Ма. Лернер – Дорога на Землю (страница 17)

Кстати, — бормочу себе под нос, набирая номер на телефоне,— насчет межвидовых взаимоотношений, — хорошо, что напомнил.

Eric, Jy kan nie sê?

— Это ты по-каковски? — удивленно спросил Доцент.

— Это я не тебе, — поясняю, — нечего подслушивать. Очередная страшная тайна.

— Пойдем домой, — сказала Старшая, — пусть решает свои вопросы с родезийцами.

— Можешь нормально говорить? — спросил я. — Никого рядом нет?

Интересный тип был этот самый Эрик Фриздербильт или Fries-der-Bilt или еще как. Если говорить на африкаанс я мог нормально, то с правописанием были большие проблемы. То ли через черточку, то ли слитно. Дословно это переводилось как Фриз, в смысле имя, происходит из города Билта. Только произносилось, одним словом и считалось фамилией. Фриз было именем очень далекого предка.

Род его был многолюден и богат, во всяком случае, так говорили. Проверить пока возможности не было, проживали они в Южной Родезии и ЮАР. Две ветви одного семейства, поддерживающие постоянные контакты.

Кто-то на нашей планете знает, где расположена Южная Родезия? Да никому не интересно и ничего в этом странного. Не наши дела, все это осталось на Земле. Так даже в Клане почти никто не подозревает, чем отличаются по происхождению Иван от Рафика. А вот мне пришлось постигать тонкости общения с разными народами, проживающими в Федерации. Что отличает бура от израильтянина, а индейца от американца? Много разных отличий.

Все они при желании могут общаться между собой по-английски. Старшее поколение уж точно, но категорически не желают. Они поголовно имеют различного рода претензии к США. Поэтому как раз английский мне нужен в последнюю очередь и, тем не менее, выучил. Не мучаясь с преподавателями, а как обычно с помощью Черепахи. А еще они иногда ведут себя совершенно по-разному из-за разных привычек, принесенных с Земли. Со вторым поколением различие уже сглаживается, но все равно имеется.

А вот в начальниках ходит все больше первое поколение и приходится с ними отношения налаживать. Пришлось и по истории стран отбытия книжки почитать. Ввернешь что-нибудь одобрительное про Яна Смита или гадость про Обаму, прямо расцветают на глазах и готовы обнимать. Конечно, им приятно, собственным детям про саммит в Шарм-аш-Шейхе ничего не известно, а я вот знаю. Слово саммит не знаю толком, что означает, просто по смыслу догадался, а вот город выучил.

Эрика сильно достали негры. Судя по тому, что я читал, его претензии были не напрасны. Насильственное изгнание с земель, которые белым принадлежали десятилетия, если не столетия, сильно влияет на желание жить дружно. Он даже расплевался с собственной семьей, которая ни в какую не желала покидать насиженного места, и с группой сторонников отбыл к нам. В смысле на другую планету, а не ко мне в гости.

Здесь он осмотрелся и пришел в ужас. Негры успели прибыть первыми. Правда, они были зеленого цвета и двухметрового роста, а также полутораметрового роста и почти белого цвета, но в Африке тоже попадались разные мелкие бушмены цветом далеко не похожие на начищенные солдатские сапоги, так что цвет кожи орков и клыки, торчащие из пасти, роли не играли. Однохренственно — негры, с копьями и в набедренных повязках.

Да и тенденция очень напоминала оставленную Землю. Их было больше и с этими даже общих детей не будет. Лет через сто вполне можно было ожидать прихода Национально-Освободительной армии с калашами и мачете. Мужик был красноречивый, и что называется с харизмой. Своими проповедями и активными действиями многих увлек, но переломить ситуацию в котловине и избавится от принятия на работу нелюдей не смог. Тогда и родилась идея трека. Бурам было не привыкать, один раз они переселялись в далекие времена по Африке, потом проделали это с планетой. Теперь желали уйти в дальние края и жить сами по себе. Не все буры, некоторым переезды уже обрыдли, но достаточно много.

— В виде мобильника твои изделия лучше, — ответил он мне. — Прижимаешь к уху, и никто не слышит, но я все равно дверь закрыл. Тема уж больно деликатная. А носить телефон можно и на шее, контакт с телом сохранятся. Ты выяснил?

— Да, — подтвердил я. — Есть возможность переслать письмо. Вернее на диске все сразу и текст и видео и фотографии. Но все имеет свою цену и не всегда она выражается в деньгах.

— То есть, — хмыкнул он, — ты разделить на двоих взятку не предлагаешь?

— Это мои проблемы, но вот если что придет по специальному заказу, ты передашь это мне. И вопросы задавать не будешь, все равно не отвечу.

— А сроки?

— Ты слишком много от меня хочешь. Пока туда, пока обратно, и насколько быстро они соберутся. Тем более захотят ли вообще, никаких гарантий. В любом случае, сюда приходят с памятью о прошлой жизни, весточку получишь, а дальше как карта ляжет.

— Все остальное остается в силе?

— Как договаривались. Климат тут вам привычный. Тёплое влажное лето 21-27˚С, прохладная сухая зима 13-17˚С, и жаркая сухая весна 30-40˚С. Дождей в сезон много. Проводников получишь, только есть вероятность, что я буду временно недоступен. Все вопросы к моему Вожаку, он в курсе. Будешь говорить с ним на вашем всеобщем языке, африкаанс он не знает. Все, что с той стороны реки, нас не касается. Если будет необходимость по ней граница. Крысы ваша проблема. Непременно набеги будут.

Он сухо рассмеялся.

— Еще первой мировой войной доказано, что против пулемета ничего не поможет. Пусть приходят, хоть толпой, хоть армией, будем штабелями трупы укладывать. Старых ошибок я повторять не буду. На наших землях даже потенциального врага быть не должно.

— Знаешь, — помолчав, спросил я, — а вот как насчет нас? Мы ведь тоже далеко не буры, да и на людей похожи только внешне. Библию тоже не уважаем. Завтра тебе захочется еще и нас как крыс, а? Так мы тоже с пулеметами, да кое-что калибром побольше имеем.

— Мы с тобой уже третий год знакомы? — риторически спросил Эрик. — Не говори ерунды. Пусть идиоты из «Чистой крови» кричат про расизм и высшую нацию. Мы не лучше и не хуже, чем другие. Мы не ставим себя выше и не желаем, чтобы нас ставили ниже. Поэтому и уходим. Жить самим, не оглядываясь на других. Что из этого выйдет никто знать не может, но я хочу сохранить свой народ. Никто не знает, чего добиваются эльфы, отправляя нас сюда, но это шанс.

Двадцать с лишним лет мы прожили рядом с оборотнями. И на ваш Клан я тоже посмотрел внимательно. Не ангелы вы, иногда достаточно неприятные типы, но у нас очень много общего. Вы хотите того же — сохранить себя, не растворившись в общей массе. Принять чужих — да. Признать их власть над собой — нет. Нам нечего делить.

А что касается того, что вы не буры, то мы потомки голландцев, французов, немцев, ирландцев, фламандцев, валлонов. Народы рождаются, живут и изменяются. Если кто-то из оборотней захочет жить с нами, в этом нет проблемы. Но между общинами у нас граница. Вы живете с одной стороны, мы живем с другой стороны реки. Договор есть договор. Так устраивает?

— Я тоже знаком с земной историей, — отвечаю. — Договора существуют, пока выгодны обеим сторонам. Как у одной появляется преимущество в технологии или численности, она находит массу причин считать договор недействительным. Тебе я верю, но ты не бессмертный. Постарайся вбить в голову остальным — не надо нас провоцировать на силовые действия, результат может вам сильно не понравиться.

— Вот и договорились. Встретимся при подписании официального договора. До встречи, — и он отключился.

Если не можешь остановить, лучше не становиться на дороге, а возглавить движение. Они бы все равно пошли в нашу сторону, так не стоит ставить палки в колеса и иметь дело с озлобленными переселенцами. Земель пока много, нам всем хватит. Будут Эрику и проводники, и бойцы при необходимости. Пусть чувствует себя обязанным и помнит, кто ему помог. Не самый плохой союзник. А родственники его на Земле, если он не привирает, а вроде такой привычки за ним нет, мне пригодятся.

Чтобы дети не мешали, мы перебрались на верхний этаж. Места там не слишком много, зато спокойно. Сегодня была не вполне нормальная ночь. Недолгие разлуки крайне положительно влияют на семейную жизнь. Дашка начала ко мне активно сексуально приставать. Только отдышался от соревнования кто кого загоняет, а она уже лезет сверху и целует грудь, прекрасно чувствуя мою реакцию голым животом.

— А может нам пора отдохнуть? — спрашиваю. — Выспаться тоже не плохо будет перед дальней дорогой. Просто такое маленькое удовольствие почувствовать под боком знакомое тепло и приятный запах жены.

— Вот оно! — восклицает Дашка. — На самом интересном месте! Какая наглость! А нет ли здесь еще и подозрительного поведения? Чем ты там занимаешься на этой Земле? Мало мне было этих крыс в течке, так я теперь вообще проконтролировать не могу, что ты там вытворяешь!

— Нет, — давясь смехом стону я, прикрываясь от кулака, — я не буду больше сопротивляться. Ты должна непременно все узнать, ведь ты моя жена. У меня уже давно не было женщины и подозрения твои беспочвенны. Эти землянки выливают на себя полфлакона духов, и я даже приблизиться к ним не могу, чтобы не расчихаться. И вообще, приказа от Лехи не было, на подобные развратные действия. За что? — взвыл я от очередного удара. — Все, мне это надоело. — Я рывком поворачиваю Дашку задом к себе, она стоит на коленях, опираясь на распрямленные руки, я вхожу, наклоняясь вперед и обнимая ее.