М. Майер – НЕ ВЕРЮ (страница 13)

И так раз за разом, снова и снова. Признав, что ей больше не заснуть – Саша села на кровати и осмотрелась.

Девушка старалась медленно дышать, делая глубокие вдохи и выдохи. Контролируя свое состояние. Рассматривая уютный небольшой номер, из которого придется съехать. Она наслаждалась тем, что сейчас одна и рассветом за окнами её номера.

Обдумывая, что ей предстоит и как нужно вести себя с Денисом, она снова и снова повторяла себе, что всё правильно. Они переговорили в офисе. О её фантазиях никто не знает. У них чисто рабочие отношения. Этого и следует придерживаться. Письмо же было от него! Он готов работать. Так в чем проблема?

– Это просто сон… всего лишь сон. Ничего такого не было.

Но сознание активно пыталось как-то «обработать» и структурировать эти сны.

Игнорировать! Она просто будет это игнорировать. Она это хорошо умеет. Игнорировать боль, непонимание, отстраненность. Она просто будет делать свою работу. Ей дали редкую возможность. Не просто быть тем, кто что-то придумал. Она сможет воплотить свое виденье. Свою картинку. Ей поверили и дали шанс, и она это сделает. Саша ясно осознавала – это было невероятное стечение обстоятельств. Везение. Удача. Шанс того, что ей дадут снять самой фильм – был невероятно мал.

Осознание этого заставило её улыбаться. Предвкушение и волнение наполняли её сборы на первое собрание. Должны были присутствовать те, кто уже есть в основной команде. Продюсеры, кастинг директор, помощники. Нужно будет подтвердить или поправить распределение задач и сроков.

Саша достала очередной деловой костюм и положила на кровать. Мало кто понимал – зачем она их носит. А ей нравилось. Нравилась строгость пиджаков и женственность юбок. Она словно надевала свой личный бронежилет, который защищал её от внешнего мира. От нападок, от любых слов. Костюмы спасали её, беря удар на себя. Обезличивали, не давая поводов для оскорблений и нападок. Иногда она надевала брутальные ботинки на плоской подошве, но чаще, как сегодня – строгие туфли на высоком каблуке.

Но самое главное – своими костюмами она показывала «отсутствие бунта». Не тратя время на доказательство того, что она по-деловому собрана и исполнительна. Это было принятие внешних атрибутов для получения внутренней свободы действий. «Играй по правилам, чтобы изменить игру».

Эффективнее было надеть костюм и с первого мгновения показать «я буду соблюдать дедлайны», «я буду работать», «я буду надежным партнером». Девушка ещё в детстве поняла – проще сразу показать, чем потом долго доказывать. Не тратить ресурсы на пустые разговоры и объяснения. Сохранить силы для чего-то более важного. Она бережно прятала свое я под надежным слоем чужих ожиданий. Костюм был её личным мощным орудием, которое видели и не лезли к ней в душу. Она искренне не понимала, зачем тратить силы на убеждение, если визуальный сигнал делает это за тебя?

Однако она носила именно юбки. Длинные, обтягивающие, скрывающие колени. Давно поняв, что в «мужском» мире, проще отвлечь внимание на линию бедра на юбке и управлять этим вниманием как ей будет нужно. Каждая деталь была четко выверенным стратегическим расчетом её подсознания. Но она не задумывалась об этом. Найдя однажды удачную линию поведения, девушка лишь использовала максимально возможные ресурсы.

Ткань костюма – плотная, чуть прохладная. Она напоминала ей не об одежде, а о надежных стенах, между которыми можно, наконец почувствовать уверенность и даже безопасность.

Саша неторопливо оделась и собралась. В том числе собрала все вещи и упаковала в чемоданы. Их должны будут забрать и увезти в её новое жилище. Трейлер.

Она осмотрела номер, прощаясь. Не было ни сожалений, ни печали. Лишь необходимость проверить, всё ли она собрала.

Но даже растягивая время и неторопливо собираясь – девушка пришла самой первой в офис. Секретарь проводила её в тот же конференц-зал. Саша выбрала место у окна, не за столом. Показывая, что она в праве тут быть, как сценарист, но пока не претендуя на главное место за столом.

Сотрудники начали приходить. Многие знали друг друга и непринужденно общались. Саша вышла из конференц-зала за кофе к секретарю.

Её накрывала волнение, но внешне это не проявлялось. Лишь отстраненность и холодность. Девушка попросила сварить ей кофе. Идя обратно к конференц-залу, она остановилась. Стеклянная дверь была открыта и оставалось всего пару шагов. Но Саша остановилась за стеклянной перегородкой, наблюдая за присутствующими. Оставалось минут десять до начала собрания. Дениса ещё не было.

Внезапно Саша поймала себя на мысли о том, что она снова представляет, как он стоит сзади. Так близко, что можно снова ощутить его тепло и его запах. Саша едва усмехнулась, медленно вдохнула и начала так же медленно выдыхать, чтобы вернуться в реальность.

Но она вдруг поняла, что это не фантазия. Он стоял прямо за ней, почти прижимаясь. И рассматривал то, на что смотрела она.

– Наблюдаешь за своими марионетками? – вкрадчивый, уверенный, немного нахальный шепот Дениса прозвучал у нее рядом с ухом. Теперь официально Денис Васильевич Никитин – Номер Один её проекта. ЕЁ Номер Один.

Успокоиться. Игнорировать. Он лишь человек. Она будет воплощением идеальной женщины. Такой, какой навязывало ей общество. Такой, какой навязывал ей быть сам Денис. И это знание – какой она должна быть, давало ей свободу. Жуткое ограничение несовместимых требований – диким образом освобождало. Это была её игра. Её правила. ЕЁ ЖИЗНЬ. И она использует их правила, против них самих.

Одновременно она подумала, что всё-таки он умеет шикарно использовать свой голос, тембр и интонации. Когда хочет. Почему раньше этого нигде не показывали? И какого черта он хотел?!

– С чего ты взял? – она начала фразу, но поняла, что босс уже пообщался с Денисом.

Саша едва повернула голову в сторону Дениса и улыбнулась снисходительно. Она не будет слабой. Она не позволит ему её сломать! Это она его сломает! Поставит на колени…

– А знаешь… Ты… привыкнешь. Всё будет у нас восхитительно. – её голос прозвучал тихо, вкрадчиво и даже хищно-сексуально. И настолько нахально и самоуверенно, что она даже не узнала себя. Программа «Идеал 2.0» была активирована и запущена в полном объеме.

Денис медленно протянул Саше кружку, которую держал в своей руке.

– Ты просила сварить тебе кофе… у секретаря. Он готов… я принес… тебе…

Девушка опустила взгляд и замерла. Денис протягивал ей белую, ничем не примечательную кружку. Такую же, из каких пили свои напитки остальные, но на этой… была надпись.

«НЕ ВЕРЮ».

Причем надпись была сделана точно так же, как было написано на её сценарии. А это означало… что её Номер Один не только увидел эту надпись, но и… заказал кружку? Специально? Но… зачем?!

Она сама не поняла, как немного развернулась и стояла теперь прямо напротив него. Саша медленно подняла глаза и уверенно посмотрела на Дениса. Едва ухмыляясь, она молчала. Девушка взяла кружку из рук мужчины и сделала медленный глоток.

– Саша… – его голос вдруг прозвучал хрипло.

Её реакция была непонятной для него. Он смотрел ей в глаза и в голове навязчиво бились мысли о том, что сказал Юрий. Его слова, что она делает вид, что ничего не было. А именно, что она игнорирует его грубые и беспощадные слова, вызванные его слабостью. Она тогда, в номере, испугала его. Испугала настолько, что Денис решил нападать. Безжалостно и… трусливо.

Но то, как она сейчас смотрела и говорила – это явно не было игрой. Нельзя НАСТОЛЬКО хорошо сыграть. Мужчина это точно знал! И зная, он словно снова погружался в ураган диссонанса. Она… не помнит? Она была холодна и уверена в себе, а он проживал такую бурю эмоций, что даже голос его подводил!

Сейчас Денис осознавал, как был не прав. И реальной глупостью будет бороться и «останавливать этот поезд». Его друг был прав. Нужно запрыгнуть на подножку и удержаться.

– «Саши» для тебя больше нет. Есть Александра Николаевна. – её голос продолжал звучать хищно и в то же время отстраненно. Всё её действия сейчас были собирательным образом поведения «Идеала». Жуткого, доведенного до ужасающе выверенного «правильного» поведения. И сейчас она демонстрировала именно это – идеального коллегу, дистанцию, отстраненность и в тоже время мягкость. Баланс был чудовищно превосходен. Скромность и наглость. Полное подчинение и сила бульдозера, прущего вперед.

– Но ты сама… И… – Денис явно был растерян, хотя пытался этого не показывать.

– Это было ТВОЕЙ привилегией. Называть меня по имени. А в свете последних новых вводных, о которых ты уже знаешь, я вынуждена отменить это право.

Он бессознательно старался хоть как-то прояснить для себя ситуацию. Одновременно пытаясь выбить ее из ее защитного кокона, и в то же время не дать ей сорваться. Тело требовало действия, но разум кричал «стой». Это было похоже на ту долю секунды перед спаррингом, когда противник делает неожиданное движение – и ты не знаешь, атаковать или защищаться. Денис протянул руку и коснулся её руки, в которой она держала кружку.

Это была неосознанная, физическая попытка вернуть себе уверенность и власть. Или заставить её нервничать? Но в тоже время он понимал, может и лучше – сделать вид, что ничего не было.

Но это было так интимно и естественно. Ведь они уже обменивались кружками. Если он уже давал ей кружку, почему не мог взять? Его пальцы запомнили вес той кружки, что он держал в её номере. Сейчас он брал её обратно. Как трофей. Или как ключ от запертой двери.