Магдалина Шасть – Арни снова голоден (страница 8)

Наконец, невезучая женщина нашла то, что искала, и извлекла из внутреннего кармана вопиюще маленький и отвратительно белый носовой платок, тщетно пытаясь промокнуть им безнадёжно огромное, багряное пятно. Платок почти мгновенно стал красным, будто в крови. Мамкин томат так просто не ототрёшь!

– А воды нет, отключили. Поэтому я маме томата налила. Ей томат от сердца очень помогает.

– Все вы тут заодно. Чтоб завтра утром на работе была. Никакого тебе отгула, – что-то заподозрившая начальница подняла белокурую голову, метнула в сторону матери и дочери испепеляющий взгляд, резко развернулась и вышла прочь. Её колотило от злости, но обвинить криворукую девочку-подростка и вытрясти денег на химчистку не хватало смелости. Чутьё подсказывало неглупой и опытной женщине, что связываться с экспрессивной Людмилой Осинцевой не нужно. Странная семейка. Девочка явно с особенностями поведения, а мальчик… мальчик пойдёт в сад.

– Ну, Надюха! Ну, голова! – похвалила Надьку мать, восхищённо присвистнув, – Только не зазнавайся.

– Ну, чё ты, мам? Я ж за Олега горой. Ты прости меня. Теперь из-за меня тебе отгул не дадут?

– Дадут, куда эта курва денется? Разве это я виновата, что муж ей из Риги такую маркую тряпку привёз? Привозил бы тёмное, как у всех. Заграничные фасоны для эгоистов и белоручек. А советская работница думает, прежде всего, о том, какую пользу обществу приносит.

Тем временем, вещий Олег тихонько сидел в уголке и играл с козявками из собственного носа, равнодушно разбросав по полу исписанные открытки. Сегодня мальчик был, на удивление, спокойным. Он как будто предчувствовал, что его безмятежное пребывание возле мамкиной юбки безвозвратно подходит к концу.

На следующий день Людмила с малолетним сыном отправились в детский сад № * по улице Ленина. Шокировать работниц дошкольного учреждения.

Уже минут двадцать воспитательница с нянечкой недоумевали. Новенький уселся на коврик возле батареи и ни в какую не хотел оттуда уходить. Любая попытка подойти воспринималась им, как агрессия, и сопровождалась оглушительным визгом с попыткой укусить.

Первой пришла в себя более опытная нянечка.

– Давай не будем его трогать. Сам успокоится. Первый раз всегда так.

– Наверное, в ясли не ходил. Давай.

Пришло время завтрака.

Олежек сидел без звука, пялясь на других детей с лютой ненавистью во взгляде, как бешеный собачонок. В маленьких ручонках он отчаянно теребил игрушечного медведя, зло откручивая тому голову. Дети ели манную кашу, кривляясь друг перед другом и поглядывая на нелюдимого новенького с простодушным любопытством.

– Олег, пойдём завтракать.

– А-а-а!

– Всё утро орёт. Он у них разговаривать умеет?

– Не знаю. Как зверёныш. Точно в ясли не ходил. До чего дитя довели. Я такое только в спец.интернате видела. Я тогда юная была. Вот жути насмотрелась. Слава богу, долго там работать не пришлось. ТАМ они ещё хуже: ВСЕ воют и ВСЕ кусаются.

– Думаешь, он «того»?

– Ну, кто ж его знает? Вроде приняли, как нормального.

– Да уж.

А во время обеда в столовую ворвалась растрёпанная Олежкина мать.

– Почему мой ребёнок не ест? – заорала она пронзительно, кидаясь на нянечку и хватая ту за грудки, – У него желудок больной! У него кишечник больной! Сволочи, садисты!

– Успокойтесь, мамаша. Он нам не даётся. Посадите его за стол сами, – попыталась разрядить накалившуюся обстановку молодая воспитательница, но разъярённая фурия уже летела на неё, недвусмысленно закатывая рукава, – Это ты тут за детьми приглядываешь? Да за тобой бы кто приглядывал, сопля? Не даётся?! Не даётся он тебе?

Пользуясь заминкой, заметно расслабившийся в присутствии матери Олег привстал с коленок, смело поднялся во весь рост, поправляя штанишки, и направился к ближайшему столику с коварными намерениями. Хрясь. И тарелка с горячим супом опрокинулась на сидевшую за столом девочку с синим бантом. Благодаря небольшой высоте тарелка, упавшая на пол, не разбилась, а лишь приземлилась вверх тормашками с глухим звуком. Изрядно перенервничавший, настроенный решительно мальчик не стал теряться и тут же схватил другую, расплёскивая содержимое в разные стороны. Облитые супом дети захныкали от неожиданности.

– Стой, стой, не надо так! – всполошилась нянечка, подбегая к неугомонному пацанёнку и хватая того за мокрую руку, пытаясь остановить. На пол полетела вторая тарелка.

– Убери свои клешни от моего сына! – отвлекшаяся на Олега Людмила добежать до воспитательницы так и не успела. Та пугливо попятилась в сторону двери, собираясь позвать сторожа. Подобный инцидент у них в садике случился впервые.

Несколькими минутами спустя пожилой сторож еле оторвал взбесившуюся Людмилу от и без того негустых нянькиных волос и выдворил хулиганку на улицу. Вечером за ребёнком он велел приходить отцу или любому другому родственнику.

– А тебя в милицию сдадим, – добавил возбуждённый забавным происшествием мужик для острастки.

– Не имеете права! – зло фыркнула обиженная на весь свет Людмила ему в лицо, – Не имеете права! – орала она в окна детского сада, неловко задрав голову. Минут десять орала – не меньше, пока не затекла шея. А потом простая, не обученная дипломатии, деревенская женщина неожиданно успокоилась и ушла домой, в тепло. Отходчивая. Или просто замёрзла.

Больше психованную мамашу в садик не пускали и водить брата туда и обратно вменили в обязанность старшей сестре. Воспитательница рассказала девочке о Людмиле и её недопустимом для советской женщины поведении и попросила серьёзно с матерью побеседовать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.