M. Wanda Black – Серая ведьма: когда мир замер (страница 14)

— Вы что-то от меня скрываете, что ли?

И обняла Мию. — Ты доела? — спросила Нинель.

— Всё съела, — ответила Миа.

Нинель поцеловала её, подняла на руки и закружила. Несколько оборотов, почти танец. Потом, всё ещё в этом странном вальсе, они сели в Dodge и поехали.

Каин показывал дорогу, но думал только об одном: лишь бы Вика молчала.

Нинель закурила. Одна рука на руле, другая на коробке передач. И она запела, спокойно, почти весело:

Пусть говорят, что я монстр — беда,

Я не предам свой девиз никогда.

Тонкий мой юмор как яд на губах,

Я не узнаю, что значит ваш страх.

Я — это шторм и покой,

Мир не видал ещё леди такой.

Она улыбалась.

В этот момент из багажника выскочили миниганы. Миа силой мысли изменила реальность.

— Что-то с колесом, что ли? — сказала Нинель.

Она остановилась и вышла, наклонилась к колесу. Миниганов она не видела.

Миа воспользовалась моментом.

Она ворвалась к президенту.

— Что это? — спросила она.

— Лазерный луч, — ответил президент. — Он распознаёт речь.

— Уберите солдат, — сказала Миа. — Иначе я сброшу маску. Или вы до сих пор ничего не поняли? Вы хотите, чтобы она сожгла мир? Хватит проверять её на прочность. Она сильнее всех армий мира. Или вы всё ещё не поняли?

Луч прервался. Миниганы исчезли.

— А что она поёт? — спросил президент. — Она нам угрожает?

— Ей хватит пяти минут, чтобы вы замёрзли в ядерном аду, — ответила Миа. — Не смейте её провоцировать.

Для Нинель это всё оставалось обычной машиной на обочине.

Миа вернулась в тело.

— Ну как? — спросил Каин.

— Да идиоты, — ответила Миа.

— Понятно, — сказал Каин и вышел из машины.

— Нинель, всё в порядке, садись.

Она села.

И они поехали дальше. Экстренная видеосвязь собрала тех, кто обычно говорит через санкции и ультиматумы. Америка, Россия, Китай, Франция. Камеры включились почти одновременно, и на секунду повисла тишина, в которой было больше напряжения, чем в любой речи.

Американский президент заговорил первым.

Он не спорил. Не торговался. Он сразу обозначил факт.

— Мы признаём, — сказал он, глядя прямо в камеру, — что у России на сегодняшний день лучший гиперзвуковой арсенал. Самый быстрый. Самый трудно перехватываемый. Это не предмет дискуссии.

Российская сторона никак это не прокомментировала. Просто кивок. Как будто речь шла о погоде.

— Проблема в другом, — продолжил американец. — Нинель. Одна. С потенциалом, который не поддаётся классическим моделям сдерживания. Нью-Йорк уже в панике. Рынки трясёт. Люди чувствуют, что контроль ускользает.

Он сделал паузу.

— Я считаю, что её нужно уничтожить. Но не в одиночку. Если мы будем действовать разрозненно, она обойдёт нас всех.

Китай долго молчал, затем согласился участвовать при одном условии: никакого ядерного оружия.

Франция поддержала сразу.

Россия ответила коротко: ядерный сценарий исключён.

Пока что.

Решение было принято. Не война, а объединённая операция. Флоты начали движение. Американские авианосцы, российские корабли, китайские соединения — всё шло к одному региону. Спутники работали без пауз.

А в это время Нинель ехала.

Мия сидела рядом, вытянув ноги на приборную панель.

Каин вёл машину, не включая музыку.

Заправка на трассе. Запах бензина. Кофе в бумажных стаканах. Придорожное кафе, где никто не задаёт лишних вопросов. Они ели медленно, будто торопиться больше было некуда.

— Они уже договорились, — сказала Мия, не поднимая глаз.

— Да, — ответила Нинель. — И признали очевидное. Это их немного злит. А я чувствую угрозу.

Каин усмехнулся.

— Люди не любят, когда признают чужую силу. Особенно публично.

Они поехали дальше. Дорога становилась пустой. Связь начала пропадать. Перед самым въездом в аномальную зону спутник сделал снимок. Чёткий, резкий. Координаты ушли наверх. Теперь весь мир знал, где она.

Они въехали — и мир изменился.

Не резко. Мягко. Как будто реальность слегка съехала в сторону.

В аномальной зоне дни не считались. Солнце вставало иначе. Тени вели себя неправильно. Ветер иногда дул изнутри, а не снаружи.

Они жили просто. Костёр, который не обжигал. Вода, которая на вкус была разной каждый раз. Сон без снов.

Они разговаривали.

— Если они войдут сюда флотами, — сказал Каин, глядя в пустоту, — техника станет бесполезной.

— Не сразу, — ответила Нинель. — Сначала они потеряют уверенность. Потом — логику.

Мия смотрела на неё внимательно.

— Ты ведь понимаешь, что они не остановятся?

— Понимаю, — сказала Нинель. — Но и я не собираюсь нападать первой.

Иногда они смеялись. Иногда молчали часами. Аномальная зона принимала их без сопротивления, как будто ждала именно этого сочетания.

— Забавно, — сказала Мия однажды. — Снаружи они собирают флоты. А внутри — просто тишина.