Магдалина Шасть – Лариса и колдун (страница 2)

– Пойдём в дом.

Повелительный тон старого колдуна заставил погрустневшую Ларису заткнуться. Ори-не ори, а делу болтовней не поможешь. Теперь она полностью во власти странного человека. Только б не извращенец. Фух.

– Странно, что я вообще Вас нашла, – запоздало удивилась женщина, когда колдун усадил её за стол, пить чай с чабрецом. Неадекватное происходящему умиротворение накрывало уставшую за день путешественницу с каждым новым горячим глотком, – Ни дорог, ни машин. После дождя совсем, наверное, худо. Какие пироги у Вас вкусные, Вы сами печёте? – не дождавшись ответа, она отправила в рот очередной огромный кусок пирога и с наслаждением его пережевала. Начинка на чернику похожа, кисленькая.

– Кому нужно, тот находит. Кто не верит, тот возвращается. Пока не поверит, – старик растянул губы в улыбке, обнажая ряд белоснежных зубов. “ Вставленные, наверное”, – подумала Лариса, – ”Свои зубы такими ровными не бывают, в его-то возрасте”.

– Нормальный у меня возраст, – обиделся колдун.

– Что? – неужели она сказала про зубы вслух? Как бестактно.

Спать Матвей Петрович постелил Ларисе в малюсенькой комнатке без окон, предусмотрительно оставив на столике старенький ночничок в форме красной ракеты. Слава богу, современный колдун пользовался хоть какими-то благами цивилизации. Электричеством, например. Собака по кличке Леший, которая оказалась милой, но строгой дворнягой с умными глазами, мигом облюбовала место в дверном проёме, чем немного смутила напившуюся чаю на ночь гостью.

– А если мне выйти надо будет? – кивнув в сторону Лешего, поинтересовалась Лариса, уже давно приметившая, что отхожее место находится во дворе, по деревенскому обычаю.

– Мы ночью на улицу не выходим, и тебе не надо, – отрезал колдун.

– А в туалет? – Лариса смутилась.

– Горшок под кроватью.

Вот те раз. На горшок взрослая женщина не ходила уже лет тридцать. Забавно.

Пижамы нет, в трусах ей теперь спать, что ли?

– Сейчас найдём рубашку тебе, – будто прочитав её мысли, проницательный старик со скрипом открыл пыльный сундук, величественно притаившийся у стены, и торжественно извлёк оттуда огромных размеров белую, мужскую рубашку. Он гостеприимно протянул Ларисе сомнительную обновку, – На, вот. Моя покойная жена любила в этой рубашке по дому ходить. Так и померла в ней.

– Ой, – Лариса брезгливо отдёрнула от злополучной рубашки руки.

– Надевай, не бойся. Пошутил я, – в глазах колдуна засветились озорные искорки, – Я вообще дед весёлый, привыкнешь.

”Интересно, каких размеров была та покойная супруга, которая носила ЭТО?” – подумала Лариса с отвращением, когда её щупленькое тельце утонуло в бесформенном куске белой материи, – ”Будто в парус замоталась.”

Она живо залезла под теплое одеяло и расслабилась. Игорь далеко. С ума сходит, конечно же. Но так получилось. Лариса старалась и для него тоже.

В марте ей стукнуло 33. Стройная, миловидная, молодая женщина с синими глазами, любимая мужем, друзьями и коллегами, тем не менее, была очень несчастна. Выкидыш в 25 и долгие годы борьбы за беременность, с двумя безуспешными ЭКО, кому хочешь испортят настроение, и отчаявшаяся Лариса впала в депрессию. С утра до вечера она пила то одни, то другие таблетки, опустошая семейный бюджет, но фармакология помогала лишь на некоторое время, да и то не забеременеть, а отупеть.

Неделю назад, возвращаясь из служебной командировки на поезде, избирательная в общении Лариса неожиданно для самой себя разговорилась с совсем ещё молоденькой девушкой живописного вида.

– Мой дедушка против того, чтобы люди пили таблетки. Особенно успокоительные, – сверкнув цветными линзами в форме кошачьих глаз, улыбнулась попутчица застенчиво, когда Лариса достала упаковку с фармпрепаратами вместо ужина, – Он предпочитает натуральные продукты.

– Мне доктор назначил, я же не сама придумала, – недружелюбно откликнулась женщина, неодобрительно взглянув на изумрудные локоны собеседницы и недоумевая, почему она должна прислушиваться к мнению чьего-то деда.

– Моя мама тоже так считала и не слушала дедушку, который запрещал ей делать ЭКО. Теперь мама умерла. К сожалению, – услышав знакомое слово, Лариса заинтересованно напряглась, но девушка уже вставила в уши наушники и равнодушно откинулась на подушку, прикрыв татуированные веки.

– А… Ваш дедушка доктор? – засуетилась молодая женщина, но изумрудноволосая её не услышала, – Эй, девушка, – Лариса постучала тоненькими пальчиками сначала по столику, а потом по ноге изумившей её пассажирки. Та озадаченно приподнялась на локтях и освободила, наконец, уши.

– Вы мне?

– Да-да, девушка, Ваш дед – доктор?

– Дедушка? Нет, – улыбнулась неформалка, – Мой дедушка – колдун, но мама в это никогда не верила.

– Был бы мой отец колдуном, я бы заметила, – развеселилась Лариса.

– Дедушка маме не отец, а свёкор. Когда папа умер, она вышла замуж за другого человека. Мама очень хотела родить ещё одного ребенка, но отказывалась от дедушкиной помощи.

– А он может помочь, э…, родить? Каким же образом, интересно? Хотя о чём мы говорим? Это же шарлатанство.

– Дедушка не шарлатан, он помогает женщинам, – оскорбилась собеседница, – Все, кто имел с ним дело, подтвердят.

– И как он, э…, помогает?

– Девушки, хватит болтать, мы уснуть не можем, – раздался недовольный голос с верхней полки.

– Если хотите, скину Вам маршрут, познакомитесь с ним сами, – громко шепнула загадочная девушка напоследок и, обменявшись номерами телефонов, попутчицы прервали разговор для сна.

А утром, к большому разочарованию Ларисы, место неформалки оказалось пустым. По-видимому, та вышла ночью, пока все спали. Поэтому, когда пару дней спустя, считавшей себя обманутой, Ларисе пришло сообщении о точке геолокации, она ни секунды не сомневалась, что поедет. Она поверила девчонке и…

Попёрлась в эту глухую дыру. Глупая курица. Как можно доверять барышне с явно съехавшей от увлечения эзотерикой кукушкой?

Зачарованная приглушенным светом ночника, Лариса не заметила, как благополучно задремала.

Проснулась она от чьего-то то ли смеха, то ли плача, и тревожно приподнялась в тёплой постели, сонно оглядываясь. Мирно посапывающий Леший расслабленно растянулся в благостной неге щенячьего сна, но дверной проём так и не покинул. Красная ракета заботливо освещала тусклыми бликами темноту стариковской комнаты, создавая чувство безопасности. Показалось.

Лариса откинулась на подушку и с ужасом заметила, как длинная и мрачная тень медленно надвигается на неё сверху, подобно грозовой туче. Чур меня, сонный паралич, на спине не буду лежать! Женщина обеспокоенно перевернулась на правый бок и затихла. Успела. Видение исчезло. Сон куда-то испарился. Стало страшно.

В соседней комнате раздался отчётливый то ли женский, то ли детский плач. Что там происходит? Лариса снова посмотрела на Лешего в попытке себя проверить, но тот дрых без задних лап, как блаженный, будто ничего не слышит. Странный плач понемногу усилился и стал напоминать жалобное скуление. По-видимому, собака либо рожает, либо болеет. Совсем чокнулась с этими колдунами! Валить надо отсюда, да побыстрее.

Утром Матвей Петрович пригласил дурно спавшую гостью за щедрый стол.

– Доброе утро, краса-девица, кушай побольше – грусти поменьше, – обыденно поприветствовал колдун женщину и вышел из избы.

– А… а мужу позвонить?! – закричала вдогонку старику озабоченная своим туманным будущим взволнованная Лариса и бросилась, было, следом, но угрожающе зарычавший Леший заставил её присесть обратно.

Обложили. Кусок в горло не лезет. Что делать-то? Женщина машинально сделала внушительный глоток из фарфоровой чашки, содержимое которой по запаху напоминало кофе. Вкусно. Ароматный напиток немного взбодрил. А, и ладно. Придёт дед Мотя и поговорят. Покушать надо. Блины. Сметана. Неужели сам хозяин так для неё расстарался? Вот молодец.

– Вкусно? – от неожиданности с аппетитом уплетающая блин со сметаной Лариса вздрогнула, опрокинув на себя тарелку. По-молодецки ясные глаза деда глядели на неё с неподдельным интересом.

– Спасибо, очень, а когда Вы зашли? – молодая женщина схватила салфетку и принялась безуспешно и суетливо оттирать жирные пятна на подоле.

– А я и не уходил.

– Мне бы мужу…

– Женщина, которая хочет забеременеть, не должна быть такой тощей, как ты. И такой нервной. Ешь и поправляйся. И выпей ещё моего кофейка.

Ну, уехала она. И что? Ну, подождут. Тем более, что два дня до выходных Лариса за свой счёт взяла. Итого – четыре дня. Нет, надо мужу позвонить.

– Мне бы мужу… – но деда уже и след простыл. Лариса отпила из чашечки ещё немного кофе. Хорошо-то как! Женщина сладко потянулась, встала из-за стола и с интересом прошлась по скрипящим половицам от одной стены до другой. Деревня! Как у бабушки в детстве! Уютно.

Стороживший её пёс растянулся вдоль входной двери, равнодушно зевая. Скучающая Лариса с любопытством выглянула в окошко, приподняв кружевную занавеску, и сразу же в испуге отпрянула, увидев, как широкоплечий и крепкий Матвей Петрович, обнажённый до пояса, яростно рубит дрова. Вид раздетого и по-молодецки мускулистого колдуна бесконечно смущал не в меру любопытную женщину, как, если бы она подглядывала за стариком в бане. Было в этой незатейливой картине что-то невыносимо мужественное и волнующее.