Ма. Лернер – Все не так, как кажется (страница 11)

Естественно, к прибытию поезда опоздал. Сначала – вечные утренние пробки, затем пришлось искать место для машины. К моему появлению народ уже валил к стоянкам автобуса и такси, волоча за собой чемоданы и баулы. Возбужденная толпа, к счастью, перла из двух соседних входов. Осталось устроиться четко посредине и отслеживать приезжих, внимательно проверяя каждую подходящую женщину.

Мамуля появилась из здания вокзала в своем неизменном эффектном стиле. Платье настолько простенькое, что, подозреваю, от известного модельера. Спина прямая, взгляд поверх голов. Поступь – на манер королевы, которой и не требуется задумываться о низменных житейских мелочах. Носильщик с тележкой позади – простое приложение к красавице.

Она, без преувеличения, великолепна. Причем это не гипербола, мамуля тщеславна и не желает плохо выглядеть. В этом очень помогает ее специализация. Насколько мне известно, талант ее уникален – изменение внешности. Она может стать старше или моложе, подправить лицо, фигуру, цвет глаз и волос. Практически вылепить из себя что угодно в зависимости от настроения или предпочтений очередного мужчины, которого собирается захомутать и обчистить. Перестройка внешности могла занять от нескольких часов до недели и больше. Пластические операции тоже не делаются за пару минут, но здесь не остается шрамов и следов.

При необходимости способна превратиться в двойника кого угодно, чем изредка и пользовалась, но копировать чужих людей не очень любила. Дело муторное, для полного сходства требуется много часов труда, и невозможно серьезно увеличить рост или взять лишние килограммы неизвестно откуда, если образец заметно выше или полнее. Разве уж очень большой куш можно получить. В мужчину тоже не оборачивалась. Так я и не понял, сознательно, или имелись некие ограничения, как у всех наших талантов. Все же там другая физиология, не только внешние изменения.

Еще она никогда не шла на простейшую комбинацию – грохнуть кого-то и заменить собой. Хотя вполне могла. В юности какое-то время участвовала в борьбе с турками в чете[8], и на ее счету числилось несколько убитых. Только, в отличие от моего деда, своего отца, повернутой на счастье болгарского народа не была и быстро охладела к рискованным акциям, предпочитая хорошо жить. В ее понимании это иметь богатого мужа, исполняющего любые капризы. Ну а пока тот занят, весело развлекаться с другими мужчинами, готовыми дарить дорогие подарки. Иногда, казалось, она живет, повинуясь исключительно инстинкту и не задумываясь о последствиях. А они случались неоднократно, от скандальных разводов до попытки рогоносца застрелить неверную супругу.

Точно рассчитанным движением клюнула меня в щеку, изображая поцелуй.

– Узнал?

– Я всегда тебя узнаю́, – пробурчал без особой радости.

Потому что вижу не только глазами. А аура кардинально не изменяется. От меня не спрятаться не то что переодеванием или изменением прически, но и другим лицом.

– Вот в чем меня не упрекнуть, так в отсутствии талантов у детей!

– Можно подумать, это твоя заслуга.

– Ну не ваших же отцов, – очень логично возразила она. – Самые обыкновенные людишки.

Да уж, у всех нас разные отцы. Как в анекдоте. Все Вали, независимо от пола, и мать различает по отчествам. А заодно и по фамилии. Когда младшей маминой дочери исполнилось семнадцать, я только родился, а старшему ее сыну уже стукнуло сорок шесть. Общих интересов у нас никогда не имелось. Мы и собирались все вместе один раз. Ничего удивительного, уж слишком, помимо возраста, у нас разные таланты и устремления.

– Гены вам явно мои передались.

Не стоит думать, что, родившись в македонском захолустье, она осталась деревенской бабой. Как минимум имеется диплом медицинской сестры и посещение курсов Universite Libre de Bruxelles[9]. Это о чем точно знаю.

– Вот это твоя машина? – спросила мама без особого удивления, глядя на мой ржавый побитый «форд». – Звяр[10].

Какой есть. Не желаю жить за чужой счет. И абсолютно не мечтаю раскатывать по Москве на новенькой спортивной машине. Помимо полного отсутствия таковой сразу появится масса вопросов о причинах проживания в общежитии и о получении стипендии. Мне очень не хочется привлекать к себе внимание. Привычка – вторая натура.

– Кладите чемоданы в багажник, – приказала она носильщику.

Надеюсь, поместятся. Размерчик и вес у них основательный.

– Первое мое отчетливое яркое воспоминание, – сказал я вполголоса на французском в надежде на «высокую» образованность мужика с бляхой и тележкой. Такие обычно рекрутируются из деревни и образованием не отягощены, – ты меня будишь и, ничего не объясняя, тащишь в аэропорт.

– Ah m’sieur, donc vous parlez français? Mais quel plaisir![11] – воскликнула она издевательски.

В гимназии и университете давно не учат латынь и греческий. Зато изучают три европейских языка – английский, французский и немецкий. На уровне троечника любой, кто окончил больше шести классов, должен знать. Потому конспирация аховая на улице, но все лучше, чем ничего. Быстрый разговор без практики и отличники не всегда разберут.

– Лет пять мне было? – игнорирую насмешку, – По-моему, даже шестьсот тысяч франков, полученных в результате мошенничества, не стоят розыска полицией. Ты же до сих пор не рискуешь показываться в Бельгии и во Франции.

– Но ведь такая хорошая идея была, – невозмутимо ответила мамочка, расплачиваясь с грузчиком. Судя по его счастливым глазам, более чем щедро. – И сделали все чисто. Как они на меня вышли, – уже в машине пожаловалась она, – до сих пор не представляю.

– Тебе мало было собственных денег? – трогаясь с места и выруливая к выезду со стоянки, удивился я. Здесь движение интенсивное и надо быть внимательным.

– Ты так и не понял, сынок, – сказала она ласково, – жадных фраеров надо наказывать. Чем ювелирная фирма Cartier лучше десятков других, не имеющих столь знаменитого бренда? Да ничем! Удачный случай и громкая реклама. Собственно, как «Фаберже» со своими яйцами. Ах, их приобретали члены императорской фамилии! Давайте и мы чего хапнем у столь известной компании, – воскликнула с отвращением. – Отвратительный вкус был у Романовых. Но главное, любая другая ювелирная компания, создавшая вещь ничуть не хуже, не продаст за ту же цену никогда. Более того, одно клеймо на подделке, а таких яиц известно с полсотни, значительно повышает стоимость изделия.

– То есть восстанавливали справедливость?

– Ой, да что такое тридцать тысяч долларов? Мы могли взять в десять раз больше. Но не стали. Чисто поучить жлобов. Они нам еще должны быть благодарны за науку.

Это уж точно. Так признательны, что мама до сих пор в розыске. А это опасно, потому что отпечатки пальцев, к примеру, у нее не меняются, в отличие от внешности. Видать, не одна аура постоянна. Или в момент инициации мама не имела представления о таких вещах, а сейчас уже не перестроиться. Если все дело в подсознании, оно может выкидывать хитрые штуки. Вдруг она сама в душе от окончательного изменения, делающего ее кем-то иным, отказалась.

И ведь реально деньги ей особо не нужны. Достаточно поимела с мужей. Она щедрая по натуре, готова помочь нуждающемуся и храбра не меньше мужчины. При этом стоит ей чего-то захотеть, и тормоза моментально отказывают. Не задумывается о последствиях абсолютно. И не важно, что именно возжелала – мужчину, брильянтовое ожерелье или поездку на модный курорт. Она свое получит непременно.

– На какой сумме ты на этот раз погорела?

– Не выдумывай, – сказала мамочка величественно.

– То есть интерполы не появятся? Тогда что произошло?

– А повидать сына я не имею права?

Не верю, пусть и не Станиславский. Сроду она просто так в гости не заезжала. И с того случая до сего дня мамочка появлялась периодически раз в год на пару дней. По сути, еще реже. Вечно она была занята личной жизнью, и подросший ребенок мог невольно навести на сомнительные мысли о возрасте.

Правда, грех сказать, о дне рождения и разных праздниках помнила и присылала стандартные письма с частенько неординарными подарками. «Беретта M1951» на двенадцатилетие – отнюдь не самый замечательный. Поскольку драться на улицах приходилось часто, а стычки молодежных банд были обычным явлением в городе, с десяти лет я получил зал для занятий ОБО и персонального тренера.

Не знаю, где она выкопала Иштвана Серотоя, полувенгра-полурумына, объясняющегося на немецком с жутким акцентом, но ничего лучше со мной в жизни не происходило. Тренер никогда не был чемпионом, в негласной табели о рангах хорошо если в третьей десятке, зато действительно сумел многому научить. И основное правило – это должно быть не эффектно, а эффективно – вбивал в меня, не считаясь ни с чем. «Не лезь в драку, но, если началось, иди до конца. Жизнь – это такая же схватка, и нельзя оставлять за спиной недобитых», – повторял он снова и снова.

В не особо радостном настроении вернулся домой, выгрузив мамулю в приготовленной дядей Стояном квартире и сдав ему на руки. Семейный долг честно выполнил и поспешно свалил в больницу на практику. Ох, не к добру мамочкин приезд. Не верю во внезапно проснувшуюся любовь и желание пообщаться. Сроду она не страдала сентиментальностью. Даже религиозные чувства у нее были крайне странные. Мы все слишком неординарны, чтоб всерьез верить в истины, излагаемые священниками. В старые времена в долине были попы из собственного рода, которых ничем не удивишь и которые сами на многое способны. С распространением нашего рода по белу свету с этим определенно напряг.