Ма. Лернер – Дорога на Землю (страница 37)

— Стоять! — еще более грозно крикнул патрульный и выстрелил в воздух. Опять ноль внимания.

— Все, — сказал я, — поехали. Уезжаем, нечего людям мешать. Теперь не отвертится. Очередной оборотень в погонах проявил гнилую сущность. Стрельба по людям, даже если никого не зацепил, пришибленный охранник и неподчинение приказу. Запросто может сесть, а уж отдел внутренних расследований непременно займется чистотой рядов.

— И все-таки что вы с ним сделали, что он так...? — садясь в машину опасливо поинтересовался Рафик. Наконец среагировавший на стрельбу ментяра повернулся и пошел на патрульных с нехорошим выражением лица.

— Черная пыль, — лаконично ответила Черепаха. Машина резко дернулась, потом выровнялась и завернула за угол, оставляя за собой гладиаторские бои.

— Вы что спятили? — с изумлением спросил Рафик. Где-то в стороне ресторана знакомо выстрелил одиночным калаш. Потом еще раз. Похоже, командную речь излишне возбужденный мент не воспринимал, и останавливаться не собирался.

— Совсем маленькая доза, — успокаивающим тоном, объяснила Черепаха. — Через два часа в крови ничего не найдут, а так ничего страшного.

— Так не проще было ему ноги в подворотне переломать? Он же в том ресторане мог кучу людей не за что поубивать.

— Это не наш метод, — пробурчала Черепаха. — Расследование, друзья обиженного суетятся, свидетели, найдут отпечаток его ботинка, — показывая на меня...

— У меня очень хорошие сапоги, — возражаю.

— Определят рост по следу, — не обращая на меня внимания, продолжает, — и отсутствие паспорта...

— Чего? Какой паспорт по следу?

— Короче, — нетерпеливо говорит Черепаха, — он сделал все сам. Сам себя утопил по полной программе. А по соседству стоял специально приглашенный молодой паренек, и прекрасно видел, что Гном имеет к этому отношение. Что и требуется. Как, ему не понять, но что это сделали мы, он прекрасно сообразил. Зашли, вышли, потом началось представление. Кривой будет доволен.

— К вам очень сложно попасть на прием, — пояснил я. Адвокат вежливо улыбнулся. — Дело в том, Кирилл Иванович, что без личной встречи никак было не обойтись. Есть интересная информация про 98 год. Там еще фигурирует железнодорожная станция, исчезнувший нож в крови, дача двухэтажная...

Я продолжал молоть языком, внимательно отслеживая реакцию собеседника не особо задумываясь о том, что именно говорю. Все равно я понятия не имею, о чем собственно речь идет. Выучил как попугай, под гарантии, что пригодится.

Моя многоумная жена в свое время получила очень странное образование. За неимением в ближайших окрестностях школ с утвержденной программой обучения она воспитывалась дома. Вместо учителей у нее была пестрая компания, состоящая из родителей и меченых самых разных профессий. Ее старшие братья пошли получать практический опыт жизни уже лет с двенадцати, а она нет. Может, потому что единственная девочка в семье. Тем не менее, необходимый в наших краях опыт поножовщины, стрельбы по живым целям, и практические навыки выживания в Диком поле она получила в таком объеме, что не каждый рейдер имеет. Даже ходила в походы.

Мать строго следила за воспитанием, и Дашка говорит на хорошем русском литературном языке. Сама Зося при этом разговаривает с хорошо заметным акцентом, но старательно следила за речью дочери. Правда, однажды Даша, общаясь с экипажем баржи, сорвалась и выдала такой текст, что даже русские открыли рот в изумлении, но больше я такого не слышал. Держать себя в руках при посторонних она умеет прекрасно.

Зато отец у нее выдал шедевр педагогической мысли. С детского возраста он подробно объяснял дочке, что и почему сделал. Включая разные не слишком приятные сведения об убийствах и кидках. Почему надо себя вести так, а не иначе, кого можно спустить с лестницы, кого тихонько закопать, а кого и с уважением встретить и проводить. С подробным пояснением почему.

На самом деле мокрух за Кулаком не слишком много числится, но руководить коллективом, в котором за две сотни не всегда приятных людей, если меченых так можно назвать, и еще двумя десятками разнообразных предприятий, с посторонними работниками не так уж просто. Быть в доле еще в не меньшем количестве заводиков и фабричек, и при этом иногда не продемонстрировать не слишком приятные стороны характера можно только в сериале. Постоянный контроль ситуации и готовность ответить на наезд еще худшими действиями доброту не вскармливает. Так что по каждому случаю он с Дашкой делился подробностями и объяснял, почему так, а не иначе. Она у него вместо жилетки для проливания слез была. С остальными, насколько мне известно, так не откровенничал. Пару раз даже винился за неправильное поведение и объяснял, как на самом деле было лучше поступить.

И несколько раз объяснял, почему не взял в Форт жить просителя, а вежливо послал. Кулак был очень неплохим интуитивным психологом, но еще и изрядно помогало это его странное умение узнавать о прошлой жизни. Дашка утверждала, что он мог видеть только очень яркие воспоминания. Вот только такие бывают, ага, в экстремальных случаях. Очень хорошее или очень плохое, причем часто по поведению в стрессе видно, что человек из себя представляет.

Даша мне так и не рассказала, что он ей поведал в очередном приступе красноречия и про кого, но когда встал вопрос о пребывании на Земле, убежденно сказала: «Кирилл Иванович Плотников сделает все, что ты ему скажешь, но его нельзя ни в коем случае доводить до отчаяния. Может укусить. Обязательно оплатить услуги и никогда не напоминать второй раз. Он все и так прекрасно помнить будет. Как раз тот, кто нужен, он такими делами и раньше занимался». Это при том, что адвокат нашу планету не посещал и все это явно от кого-то другого пришло.

Да, подозревать его в попытке кинуться меня душить в ярости руками не стоило. Вся холеность испарилась моментально, он потек. В буквальном смысле. Пот так и струился ручьями по лицу, и что особенно интересно, пахло не страхом, а обреченностью и полной безнадегой. Было ощущение, что если я ткну пальцем в сторону окна и скажу «Прыгай!», он так и сделает, совершенно не раздумывая.

Я торопливо налил в стакан воды из хрустального графина и подал несчастному адвокату. Он, громко глотая, выпил и со стуком поставил стакан на стол. Рука дрожала. Что там все-таки такое было? Неужто обычное убийство? Велика важность...

— Я не собираюсь вас шантажировать, — пояснил я, — тем более кому-то рассказывать. Мне нужны твои, — переходя на «ты» объясняю, — услуги. Официальные бумаги, счета, возможность работать с банками без необходимости платить излишние налоги. Такому известному специалисту по финансам и налоговому праву будет легко мне помочь. — Я попытался объяснить, что именно мне надо. С каждой фразой Кирилл Иванович на глазах успокаивался. Защелкали шестеренки в мозгах, и на выходе появилась резолюция. Опасности нет.

— Я так понимаю, — сказал он, — нужно обеспечить возможность перевода денег, которые, — он замолчал, подыскивая слова, и продолжил, — приобретаются несколько неофициальной деятельностью, могущей вызвать вопросы у властей. — Я, соглашаясь, кивнул.

— Собственно ничего особо сложного. Требуется обеспечить сотрудничество с заграничными банками, вне зоны контроля различных налоговых ведомств. — С каждой секундой его речь становилась все увереннее, адвокат был в своей родной стихии. — Проще всего это сделать в Азии и на островах Карибского моря. В принципе, передача товара происходит одновременно с переводом оплаты. При наличии в современном мире такой вещи как Интернет — это стало одним из легкодоступных способов. Перевод денег подтверждается через Международную межбанковскую систему совершения платежей. Отозвать такие деньги задним числом в нарушении сделки уже невозможно.

Мы создадим, — это хорошо, подумал я, что уже «мы», — пару оффшорных компаний. Попутно для гарантии часть сумм лучше всего перевести после соответствующих процедур по обеспечению невозможности отследить начальный источник на вклады в солидные банки в Швейцарию, Лихтенштейн. Можно даже вложить деньги в серьезные компании с невысоким доходом, но без риска. Это будут совершенно чистые средства, на случай, если возникнут осложнения.

— Вы, простите, имеете дело с наличными?

— По-разному, — улыбнувшись ему, согласился я, — пара чемоданов с наличкой имеется, но будут и обычные переводы.

Где-то на периферии сознания, у него явно появилась мысль о дополнительном постоянном доходе от лоха с большими деньгами. Потом всплыла еще одна, типа мафия шутить не любит, слишком уж похожа была ситуация на приход разжиревшего на наркоторговле среднего уровня деятеля с набитыми мелкими купюрами карманами. У крупных боссов давно имеются свои счета, а мелким это ни к чему. Мысли я читать не умею, но запах не спрячешь, надо только потренироваться, и некоторые реакции хорошо заметны.

— Сколько нужно времени, — поинтересовался я, в задумчивости покрутив рукой, — чтобы все оформить.

На лице Кирилла Ивановича появилась неопределенная улыбка.

— Все зависит от того, когда я увижу деньги. В среднем все занимает где-то три-четыре недели. Придется поездить или можно подписать прямо здесь в присутствии представителя другой стороны. Сами бумаги не более часа. Раз и готово, но предварительно надо будет подготовить.