Ма. Лернер – Перекрестки Берии (страница 44)

- Неприятно, - сказал Трубников после паузы, явно нечто в мозгах прокрутив, - но бояться не следует. Я не министр, но кое-что доходит. Маленкову и Берии нужна поддержка в ЦеКа. Если в РСФСР у них прямых врагов не осталось...

Иван кивнул, он помнил их беседы неплохо и расклад с убиранием с доски Жданова, Молотова, Абакумова, Вознесенского и Кузнецова. Все так и вышло. Не зря на похоронах Сталина Георгий Максимилианович речь произносил.

- ... то в республиках не все так просто. На этом этапе важен компромисс. Багиров и его люди теперь у них в кармане. А убирать всю головку Азербайджана перед съездом, вонь поднимется. Лучше получить подконтрольные голоса 'за'. Наверное некие трения имелись, раз Берия прежде поддерживал Багирова и вдруг... Вы ведь понимаете, что это предположение? - внезапно озаботился.

- Еще бы, - согласился Воронович. - Полагаете полезные кадры, способные накопать и на других еще пригодятся Лаврентий Павловичу?

Трубников демонстративно развел руками.

- Тебя арестовали из-за меня? - спросила Ирья прямо с порога, когда вернулся домой, проводив гостя.

Больше они ничего такого занятного не поднимали, особенно, когда жена вернулась и как положено хозяйке чай принесла. Возможно ничего такого она не имела в виду, однако, похоже, Трубников принял за намек. Мол, пора. Долго после не задержался. На прощанье напомнил о звонке, а на лестнице еще раз поблагодарил с пылом. Под конец аж прослезился от переполнявших чувств. Воронович к таким излияниям не привык и почти с облегчением запихнул гостя в вызванное такси.

- Нет, - отрезал Иван. - Чистое совпадение.

Он молча ждала, прислонившись к стояку и не пропуская внутрь.

- Честное слово. Я просто подвернулся совсем по другим причинам. Товарищ Сталин очень вовремя умер, а то б многие загремели, как в тридцатые.

Он протиснулся мимо жены, направляясь к столику.

- Может хватит? - спросила, когда налил в рюмку остаток коньяка.

- Вот допью и все, - максимально убедительно заявил Воронович. - Что такое бутылка на двоих взрослых мужчин?

- Итак, - усаживаясь в обычную позу, которая его не первый год ставила в тупик. Что за удобство, когда нога под себя. - Я ни о чем тебе не спрашивала, а теперь узнаю такое.

Четыре месяца на нарах за решеткой - это ж такая ерунда, хотелось сказать. На самом деле - нет. Можно сколько угодно утешаться, что от сумы и тюрьмы никто не застрахован, а испытать на практике приятного мало. Да было б реально за что! Кроме жены с чужими документами за ним числилось кое-что посерьезней. И не история с предупреждением Кедрова. Самая настоящая измена родине. Хотя он так и не считал.

Студилин был буквально одержим на поиске иностранных агентов. Все время требовал искать американцев и как националисты получают выход за кордон. Остальные копали на побережье, а вот он пошел совсем в другом направлении. И нашел. Все-таки, можно признать, хороший сыщик. И знает где и как искать.

Только совсем не то обнаружил, о чем мечтал начальник. Настоящий канал для ухода за границу, без всякой липы. Но не для агентов, а для желающих смыться из Союза. Через Литву и Польшу с Чехословакией во Францию и на Ближний Восток. И он тихонько оседлал связи. И не стал торопиться с докладом. Сначала не было мыслей ни о чем таком. Студилин бы всех загреб и получил орден. А здесь есть шанс на красивую комбинацию. Фактически появилась возможность подсунуть человека с нужной легендой для внедрения на Западе. И не одного.

- Оно тебе надо? Во многие знания есть многие печали.

- Я никогда не пыталась выяснить о твоих служебных делах, но промолчать о таком? Немножко неправильно, а?

- Ну, правда, никакой связи с твоей поездкой.

- Я вроде живу в этой стране и твоя жена. Имею право знать, что происходит?

- Происходило, - выпив коньяк, заверил. - Ситуация серьезно изменилась. Ей богу, что ты хочешь услышать? Раз в газетах не писали, значит советскому народу знать не положено.

- Я не народ.

- Армию шерстить начали, - мысленно плюнув, какая нынче разница, да и достаточно ума имеет, чтоб с чужими не трепаться. - Сначала авиационных генералов забирали, моряков трусили, потом за производственников взялись. Через них пошли к артиллеристам и танкистам. Огромное количество брака и военная приемка закрывала глаза.

- Но это ж справедливо? Они виновны?

- Ага. Когда берут за нарушение технологий или неправильное расходование средств. А вот когда шьют сознательное вредительство по заданию троцкистов или чьих-то разведок, совсем иначе смотрится. Параллельно гребут всех уже отсидевших срок и паяют антисоветскую пропаганду. Бывших пленных и партизан, пропущенных в свое время через фильтрационные лагеря с подтверждением отсутствия вины. Это я, к примеру. Сомнительных, но без доказанных свидетельств о сотрудничестве с немцами. Бывших эмигрантов. Это ты. Под гром фанфар о приоритете России во всех областях начинают гонять космополитов. ЕАК не просто разгоняют, многих сажают и к стенке ставят. Они все назначенные партией для втирания очков иностранцам и всю войну доили с них деньги. Теперь пойдут по процессу сионистов. Одновременно, за желание сделать отдельную русскую партию в ВКП(б), как есть в любой республики, хватают кучу народа в Ленинграде. Их было за что сажать, уж наслушался. Но то снова хозяйственные дела. Не враги, какие. А им клеят именно заговор. А там уж расходящимися кругами пойдет. Этот знает того, тот этого. Говорил нечто не вполне патриотичное? Да ты враг народа!

Он принялся вытряхивать из бутылки последние капли коньяка и опрокинул в глотку, недобрав до края рюмки.

- И в Эстонии вдруг обнаружились недостатки. А все почему? Попытка срыва колхозного строительства в ЦК республики. Затаившиеся буржуазные националисты. Что характерно, сплошь сняли бывших подпольщиков, а не советских, присланных после освобождения. Короче, к любому процессу из перечисленных, при желании, можно меня пристегнуть. С одними знаком, в другом участвовал, третьих вовремя не посадил и это подозрительно. Нам повезло, - сказал совершенно трезво. - Тебе, мне, Трубникову и всей стране. Проживи товарищ Сталин еще пару лет и сгноили бы в лагере новые тысячи. Десятки тысяч. Хотя нет, расстреляли б. Смертную казнь по просьбам трудящихся вернуть успели до похорон. Видать по инерции, но указ подписан.

- Не может один, даже Верховный, отвечать за все.

- Ну не знаю, чего в котелках у наших самых главных варилось. Но кое-какие выводы сделать не сложно. Абакумова сняли и моментально половину уже ведущихся дел тихо прикрыли. Новому министру процессы оказались не востребованы. Я потому и выскочил. Очень похоже Берия с Маленковым убрали опасного для них человека без санкции, потому что почуяли опасность для себя. Это классика, стратегия противовесов. Жданов тянет в одну сторону, Молотов и Берия в две другие. Я упрощаю, но Абакумов пришел на место Лаврентий Палыча, возглавив спецслужбы. И вдруг никого не осталось. Одни Берия с Маленковым. Выходит, они всех и убирали. Вознесенского, Кузнецова, Абакумова, Молотова. Не своим руками. Приносили компромат, к примеру. Но тогда Сталин в последние месяцы совсем в неадеквате был. Иначе б не решились. Или вообще, - он невольно понизил голос, хотя никто слышать не мог, да и без того говорил тихо, - реально яду подсыпали. Сразу после ареста министра МГБ, Иосиф Виссарионович дал дуба. Им за Бухаринами и Ежовами позарез идти не хотелось. Наш Вождь никого не жалел. Молотова и то убрал с постов. А сначала жену арестовал и ждал, станет ли просить.

- И стал?

- Говорят - нет. Побоялся. А мне правду не докладывают. Так, слухи.

- Тогда ты гораздо лучше, - задумчиво сказала Ирья. - Спрятал меня, понимая, чем рискуешь.

На самом деле все гораздо хуже, чем ей представляется. После перевода в милицию, о вычисленном канале за рубеж, так и не доложил. Оказалось, не зря. Если б его посадили, по отправленному Дагмар письму пришел бы сигнал. Псковский связник передал б Ирку с рук на руки и она ушла б по цепочке за кордон. Лучше так, чем всю жизнь бояться. Он собирался использовать втемную всех. Не понадобилось? И слава богу. Риск все-таки немалый и статья расстрельная. Но не жалел. Как говорил Пряхин, свои родные ближе любой идеологии. Потому что они родные и Родина моя в них. И Дагмар дом отдал не потому что согласилась выполнить просьбу, все одно не понадобилось. Просто должны где-то жить ее найденыши, а пустая изба долго не стоит.

- Ага, - сказал вслух. - Я самый лучший. Только тапки все одно не надену.

На звонок телефона оба невольно вздрогнули. Ирья посмотрела на аппарат, как на ядовитую змею.

- Да, - сказал Иван. - Я. Слушаю. Ага. И зачем? Понял.

В глубине души он чувствовал облегчение. Чтоб не ждало впереди, но решение приняли. Теперь дадут новое дело.

- Что? - спросила жена.

- С работы. Завтра явиться к 8.00 при полном параде к Шкирятову.

- Зачем?

- Направление на новый фронт работ.

- Опять надолго?

- Вроде в Москве. И тон такой, знаешь, хоть и деловой, но поздравительный.

- Генерала дадут!

Шутит - это хорошо. Неприятная тема ушла. Успокоилась.

- Ага, сразу с двумя орденами в нагрузку к звездам на погонах.

Кто хочет полностью читает аннотацию к странице. Не к этому тексту, а общую на главной.