Ма. Лернер – Делай, что можешь (страница 7)

Глава 3

Возвращение «домой»

Поход домой в сопровождении отца оставил массу новых впечатлений. Больница находилась в центре города, и особняки с магазинами, где огромные зеркальные витрины и все внутри видно, произвели немалый эффект. Ничего подобного прежде видеть не приходилось. Все нужное всегда можно заказать заочно, не посещая лично заведения торговые. Конечно, есть места, куда жены ходили регулярно, но это все в жилых районах, чтоб не ездить. А тут все наоборот. Зато приличного супера на несколько этажей с подъемником ни одного.

Отец рядом недовольно бубнил, но его речи пропускал мимо ушей. Хватило же дури белохалатникам поделиться с папашей историей о найденных часах. Золото его поразило в самое сердце. Правильно было положить в карман, с его точки зрения, а не возвращать дохтуру. Тот и так получает много. А нам бы пригодилось. В ломбард (причем Ломбардия итальянская) сдать, неплохо вышло бы. До меня не дошло, в чем ценность данного метала. Вроде монеты из него уже давно не делают, и у нас особо не ценилось. Украшения всякие, так это для женщин, и то им подавай нечто оригинальное, с камушками. Простое золото никому не интересно. Надо уточнить, чтоб не влипнуть. Впрочем, не стал бы воровать, и знай, насколько вещь ценная. Такое знакомство и реклама могли пригодиться в будущем, а отец все одно пропьет и толку никакого. Потому не слушал нудные причитания, продолжая крутить головой по сторонам.

Особо удивительным оказалось заведение, выставляющее изумительные картины. Никто давно не пишет кистью, и уж точно не настолько реалистично. Вот фотографии нисколько не удивили. Навидался при подготовке и черно-белых, и цветных. Зато отметил нехороший признак. Люди одеты по-разному, и это что-то должно означать. К сожалению, историю костюма не изучал и не уверен, что таковая существовала. Хотя на что только гранты не давали! Жаль, не догадался поспрашивать.

К странным одеждам слегка притерпелся и не удивлялся. Более того, достаточно быстро начал различать отличия у прохожих. На многих форма разного вида. Хоть в данном отношении ничего нового. Все ж люди остаются людьми и норовят выделиться перед нижестоящими внешним видом. Потому отдельная категория непременно с белыми воротниками тоже на нечто неведомое намекала. Точно не простой люд, а рангом повыше.

Народец победнее был представлен разнообразными вариантами отцовой и надетой на меня одежды. Поддевка из простого черного или темно-синего сукна, рубахи с косым воротом белые, синие, красные, но не ярких цветов, подпоясанные широким ремнем, сапоги и картузы с козырьком, иногда блестящим. Материал опознать не сумел, но уже не особо удивился. Перегорел от количества новых впечатлений. Вокруг столько чудес, что новые воспринимались с немалой долей равнодушия. Ну, еще одно. Плевать.

Дорога покрыта некой черной субстанцией. До пенобетона еще не додумались, это и так знал. Поскольку у некоторых домов сохранилась булыжная мостовая или каменные плиты, затруднений, для чего асфальт, не вызвало. Коляски не трясет, и они не стучат по ночам, проезжая мягко по ровной поверхности. Всякого рода транспорта с конями достаточно много. Теоретически я все знал, но столкнуться на практике достаточно потрясно. Лошадь на улицах давно уже мифическое животное, располагающееся где-то между древними римлянами и драконом. Даже в Африке они мне не попадались. Коров и коз – да, видел часто, ослов пару раз, верблюды кое-где нормальное дело, но никто уже не ездит верхом, кроме настоящих аристократов, к которым не отношусь.

На удивление грузовики почти нормальные, хотя и незнакомых марок. Всего парочка проехала, но составить впечатление можно. Один парень пронесся мимо на двухколесном уродстве, воняя из трубы сзади черным дымом. Про заботу об экологии и жуткие штрафы здесь пока ни сном ни духом не знают. Лет через двадцать от смога дышать станет нечем. Но это ладно, а шум какой! В первый раз всерьез испугался и выслушал снисходительные успокаивающие речи от отца. Похоже, Николке отсутствие глушителей тоже не нравилось, и тот не удивился реакции.

Каким образом они передвигаются на мягких колесах, было категорически не ясно. Из того самого привычно убаюкивающего бормотания ровным счетом ничего не понял. «Шины», «форд», «шофер» и прочее отсутствовали в моем новом и старом словарном запасе. Вот что четко усвоил, так это необходимость смотреть по сторонам, переходя улицу. Носились эти штуки далеко не с бешеной скоростью, но все ж могли выскочить из-за угла внезапно, и как быстро остановятся, неизвестно.

На улицах повсеместно стояли высокие тумбы цилиндрической формы, все увешанные какими-то плакатами и рисунками. С первого взгляда ясно – орфография не соответствует. Вроде бы русский язык, но не дореволюционный и не послереформенный. Я все ж кое-что читал и представление имею. Пусть самое общее, но кириллицу разбирал, когда письма приходили на «клипсу» от российского центра, с которым сотрудничали. Сознательно просил не на английском или немецком писать. Готовился. Яти в этих текстах были, но не в конце каждого слова. И что-то еще смущало, сразу не сообразил, а торчать перед объявлением отец не дал. Я окончательно перестал понимать, куда угодил, и решил оставить изучение на потом.

Достаточно скоро дома стали заметно хуже, дорога выложена булыжником, а солидные с виду господа исчезли. Как неудивительно, крепостной стены не обнаружилось. Или в двадцатом веке их не было? А как же Кремль? Опять странные непонятки.

Отец целеустремленно шагал вперед, но вместо дома завернул в полуподвальное помещение. В задымленном табаком до висящей в воздухе завесы, заставившей скривиться, помещении за грязными столами сидели несколько человек. Отца они приветствовали как хорошего знакомого. Через минуту на столе стояла дополнительно парочка больших кружек пива, а из маленькой бутылочки (наличие везде изделий из стекла уже не вызывало реакции) в них что-то прозрачное добавляли.

– Ну, дай ты ему, – сказал один из сидящих за столиком, заметив мой взгляд. – Большой уже.

– Не, пива хватит, – отрезал отец, подсовывая одну из кружек. И они заговорили на вечные темы дороговизны, угрозы понижения жалованья из-за убытков на предприятии.

На вкус напиток оказался неплохим. Ожидал гораздо худшего. Опять несовпадение с историческими сведениями. Пиво в прошлом не должны фильтровать, как мне кажется, и обязаны разбавлять водой. К тому же оно содержит алкоголь и высококалорийное. Не рекомендуется к употреблению.

Поскольку разговоры были малопонятны, обсуждали некое событие в столице под названием «демонстрация», соседи громогласно призывали «за отчизну» и норовили нечто спеть, тут же забывая, я отхлебывал потихоньку и продолжал размышлять о своем. Конденсатор магии создается отнюдь не из драгоценных камней. Чаще всего из очень специфической керамики.

Самый хороший профессионал помнит об ограничениях по части использования энергии, если не мечтает скончаться в скором времени. Артефакты позволяют, грубо говоря, самому не обжечься, накапливая заряд. В простейшем варианте это конструкция из добытых из руды при помощи добавления присадок с воздействием энергией (совсем не просто) двух пластин, разделенных изолятором. Правильно иметь многослойный, с чередующимися слоями. В теории он может иметь любые размеры. На практике создают для носки с собой, хотя возможен и стационарный. Более того, именно при помощи такого и отправился сюда. Причем создал нестандартный, чем немало гордился. Юи может накапливать живой организм? Два года опытов с водорослями, и вышла очень специализированная хлорелла, позволяющая манипулировать огромным количеством энергии, не завися от привычных конденсаторов.

На том и погорел. Кто-то из завистников засек работу, не относящуюся к тематике института, и доложил наверх, заподозрив невесть в чем. Ничего удивительного. Некогда в Евросоюзе после нескольких неудачных попыток нащупали правильный метод. Вывели высокоурожайные сорта полезных растений. А затем, как водится, облагодетельствовали Африку, чтоб дать им возможность кормиться на месте, а не лезть через границу. И все было прекрасно, пока на истощение почвы не наложилась трехлетняя засуха с зимними холодами на окраинах и неумение правильно работать с подаренными сортами. В результате целая серия локальных войн с геноцидом и прочими радостями. Я застал уже самый хвост, но и того хватало. Зайдешь в деревню, а там всех убили. Армия освобождения чего-то и здесь чужое племя.

– А, – сказал еще один посетитель, осмотревшись, – Ермолай.

Отец поднял голову.

– Петр Федорович. – В тоне было почтение.

– Трубы поменять нужно.

– Это я завсегда с удовольствием, но на месте смотреть надо. Может, там работы на три копейки, а может, и на тридцатник новыми рублями. Или одному не справиться.

– Не обижу, – отмахнулся приглашающий.

– Только мне сына домой отвести надо сначала.

– А, тот самый… Не затягивай, – отрезал. – Спровадишь и ко мне мухой. Найти другого, – он щелкнул пальцами, – еще быстрее. – Повернулся и вышел.

– Пойдем, – сказал отец, торопливо допивая содержимое кружки.

– Заходи потом, – пригласил один из собутыльников, явно напрашиваясь выпить за чужой счет.