пора, – проигнорировала я.

Неужели, ради таких ублюдков я занялась судебной практикой? Бросить бы его здесь без всякой защиты, но подвести депутата стало бы ошибкой.

Глава 4.

Зал суда заполнялся с каждой минутой, но судьи ещё не было. Зато журналисты уже вились вокруг моего клиента. Я несколько раз напоминала ему игнорировать их и молчать, ведь любое глупое слово могло испортить ход дела.

Феликс Филатов, в отличие от меня, позволил себе пообщаться с прессой.

– Я абсолютно уверен, что все обвинения в сторону моей клиентки беспочвенны. Она порядочная женщина, которая хочет развода. Николай Ошкин не ценит её и проявляет рукоприкладство. Для меня, как для мужчины, это неприемлемо. Только низкие и слабые люди могут позволить себе такое обращение с женщиной.

Внезапно одна из журналисток задала более личный вопрос.

– А у такого благородного мужчины есть прекрасная спутница?

– Простите, это не относится к делу, – ответил он, а потом добавил. – Пусть, я ещё и не нашёл ту единственную.

Как же меня раздражает этот выпендрёжник.

– А что вы скажете про соперницу – Риту Вербину?

– Она мне не соперник. Мы из одного коллектива, который желает добиться правды и справедливости.

Господи, когда же он заткнётся? К счастью, в зал вошёл судья, поэтому все заняли места и притихли. Я уже давно не встречала его на других заседаниях и думала, что он уже отправился на пенсию. Ещё на первом деле три года назад мне показалось, что судья очень стар. С каждым взглядом на него ко мне возвращались воспоминания о той победе, которая подарила чувство удовлетворенности и справедливости. Сейчас же, я таких эмоций давно не испытывала.

Судья приступил к слушанию:

– Доброе утро. Сегодня мы занимаемся делом о разводе Николая Ивановича Ошкина и Надежды Константиновны Голубевой. Судя по запросу жены, она желает развестись с мужем по причине грубого отношения к ней и применения физического насилия. Предоставляю слово адвокату Феликсу Филатову.

Он вышел из-за стола, встал по центру и обратился к судье.

– Здравствуйте. Моя клиентка обратилась в день сильной травмы головы. Я немедленно направил её на медицинскую экспертизу, результаты которой лежат у вас на столе. Это не первый случай рукоприкладства со стороны Николая Ошкина. Он регулярно позволял себе избивать жену.

– Я протестую, – сказала я. – Остальные случаи, о которых говорит адвокат Филатов, не имеют документального подтверждения и могут быть выдумкой.

– Принимается, – ответил судья.

– Хорошо. Тогда я вызываю первого свидетеля, – домработницу Полину.

С дальних рядов вышла девушка в джинсах и рубашке. Через несколько секунд она заняла место свидетеля.

– Напоминаю вам, что вы обязаны говорить только правду, – обратился судья к ней.

– Да, конечно, – тихо ответила девушка.

Феликс близко подошёл к ней и спросил:

– Вы два года работаете в доме семьи Николая и Надежды?

– Да, – согласилась девушка.

– Были ли вы свидетелем громких разговоров в доме?

– Я точно не знаю.

– Хорошо, буду точнее. 21 марта в 10.00 вы находились на рабочем месте?

– Да. Я пришла, как всегда, в 7:00 и освободилась в 20:00.

– Являлись ли вы свидетелем применения силы со стороны Николая Ошкина?

– Нет. Ничего такого я не видела.

На этом моменте уверенный в себе Феликс замер. Он на секунду посмотрел на Надежду, а потом задал ещё один вопрос.

– Возможно, вы не помните точное время. В тот день вы слышали, как хозяева дома ругались?

– Ничего такого. Всё было спокойно.

– Постарайтесь вспомнить, – настаивал Феликс.

– Я протестую, – вновь обратилась к судье я. – Он давит на свидетеля.

– Принимается, – сказал судья. – Если у вас больше нет вопросов к свидетелю, то слово переходит защите.

– Понял, – сказал Феликс и сделал глубокий вдох. – Полина, видели ли вы синяки на лице Надежды в тот день?

– Да. Во второй половине дня, я заметила на её лице ссадину и синяк.

– Вы знаете откуда он появился?

– Нет.

– Что же, тогда у меня всё, господин судья, – сказал разочарованно Феликс.

– Слово переходит Рите Вербиной, – констатировал судья.

Я подошла к свидетельнице и сказала:

– В тот день Надежда ездила в фитнес-клуб?

– Да. Она ходит туда каждый вторник и четверг. Я утром подготовила её сумку.

– Я протестую, клиентка уверяет, что после физического насилия она не смогла пойти туда, – возразил Феликс.

– Вы подтверждаете это, Надежда? – спросил судья.

– Да, – ответила она.

– Какое это имеет отношение к делу? – сказал судья мне.

– Самое прямое. 21 марта Надежда была в фитнес-клубе.

Я протянула папку с доказательством и продолжила:

– На этих записях с камер наблюдения видно, как Надежда входит в фитнес-клуб. А на следующем изображении вы заметите, что в тренажёрном зале она падает и ударяется о стойку.